Ладно, чего мечтать о несбыточном. Чешу в затылке. Я, что называется, гуманитарий, работала с бумажками. О! Могу экономистом пойти, там, бухгалтером. А что? Без компьютера и калькулятора будет сложно, но привыкнуть можно. Хотя кто меня с такой внешностью возьмет. Но иметь в виду буду (спокойная, непыльная работа и по лесу бегать не надо). Можно секретарем к какому-то местному аристократу, если они здесь есть у кого, ну там письма писать, бумажки разбирать. Кстати, а я по местному умею-то читать-писать? А то говорю, похоже, на местном, а вот считаю, что на чистом русском. И слышу тоже русскую, а не незнакомую речь.
- Курц, а у тебя случайно ничего нет написанного? Ну, или, может, напишешь пару слов на земле?
- ???
- Я просто не знаю, умею ли я читать на вашем языке.
Курц со смиренным вздохом написал на земле два слова. Мда. Не судьба. Придется учиться читать заново. И цифры местные тоже придется выучить.
Продолжаю перебирать свои негустые умения. Ну, еще я готовить умею. На газовой плите. А тут, наверняка, на дровяном огне готовят. Каждое лето, до школы и пока в школе училась, я к бабушке в деревню ездила. Вот там печку и пощупала. Ни разу ничего толкового не сготовила. Да и кухарка из меня исключительно по настроению. Отпадает.
Ммм, сельскохозяйственные работы меня категорически не привлекают. Да и крестьянская жизнь тоже.
Наемничать - так я драться не умею, это раз, а во-вторых, там же людей убивать надо. Так что мимо.
Может, в маги податься? Вроде есть какие-то способности. Только кто ж меня в ученики возьмет, и сколько за обучение опять-таки заплатить придется.
Я еще, как кот Матроскин, вышивать умею. Только кому это здесь надо, своих рукодельниц, наверняка, пруд пруди.
- Курц, а Курц. А у тебя деньги есть? В смысле, ну выйдем мы к людям, неужели у вас вот так забесплатно накормят и переночевать пустят? Пусть нам не так уж и много надо, но все же... - я нахально намекала, что ему меня и дальше кормить придется.
Курц
- Есть три серебряные монеты. Не волнуйся, на первое время нам хватит, - мне очень понравилось ее слово "нам". - Конни, а какие у тебя планы на будущее?
- Не знаю. Может, ты подскажешь, чем я могла бы заниматься? Чем на жизнь зарабатывать? Чем у вас люди-полукровки с демонической кровью занимаются? Я уже всю голову сломала, ничего не выходит.
Подумав, рассказал ей, как прозвучало Пророчество, как собирались в Проклятый лес, о путающем мысли заклятье, что она сняла, свои размышления у ручья.
Конни долго молчала, потом кивнула:
- Ну что ж, значит, топаем до твоего Кравера. Я проверяю его на наличие такой же черной лапши на ушах. И потом действуем по обстоятельствам.
- Конни, а почему ты решила помочь мне?
- Да мне делать больше нечего. В самом прямом смысле этого слова. Посуди сам: я здесь никого и ничего не знаю, без тебя меня тут быстро прихлопнут, как муху. Потом, на жизнь самой, пока не обживусь хоть немного, мне не заработать, а жить в лесу одной я тоже не могу. А так и я при деле, точнее при тебе, буду. Местным традициям, обычаям и еще чему-нибудь полезному поучусь. И тебе от меня польза. Вот как-то так. Если ты не против.
Конни
Хорошо, что летом темнеет поздно. Кстати, а в этом мире как? Курц сказал, что также. Мы вышли из леса, когда солнце только на ладонь виднелось над горизонтом. Впереди маячил первый для меня населенный пункт этого мира. Пока до него дошли, практически стемнело. Оказалось, что это село (из-за крепенького частокола я подумала, что это городок). Название как всегда не запомнила.
Местные жители ворота на ночь закрывали, но Курц уговорил нас пустить. Видимо следопытов здесь уважают, поскольку поверили на слово, что я не демон, а только полукровка с сильно разбавленной кровью демона. А может и мой камешек помог. Нам даже очень вежливо рассказали, как до местной таверны дойти. Правда, мне было очень неуютно, пока меня рассматривали. Да и народ на улице косился.
Местная таверна встретила нас почти пустым залом, лишь три человека уныло сидели за столами. Да и хозяина не видно. Мы сели за одним из столов, поближе к окну, с удовольствием вытянули натруженные ноги. К нам никто не торопился. К тому же сама атмосфера здесь какая-то гнетущая что ли. Мне было очень неуютно, некомфортно, ощущение, словно у меня что-то болит, но я сама не знаю что, где и как сильно. Причем это ощущение усиливалось.
Больше терпеть я не могла. Встала. Махнула насторожившемуся Курцу и вышла в центр зала. Кажется, мне надо туда. В этом мире я верила своему чутью, даже не настаивая в последнее время на головной боли в качестве подтверждения. Меня вело к дальней двери. По коридору. Куда-то в пристройку. Очнулась я только перед приоткрытой дверью. Болело именно там.
В небольшой комнате на кровати лежал ребенок, над ним склонилась плачущая мать, рядом стоял мужчина, видимо отец. Я моргнула и вошла. Мыслей в голове практически не было. Зачем, почему - мне было не важно. Я подошла к кровати и отодвинула женщину.
Вспоминая позже о том, что произошло в комнате, я не могла понять, как меня не остановили? Тем не менее, мне не мешали.
Я наклонилась к мальчику. Откинула одеяло. Провела рукой по лбу. Малыш горел. Нет, он сгорал. На ноге была повязка. Я ее сняла. Укус. Выглядит плохо. Видимо пошло заражение, или у твари, что его так грызанула, были ядовитые зубы. Уже и не важно. Как жаль, что сил вылечить что-то серьезное, у меня больше нет. Но, может, ему хватит и того малого, что я могу предложить. От многих ядов, как и от заражения, есть лекарства. Но иногда организм человека и сам может справиться, главное, чтобы сил хватило. Я положила руки ребенку на грудь и макушку. У детей ведь очень сильный иммунитет, да? Я старалась отдать все крохи, что у меня остались. Как же мало этого было. Я напряглась, пытаясь вытрясти из себя то, чему и названия не имела. Все. Я укрыла мальчика. Печально улыбнулась. Наклонилась к самому его уху: "Теперь у тебя есть шанс, малыш, ты, главное, не сдавайся. Тебя здесь ждут".
Чувствуя сосущую пустоту внутри, вышла их комнаты, даже не взглянув на остальных присутствующих в ней. Курц стоял за дверью, помог мне доковылять до ближайшей скамьи у стены в зале таверны. Как же мне нехорошо. Пустота засасывала. Шанс - это ведь уже не так уж и плохо, да? Откинувшись на стену, я закрыла глаза.
Курц
Благодаря Солнечному пламени в историю полукровки стражники поверили. Помня о зораитских страхах перед демонами, я ожидал худшего. Проходя по улице, услышал разговор двух кумушек о трагедии в семье хозяина единственной местной таверны: от укуса неизвестно откуда взявшейся нежити умирал единственный его сын. Жаль пацана, но такова жизнь. А вот на добротный ужин можно не рассчитывать. Если чем холодным накормят и то дело.
В зале таверны ощущалась беда. Практически сразу Конни задергалась. Куда она? Я мельком заметил изменение ее глаз. Нет, сейчас Ее глаз. Пошел следом. Склонившись над ребенком, Она что-то прошептала. Моя демонесса говорила, что сил лечить у нее практически не осталось, не больше чем на ссадину. Может ли этого хватить? Она вышла из комнаты. Ее глаза потухли. Не стали обычными, а именно погасли.
Усадив Конни на лавку, повернулся к хозяину, что пошел за нами. Надо срочно уложить ее в постель. Тот быстро указал свободную комнату, пообещав через минуту подать холодный ужин. Конни так и не проснулась, пока я раздевал и устраивал ее в кровати. Интересные у нее на теле полоски ткани. Я таких раньше не видел.
Конни
Я проснулась в кровати. Нормальной кровати. Это было бы замечательно, если бы мне не было так плохо. Вчерашняя пустота никуда не делась, но и не засасывала. Ну и пусть, оно того стоило.