Никак не походила она на монахиню, скорее, на булочницу из маленького городка.
-Ах, как интересно, - объявила она томным голоском, съев крохотную тарелочку супа и откинувшись на спинку стула в ожидании, пока лакей положит ей порцию мясного рагу, - вы значит, будете нашими новыми соседями! Надеюсь, вы купите усадьбу у графа Чардена, дорога туда намного лучше.
-Но сама усадьба у него очень маленькая... и речки там нет, - немедленно возразила ей Эста.
-Ах, зачем вам речка? Она говорят, разливается весной почти до ступеней крыльца... потом половину лета будет вокруг грязь и сырость! Брать нужно у Чардена, там холмы и лес близко!
-Я не думаю, что лес - это так уж хорошо. Все-таки тут провинция, начнут бегать волки и разбойники...
-Зато дрова близко возить и ягоду селяне дешево приносят...
-А еще в лесу всякая нечисть...
-Какая в этих местах нечисть, госпожа Эсталина! Тут даже волки редкость! Зато там близко деревня и легко найти прислугу.
-Но я не хочу деревенских девушек в служанки! Они такие неуклюжие! Я собираюсь привезти слуг из города.
-И потратите в три раза больше. Поверьте моему слову, селянок очень легко научить порядку, нужно просто вычитать из жалованья за разбитую посуду.
Через четверть часа Змей понял, что имела в виду Лэни, когда предупреждала его, что это только работа. Барон тайком морщился, слушая этот бред, произнесенный самыми учтивыми голосками, и с самыми милыми улыбочками, экономка скептически поджимала губы, и посматривала на Дагорда с тайным состраданием. Определенно жалела, что граф так поторопился с женитьбой.
Он и сам начинал уставать от этой трескотни, и будь на месте Лэни кто-то другой, давно бы завел разговор с бароном на более приятную тему, но теперь предпочитал делать вид, что всецело увлечен обедом. Как выяснилось, маленькие порции вполне возмещались количеством блюд, причем, чем дальше, тем вкуснее и изысканнее они были. Венцом обеда должен был стать пудинг, розовый и пышный, политый шоколадным кремом и украшенный свежей, явно оранжерейной, клубникой. Его привезли лакей с поваром и поставили в центре стола на старинном фарфоровом блюде, когда трапеза уже подходила к концу, и слуга уже убрал соусники и острые приправы.
-Мне кажется, он стал больше, - прервав свою болтовню, совсем другом тоном сказала вдруг Лэни, глядя на пудинг. И тут же, схватив Змея за руку, стиснула ее условный жестом и произнесла тревожную фразу, - как душно...
-Сейчас, дорогая, - граф мгновенно вскочил, схватил ее на руки и почти бегом помчался к выходу.
Он успел выскочить за дверь и пробежать по коридору несколько шагов, когда в столовой раздался грохот, женский визг и громкие крики.
-Демонская сила, - зло буркнул рядом чей-то голос, и граф, обернувшись, с изумлением увидел рядом с собой Кайю.
-Отпусти меня... - попросила Лэни, и вдруг напряглась, застыла в руках мужа, глядя куда-то ему за спину, - вон он.
Последние слова она выдохнула еле слышно, но Змей уже научился ловить такие сообщения и понимать их важность. Одним движением поставив жену на пол, он стремительно развернулся в ту стороны, загораживая девушек собой и выхватывая кинжал.
Однако длинный, скупо освещенный коридор был абсолютно пуст.
Глава четырнадцатая
А в следующий момент двери столовой распахнулись, и оттуда вывалился лакей, облитый с головы до ног чем-то вроде зеленого киселя. Он брел, отплевываясь и отирая лицо еще недавно белоснежной салфеткой, и бормотал только два слова, - четыре серебрушки, четыре серебрушки!
Вслед за ним вывалились повар, тащивший экономку и барон, а вместе с ними в коридор вырвался ядреный запах протухшей кислой капусты.
-Милый, - успела пискнуть Лэни, но граф, и сам сообразивший, что сражаться с вонью и киселем вовсе не его дело, уже подхватил ее на руки и торопливо понес в сторону крыльца.
Кайя, не отставая, бежала за ним, и только в переднем зале приостановилась, сообщить попавшей навстречу служанке, что они едут смотреть усадьбу графа Чардена, а ей надлежит бежать в столовую, там срочная работа.
-Где бы еще найти кучера? - задумался Змей, когда они забрали с вешалок собственные плащи.
-А он, скорее всего, обедает с конюхом, - сообщила Кайя совершенно нормальным голосом, - в конюшне, направо за домом. Конюх барона там и живет, в комнатке при конюшне. Теперь он ночью сторожит усадьбу, прежнему сторожу что-то померещилось.
-Не уверен... - начал Змей и смолк, поймав предостерегающий взгляд жены.
-Сходим, посмотрим, - продолжила она начатую им фразу, причем сказала вовсе не то, что хотел сказать Дагорд.
Конюх оказался очень сообразительным и расторопным, впрочем, как догадывался Змей, им такого подыскивали специально. И уже через четверть часа коляска весело выкатилась из ворот усадьбы.
-Рассказывай, - бдительно поглядывая на окошечко кучера, тихо приказала Лэни сестре, севшей напротив них, - похоже тут очень весело.
-Вы же читали мои отчеты?
-Да. Но ты не писала, что когда идешь по коридорам, спину холодит чей-то злой взгляд, от стен веет невыносимым холодом, а барон держится из последних сил.
-Я же только болтушка, Эста! Моя работа найти того, кто устраивает заговоры и интриги! Вернее, сделать все, чтоб он меня "нашел". И сначала я всерьез думала, что все эти страхи мне чудятся! Ну как бывает в незнакомых больших домах. Или что слуги шутят. Барон жаловался, что ему мстит кто-то из отвергнутых невест, подкупивших слуг. Некоторые из этих дам до сих пор шлют барону поздравления и приглашения на обеды и ужины. Но экономка проговорилась, что каждый раз, как он съездит на прием, случается какая-нибудь гадость... Однако, когда я стала расспрашивать, она мигом прикусила язычок! Теперь мне понятно, что это были за гадости, нечто вроде сегодняшней. Как мы вовремя выскочили... ты очень внимательная.
-Просто я люблю пудинг, - Лэни передернула плечами, и прижалась к мужу, - но теперь не скоро решусь отведать.
-Я тоже, - согласился он, пряча жену в кольце рук, - но ты еще не сказала главного, любимая, кто был в коридоре?
-Не знаю. Я никого не видела. Просто слышала, уверенные шаги, стук сердца, такой, торопливый, словно он тоже бежал. На миг мне показалось, что я слышу тебя, потом он начал удаляться. Тогда я и сказала. Зря, конечно, твоя реакция могла его насторожить, если он оглянулся. Как только приедем к графу, отправлю матушке письмо, пусть достает другие зелья. И еще... Кайя, не обижайся, но тебе тут делать нечего. Это дело сразу было для тихони. А мне придется продолжать играть болтушку... хотя без партнера будет трудновато. Все остальные молчат, как статуи.
-Любимая... я бы помог, но боюсь мне такое не под силу...
-Как раз тебе и под силу, - уверенно заявила тихоня, и ободряюще улыбнулась огорошенному таким объявлением мужу, - матушка говорит, все мужчины - прирожденные болтушки. Ты просто представь, что мы еще не женаты и тебе нужно во что бы то ни стало меня развлечь... и все получится само. А тему найти просто, что увидишь, про то и говори. Я подхвачу. Только не увлекайся, некоторые начинающие болтушки сердятся и обижаются всерьез.
-Эста... я лучше дрова рубить буду, или ночью этот проклятый дом охранять. Кстати, мне пришла в голову мысль, а отчего умерла его жена? Вроде алхимики живут очень долго?
-Матушка выясняла, считается, что от неудачного эксперимента. А в доме никто на эту тему не говорит. Хотя старых слуг осталось только трое, конюх, повар и экономка, - объяснила хмурая Кайя, - Эста, может, мне в самом деле остаться еще на денек?
-Чтоб он уронил на тебя что-нибудь потяжелее? Ты же понимаешь, что он всех выживает из дома... понять бы еще, зачем!
-А на вас он ничего не уронит?
-Не волнуйся, нас он не тронет, я теперь сто раз повторю на каждом углу, что мы переночуем от силы пару дней. Он и сегодняшний пудинг готовил не нам, а тебе и экономке.