...Среди ночи примчался гонец - одно из сёл горит. Мигом подняли наёмников, оседлали коней, и ходу... Не успели. Деревню спалили. Женщин изнасиловали. Скот частью порезали, частью угнали. А что делали часовые на заставе? Почему проспали?! Послал туда Дожа, разбираться. Если пили, когда положено службу нести - повесить. Да не всё так просто оказалось... Ушлые попались. Ребятишки то... Словом, прикинулись обозом, что корм везёт для скота от сьере Ушура. Десять возов, двадцать лошадей. Полные воза сена. С виду. А под сеном - схроны сделаны. Внутри лиходеи сидят. А их дружки обозниками прикидываются. Всего - почти сотня желающих сладко есть и сытно пить, но не работать. Десять снаружи. Девяносто внутри. Мои то сторожа воинов ждут. Ну, на худой конец, ополченцев с дубьём. А никого нет. И обозы круглые сутки идут. Но вот на обратном пути у разбойничков не сплошали - встретили их стрельбой. Тут тот понятно - скот баронский гонят. Всё время к нам в Парда животину гнали, но от нас - никогда. Только предметы неодушевлённые вывозили, да ещё и под моей личной печатью. Вот и встретили лихих людей из арбалетов. Те назад сунулись, хотели по льду обойти блокхауз, да не вышло - Парда речка быстрая, и мало того, что обрыв большой, так и лёд тонкий. Проломился под грузом. Одни сани с лошадью и людьми сразу затянуло под него. Назад рванулись - там обозники. По крику, да сигнальным кострам поняли, что неладно дело, сани побросали и назад. А там и Дож подоспел с наёмниками. Тут то я и увидел, как работают профессионалы. Увидев же - сразу сказал, что больше таких нанимать не стану. Про себя, естественно. И ведь это ещё и лучшие из лучших... Словом, было много криков, воплей, кровь хлестала ручьём с той и другой стороны... Через сорок минут притащили пленников. Я сгоряча хотел их к Хуму по соседству определить, но потом плюнул, и велел в замок тащить. Там принародно судить станем. Вот и поволокли пленников за санями, на которых наёмники ехали. Те пятерых потеряли. А могли и больше, будь разбойнички хоть чуток понатасканней своему ремеслу. Вояки, мать их... Я то в середине ехал, а за мной уже Ролло и Дож, в полных доспехах. И оба на моих наёмников косятся этак презрительно... На самих то - ни царапины...
- Сьере Атти... Мои пацаны бы лучше управились. Даже сейчас.
- Знаю, Ролло. Знаю. Погоди - впереди весна. Может, придётся и им кровушкой умыться...
Дож вдруг толкнул меня. Легонько. Почти неощутимо. Потом наклонился к уху:
- Сьере Атти... Смотрите...
Показал на плетущегося позади всех пленника в мохнатой одежде. Тот уже едва держался на ногах, и верёвка, которая тянулась от воза к его рукам, уже натянулась. Вот-вот свалится...
- Сьере Атти, клянусь Высочайшим - это девчонка...
Я присмотрелся - точно. Походка выдаёт. И движения. Хотя всеми силами старается это скрыть... Усмехнулся. Чуть добавил хода Вороному, поравнялся с пленницей и вдруг ногой сбил с головы повязку из шкуры. Она пискнула, когда грязные волосы вывалились длинной копной на свободу. Вскинула голову на обидчика, и тут я едва не упал с коня от неожиданности... Высочайший, до чего же она похожа на... Иоли дель Лари... Просто точная копия! Твою же... Тело само наклонилось, ухватило её за воротник, и, невзирая на отчаянные попытки пнуть меня, с маху воткнуло её перед собой. Вороной недовольно заржал, изогнул мощную шею, попытался цапнуть девчонку за ногу, но я успел подставить подошву своего сапога, и недовольно фыркнув, жеребец затрусил дальше. Дёрнул за ворот, рванул грязные овчины спереди - она вскинула обмотанные толстой верёвкой руки перед собой, желая защититься, но вонь, исходившая от неё, немытого тела, грязи, конского навоза и человечьего дерьма, сделала это лучше любой физической силы. Отвернувшись, сбросил её обратно на снег, обернулся к Дожу:
- Отвечаешь головой.
Парень кивнул. Он вообще редко говорил... А я прибавил хода, выбираясь в голову колонны... В Парда уцелевших разбойников запаковали в темницу. Не в ту, что в башне, где мы жили. В толще стены, точнее, вдоль неё, были устроены ямы, закрытые толстыми деревянными решётками. Вот туда пленников и покидали. Девицу же, так похожую на Иоли, я велел отвести в башню. Оба моих парня понимающе переглянулись. И зря. У меня были совершенно другие планы насчёт неё... Не просто завалить и поиметь... Едва рассвело, состоялся суд. Единогласно приговорили всех к смерти. Амнистировали только одного. Точнее - одну. И то по моему баронскому требованию. Только вот не стал я разбойников ни вешать, ни головы рубить, ни на кол сажать. Всех связали и увезли к моим волчатам. В качестве наглядных учебных пособий. Выпускали по одному в горы. Давали время уйти. Потом ребятишки начинали погоню. Всё было честно - приговорённому нож, и у ребят ножи. Больше ничего. За две недели, насколько хватило злодеев, из них не выжил никто. Погибло пятеро волчат. Жестоко? Не думаю...
Ну а девчонка, сидящая в башне... В день суда её жестоко пытали. Мылом. Горячей водой. Чистой одеждой. Потом, когда, наконец, отскребли заскорузлую грязь и переодели в нормальное платье, приволокли в мои покои. К удивлению пленницы, в гостиной я был не один. За накрытым столом сидела и моя мама. Она с непонятным выражением посмотрела на наряженную в нормальное платье разбойницу, потом на меня.
- Атти...
Я поднялся, обошёл стол, выдвинул стул, обернулся к девчонке:
- Садись.
Та хотела было что-то сказать, но удержалась. Подошла, несмело села. Опустила глаза, положив руки на коленки, обтянутые тонкой шерстью. Я вернулся на своё место.
- Атти?!
Мама начала злиться, но я успокоил досу одной фразой:
- Познакомься с Иоли дель Лари, матушка, дочерью графа дель Лари...
- Что?!
Синхронно выдохнули обе, девчонка подалась назад, забыв, что сидит на стуле, глаза мамы широко расширились от удивления, но я рассмеялся:
- Шучу. Прости, это глупая шутка. Скорее всего, она - внебрачная дочь графа.
- С чего ты решил, что в ней течёт кровь дель Лари?
- Я видел законную дочку графа. И если их нарядить в одинаковые одежды и поставить рядом, то отличить их можно будет лишь по цвету кожи, да форме рук...
- Уверен?
Я кивнул:
- Ты же знаешь - память у меня крепкая...
Теперь и доса Аруанн с интересом посмотрела на ещё больше сжавшуюся девчонку:
- Иоли дель Лари так красива? Атти, ты уже взрослый. Завтра тебе исполняется шестнадцать, и ты оденешь цепь барона дель Парда. Может, не стоит воевать? А просто жениться на этой дочке барона...
- На мне?!
Пискнула разбойница, но матушка отмахнулась от неё, как от мухи.
- Ещё чего?! На законной дочери графа. Тогда у нас из врагов останется лишь барон дель Эстори. А уж с воинами графа и нашими наёмниками мы легко разделаемся с его ополчением.
- Мам...
С укоризной протянул я в ответ.
- А стоит ли? Я молчу, что ещё слишком молод для брака...
- Молод? Да ты больше и сильнее любого мужчины, кого я знала!
Начала свирепеть матушка - я замахал руками:
- Ма! Дело не в том, больше я, или меньше. Дело во мне самом. Мне - шестнадцать! Иоли, насколько я знаю, пятнадцать. Она родит мне единственного ребёнка и больше не сможет иметь детей. Нужно тебе это? Дочка дель Лари, несмотря на свою красоту, сама ещё сущий ребёнок! Думаешь, я вытерплю, пока она не созреет, если рядом будет такая красавица?
И показал на превратившуюся в комок нервов девушку. Мама вздохнула:
- Тогда я понимаю, зачем тебе эта... Женишься на Иоли и будешь ждать, пока та не созреет, как ты выражаешься. А пока станешь тешить свою плоть с её копией. Я угадала?
Укоризненно покачал головой:
- Скажешь тоже... Ма... Она нужна мне совсем для другого.
Короткая пауза.
- Чтобы начать войну.
- Ты...
Матушка даже подскочила в своём кресле, услышав от меня такие слова, страшные её сердцу.
- Ты с ума сошёл?!