На краткий миг среди зрителей повисла тишина, а затем Борода шлёпнулся на пол и распластался там, в позе шкуры медведя перед камином. Даже язык вывалил, для пущего сходства.
- Хе-хе! – сказал Колода, останавливаясь рядом со столом Кинга и Кима. – Будет, в следующий раз, знать, как на трапперов наезжать, словно медведь на телеге. А то пристал к Гусю, начал его оскорблять, мол, ты «траппер занюханный, привык из лука в глаз, за сто метров бить. А в честном бою слабо воевать?». Молодец Гусь!
Получив деньги. Гусь подошёл к столу и, в изумлении, уставился на Ая, меланхолично, жующую кусочек куриной грудки.
- Это ещё кто такая? – удивился траппер.
- Ая Кицунэ Пендрагон де Каролион, - с нажимом в голосе ответил Кинг. – Тебе понятно?
- Да то ж! Словно мы тут не понимаем ничего. Пендрагон, так Пендрагон. А какими судьбами вы к нам? Каролион посетить?
- Я уже оттуда, - ответила Ая, осматривая кувшины с напитками. – Сюда заглянула проверить, нет ли работы.
- Работа тут найдётся, - согласился Гусь. – Оборотни, таненнбег и вон, ребята перед дракой, болтали, о том, как у них ящерка кто-то уволок. Прямо из воза выдрал, и унёс, они и квакнуть не успели.
- Таненнбег? – удивилась Ая, выбрав себе кувшинчик с малиновым морсом. – Но таненнбег обитают только в лесах Маниэйту. Здесь для них климат неподходящий.
- Ага, неподходящий. Мы сегодня на одну такую наткнулись. Она йожа разделала на счёт «раз», - Ким поёжился и сделал ещё глоток пива. – Что это за твари, если честно? Правда, что они Дети Ун-Нони?
- Таненнбег – колониальный микроорганизм, поражающий тело и нервную систему своей жертвы. При полном заражении таненнбег полностью контролирует действия своего хозяина. При этом колония микроорганизмов способна выращивать симбиотические органы и дополни-тельные конечности. Таненнбег заживляет любые раны, нанесённые своему хозяину, и увеличивает регенерацию мышечных тканей, нервного волокна и костной массы. Особенность таненнбег в том, что раз в три года они начинают размножаться. При этом их хозяин заражает окружающую среду – растения и животных. Однако самая большая опасность таненнбег в том, что они очень активно заражают мёртвую плоть. Иными словами – таненнбег могут поднимать из могил мертвецов и трансформировать их облик по своему усмотрению.
Гусь и Кинг, синхронно, поперхнулись, услышав эту краткую лекцию, а Ая, совершенно спокойно, сделала глоток морса из кувшина.
- Погоди, но почему тогда эти таненнбег не заразили все Выселки?
- Таненнбег не может заразить взрослую женщину или мужчину. Они поражают исключительно девушек не старше шестнадцати лет, при условии, что у них не было беременности. Кроме того, таненнбег образуют иерархическую пирамиду. У них есть королева, центральный правитель, которая управляет другими таненнбег, - Ая потёрла виски. – Таненнбег – это единый организм. Каждый из них в курсе того, что случилось с другой, а в бою они действуют как единое живое существо. В этом их сила, но их слабость. Они не могут увеличивать своё количество в геометрической прогрессии.
- А размножение? Вы говорите раз в три года...
- Раз в три года таненнбег начинают заражать окружающую местность. К счастью по-настоящему болезнь действует исключительно на мёртвые тела, где нет иммунитета. К сожалению, болезнь способна поражать некоторые растения и животных, но они могут долго жить, только получая своего рода подкормку от таненнбег. Поэтому такие растения и животные, как правило, встречаются неподалёку от логовищ таненнбег. А вот мёртвые тела инфицируются очень сильно. Они оживают, и начинают защищать таненнбег. Понимаете, в ходе размножения таненнбег сильно ослабевают и им требуются защитники.
- А при размножении они могут захватывать для себя новые тела?
- Да. Именно тогда они ведут целенаправленную охоту на новых... кандидатов. Но похищают немного – двух-трёх детей и успокаиваются.
- Да уж! Это вы нас успокоили, так что просто страшно сказать, - проворчал Гусь. – Но мы сегодня... сегодня видели таненнбег. И она за нас вступилась. Иначе нас бы йожь на куски порвал. Почему она это сделала?
- Вы задаёте очень необычные вопросы, - проговорила Ая, прикрывая глаза. – Хм. Говорите, что таненнбег вступилась за вас? Это очень любопытно. Я никогда не слышала ничего подобного.
- Да ведь никто и не спорит, - вздохнул Гусь. – Я и сам очумел, когда это увидел. Однако факт есть факт. Ни разу не слышал, ни о чём подобном.
- Кстати, а ведь вы Пендрагон. Может быть, возьмётесь за уничтожение таненнбег? – проговорил Ким, посмотрев на логру. – Вроде это ваша работа, как я считаю.
- Считаете вы совершенно правильно, - кивнула Ая. – Только вот забываете, что я не могу действовать без разрешения местной администрации.
- Чего, правда? – Ким посмотрел на Кинга.
Кинг прикрыл глаза и принялся вспоминать местные законы и правила. И, к своему удивлению, вспомнил закон, запрещающий Пендрагонам и прочим охотникам за чудовищами заниматься своей охотой без разрешения на то местных органов самоуправления и без сопровождения представителей оных органов. Особенно подчёркивалось, что Пендрагонам строго запрещено собирать какие бы то ни было трофеи, без разрешения администрации.
- Да, она говорит правду, - вынужден был признать Кинг.
- Да во имя неба! – проворчал Гусь. – А если меня чудище, какое в лесу жевать начнёт? Что тогда? Вы вмешаетесь, или побежите у солтыса разрешения спрашивать?
- В случае крайней необходимости я могу вмешаться в процесс ужина, - логра улыбнулась, блеснув белоснежными зубами. – Само собой не вашего, а того, кто ужинает вами.
- Гавять за хвост того, кто придумал такие законы.
- Ну почему? Всё просто. Считается, что чудовища – они как драконы. Таскают в свои логовища горы золота, драгоценностей и прочего полезного в хозяйстве добра, - пожала плечами логра. – По законам Выселок, всё, что вы сумели добыть в лесу – принадлежит вам. Минус небольшой налог в пользу местной администрации. У жадности глаза безразмерны, вот и придумали этот закон. Дабы мы, Пендрагоны, не унесли с собой сундук золота или драгоценности. Глупость, конечно. Чудовища, как правило, драгоценности поедают вместе с их владельцами.
Кинг, с сожалением, посмотрел на логру. У неё явно было очень плохо с головой, она уже настолько вообразила себя Пендрагоном, что говорит с невероятной убеждённостью. Даже он, на миг, решил, что она – самый что ни на есть настоящий Пендрагон, когда слушал её речь.
- Слушайте, а кто у вас здесь глава местного управления? – поинтересовалась Ая у Гуся.
- Кто-кто... Монетный Клещ. Старейшина это наш. Мы его так за жадность прозвали. По уму вам стоит к Ода Кроту или Алексе Снег обратиться. Ода Крот – это здешний кулак, землевладелец. Он владеет здесь громадными земельными наделами и кормит Невинные Слёзы, да Усатый Бург. Говорят, что у него в особых оранжереях какие-то страсти завелись. Алекса Снег – глава Невинных Слёз, сиротского приюта. Мне тут доводилось слышать слухи о каких-то непонятках в... – получив от Кинга пинок в колено, Гусь мигом замолчал и скривился. – Да ты чего, спятил дурень?
- Если он дурень, то спятить уже никак не может, - ввернула Ая Кицунэ. – Но за информацию вас благодарю. Кстати, не подскажете мне, где здесь можно остаться на ночь?
Сказав это, она посмотрела Кингу в глаза и мило улыбнулась...
Честно говоря, Кинг был уверен, что Ким не растеряется и попытается залезть Ая под юбку, на время, позабыв о том, что она логра. Тем более что, судя по поведению Ая не было, похоже, что она бы была против. Однако Ким, к немалому удивлению приятеля, повёл себя как монах, и спать отправился в комнату Гуся.
- Чего-то я тебя не узнаю, - проговорил Кинг, поймав Кима в коридоре. – Тебе йожь ничего не отбил?
- Не знаю как ты, - Ким скривился. – Но у меня нет ни малейшего желания находиться с этой логрой в одной комнате ночью.