— Управляющий его светлости. Он всегда выступал против шахтеров. Он уже много лет пытается закрыть шахту, но его светлость даже не желает слышать об этом.
— Почему?
— Его светлость считает, что железная руда добывалась еще во времена его отца и деда и что если он закроет шахту, то шахтёры будут вынуждены просить милостыню на паперти, чтобы не умереть с голоду, потому что им не найти другой работы.
— Что они за люди? — поинтересовалась Мерайза.
— Грубые, мисс, дикари. Да и как они могут быть другими? — Помолчав немного, Хэнсон добавил:— В юности мой дед работал в поместье на одной из шахт. Тогда добыча руды имела важное значение.
— Кажется, в те годы в стране было множество подобных шахт,— заметила Мерайза.
— Совершенно верно, мисс. Но для выплавки железа нужно было сжигать в домнах много дерева, а это приводило к уничтожению лесов.
— Но в домнах его светлости жгут уголь. Я видела это своими глазами, когда мы с Элин были на шахте.
Хэнсон бросил на девушку странный взгляд, словно осуждая ее за то, что она оказалась на шахте, и сказал:
— Идея сжигать уголь принадлежит отцу его светлости. Он построил железную дорогу, чтобы в вагонетках, которые толкают рабочие, доставлять уголь прямо к домне.
— Мне показалось, что на шахте занято довольно много рабочих.
— Тридцать или сорок, мисс.
— Так много?
— Да, мисс. За последнее время господин Николсон отказывался выделять деньги на переоборудование шахты, и большая часть механизмов пришла в негодность. Шахтеры не раз жаловались, что им приходится работать ржавыми кайлами.
— А как они живут сейчас, когда бастуют? — спросила Мерайза.
— Они голодают, мисс,— печально ответил Хэнсон.
Они выехали из леса, и Мерайза пустила лошадь в галоп, стремясь как можно скорее добраться до шахты. Когда вдали показался изрытый холм, она осадила лошадь и обратилась к Хэнсону:
— Я хочу, чтобы ты остался здесь, Хэнсон.
— Вам нельзя ехать одной, мисс!
— Одна я буду в большей безопасности, чем с тобой,— возразила девушка.— Я хочу поговорить с этими людьми, и, если они не отпустят меня, я останусь с ее светлостью.— Она посмотрела на шахту и добавила:— Если я не вернусь через час, скачи в замок и расскажи герцогу о том, что случилось.
— Хорошо, мисс, но будьте осторожны.
— Постараюсь,— пообещала Мерайза.
Она ускакала, а грум еще некоторое время обеспокоенно смотрел ей вслед.
Должно быть, шахтеры давно заметили ее, потому что к тому времени, когда она подъехала к шахте, там уже собралось около двадцати человек. У многих в руках были длинные палки и дубинки. Они хмуро смотрели на девушку, которая, осадив лошадь, обратилась к ним:
— Меня зовут мисс Миттон, я гувернантка ее светлости. Я приехала узнать, чем могу помочь.
— А что вы можете сделать? — хриплым голосом спросил один из шахтеров.
— Да, что вы можете сделать? — раздались сердитые крики.
— Сначала мне надо удостовериться, что с ее светлостью все в порядке,— ответила Мерайза.— Она всего лишь ребенок и не должна страдать, когда взрослые решают свои проблемы.
— Наши дети тоже страдают,— заметил какой-то мужчина,— им уже три дня нечего есть.
— Правильно, правильно,— подтвердили остальные.
— Значит, чем быстрее мы решим нашу проблему, тем лучше,—заключила Мерайза.
— Имейте в виду, мы не отступим от своих требований,— заявил пожилой рабочий.— А если герцог не согласится на них, его дочка на собственной шкуре почувствует, как плохо нашим детям.
— Отведите меня к ней,— потребовала Мерайза.— А потом вы расскажете мне, каковы ваши требования. Как я поняла, в шахте работать опасно.
— Опасно работать не только в шахте,— возразил тот же пожилой рабочий.— Если герцог приведет с собой полицию или войска, мы спрячем его девчонку в выработке.
— Надеюсь, вы не загнали ее в шахту?! — в ужасе воскликнула Мерайза.— Она боится темноты.
— Как раз там она и находится,— ухмыльнулся один из забастовщиков.
— Помогите мне спешиться,— резко произнесла девушка.
На секунду у нее возникло впечатление, что рабочие откажутся, но тут несколько человек протянули к ней руки и помогли спрыгнуть на землю.
— Отведите меня к леди Элин, чтобы я убедилась, что с ней все в порядке,— глядя в глаза пожилому рабочему, уверенно произнесла девушка.— После этого мы обсудим, что для вас можно сделать. Герцог сейчас в отъезде. Я уже послала за ним, но он приедет только через три часа, не раньше.
— Это правда? — спросил рабочий.
— Да, честное слово, это так,— ответила Мерайза.
Он пристально взглянул на нее, как бы желая проверить, не обманывает ли она его, и сказал:
— Идите за мной.
Из толпы послышались протестующие возгласы, но он не обратил на них внимания.
Мерайза последовала за ним во мрак выработки. Сняв со стенки висевший на крючке фонарь, рабочий зажег его и двинулся в глубь узкого тоннеля. Свод был настолько низким, что девушке пришлось пригнуть голову. В спертом воздухе чувствовался запах земли и гари, а также запах пота и чего-то еще, что Мерайза назвала бы страхом. Она с опаской поглядывала по сторонам, каждую минуту ожидая, что своды рухнут и погребут ее под толщей земли, и пыталась представить, как люди из года в год трудятся в этом аду.
Мерайза уже начала беспокоиться, спрашивая себя, а действительно ли он ведет ее к девочке, когда впереди забрезжил свет фонаря. Спустя минуту тоннель расширился, и она увидела Элин. Она примостилась на деревянном ящике, а рядом с ней сидел мужчина.
— О, вы пришли! Вы пришли! — закричала она.— Мне было так страшно, я боялась, что вы не найдете меня! — добавила она и расплакалась.
Мерайза опустилась перед ней на колени и прижала ее голову к груди.
— Все в порядке,— успокаивающе проговорила она.— Я с тобой.
Мужчина, сидевший рядом с девочкой, неторопливо поднялся.
— Она в порядке,— надтреснутым голосом объявил он.— Ей не причинили никакого вреда.
— Да, конечно,— согласилась Мерайза,— но она безумно боится темноты. Вы были очень любезны, что остались с ней.
— Я сидел с ней, чтобы она не убежала,— возразил рабочий.— Она несколько раз пыталась сбежать.
— Я пыталась...— сквозь рыдания проговорила Элин,— но он поймал меня...
— Успокойся, родная моя, уверена, эти джентльмены позволят тебе выйти отсюда,— сказала Мерайза и подняла глаза на пожилого шахтера.— Можно это сделать поскорее? — По тому, как тот избегал встречаться с ней взглядом, Мерайза догадалась, что он чувствует себя неловко.— Ей же всего девять лет,— мягко добавила она.— Давайте поговорим снаружи.
— Ну ладно,— наконец согласился он.— Но мы не отдадим вам ее. Мы будет держать ее у себя, пока герцог не даст нам то, что мы требуем.
— Заставьте папу согласиться! Прошу вас! — прошептала Элин.
— Уверена, герцог удовлетворит все ваши требования, если сочтёт их достаточно обоснованными,— заметила Мерайза.
— Они вполне обоснованные,— хором ответили мужчины.
— У меня сложилось впечатление,— продолжала девушка,— что его светлость не подозревает о ваших проблемах. Он, по всей видимости, ничего не знает о забастовке.
— Господину Николсону все отлично известно,— заявил пожилой рабочий.
— Господин Николсон — не герцог,— возразила Мерайза.— Вы не хуже меня знаете, в своих докладах господин Николсон вполне мог оперировать неточными сведениями.— Она поднялась и взяла Элин за руку.— А теперь давайте выйдем на свежий воздух. Мне противно оставаться здесь.
— А мы уже привыкли,— заявил второй рабочий.
— Сомневаюсь, что вы часто приводите сюда своих детей,— заметила Мерайза.
Когда они вышли из шахты, Элин принялась тереть глаза. Ждавшие снаружи шахтеры окружили их плотным кольцом.
— Мы можем где-нибудь присесть? — спросила Мерайза с таким видом, будто прибыла в гости к чаю.— Думаю, так нам всем будет удобнее.
Ловко лавируя между механизмами и вагонетками, она направилась к отвалу пустой породы, который уже успел порасти травой, и села, усадив девочку рядом с собой. Шахтеры, ошарашенные ее независимым поведением, садиться не стали, а окружили ее, чтобы пресечь любую попытку к бегству.