— Кажется, я слышала от миссис Полгрей что-то насчет того, что вас интересуют старинные дома.
— Очень интересуют. Я выросла в одном из таких домов. Однако удача отвернулась от нашей семьи. Это удел многих девушек, вынужденных становиться гувернантками… Мне было жаль покидать «Маунт Меллин». Вы слышали, почему я уехала?
— Д-да, — нерешительно ответила я.
— Это была очень неприятная история. Меня обвинили совершенно несправедливо.
Она держалась так открыто и говорила так искренне, что я ей поверила, о чем сразу же сообщила. Тут принесли наш обед.
Пока мы ели, или, вернее, терзали пищу вилками и ножами, она рассказала мне о том, что же все-таки произошло тогда в «Маунт Меллине».
— Приехали к чаю Треслины и Нанселлоки… Вы ведь знаете их?
— Да, разумеется.
— Они такие близкие друзья семьи…
— Конечно.
— Со мной обращались не совсем как с гувернанткой. — Она слегка покраснела, а я подумала: конечно, ты ведь такая хорошенькая, и Коннан не мог этого не заметить. И почувствовала, что меня охватила не столько ревность, сколько неловкость. Не предстоит ли мне все годы супружеской жизни то и дело страдать приступами ревности, когда глаза Коннана будут вспыхивать всякий раз при виде привлекательных представительниц моего пола?
А мисс Дженсен продолжала:
— Меня пригласили к чаю, потому что мисс Нанселлок хотела задать мне несколько вопросов относительно Элвин. Она поистине души не чаяла в этом ребенке. Это по-прежнему так?
— Именно так.
— Добрая женщина. Не знаю, что бы я без нее делала.
— Я очень рада, что кто-то проявил к вам сочувствие.
— Мне казалось, что она считает Элвин своим ребенком. Я слышала, что отцом Элвин является брат мисс Нанселлок. Если это действительно так, то Элвин приходится мисс Нанселлок племянницей. Возможно, этим и объясняется…
— Она, вне всякого сомнения, очень любит Элвин.
— Ну вот, меня пригласили в их компанию, налили чаю и болтали со мной, будто я была гостьей, а не гувернанткой. Полагаю, леди Треслин это не понравилось… ее возмущало само мое присутствие там. Возможно, они уделяли мне слишком много внимания. Я имею в виду мистера Питера Нанселлока и мистера Тре-Меллина… Леди Треслин — вспыльчивая женщина… Как бы то ни было, я уверена, что это она все подстроила.
— Неужели она способна на подобную низость!
— Еще как способна, более того, она ее продемонстрировала! Видите ли, у нее на руке был браслет с бриллиантами. Леди Треслин зацепилась им за обивку стула, и замочек сломался. Она сняла его и положила на стол со словами: «Я сегодня же отдам его в починку старине Пэстерну». А я вскоре оставила их и отправилась в классную комнату заниматься с Элвин. Вдруг во время урока дверь распахнулась, и я увидела их всех. Они стояли и уничтожающе на меня смотрели. Леди Треслин предложила обыскать комнату, заявив, что пропал ее бриллиантовый браслет. Она вела себя крайне грубо. Мистер Тре-Меллин, надо отдать ему должное, очень мягко сказал, что леди Треслин хотела бы обыскать мою комнату, и он надеется, что я не буду возражать. Я ужасно рассердилась и сказала: «Пожалуйста, обыскивайте мою комнату, я этому буду только рада». И они все направились в мою комнату, где в одном из ящиков обнаружили тот браслет. Леди Треслин заявила, что меня поймали с поличным и что она упечет меня в тюрьму. Остальные умоляли ее не устраивать скандал. Все в итоге сошлись на том, что если я немедленно покину дом, то дело будет замято. Я была вне себя и требовала расследования. Но что можно было поделать? Браслет обнаружили в моей комнате, и что бы я после этого ни говорила, мне бы все равно никто не поверил.
— Как все это ужасно.
Она наклонилась через стол и ласково улыбнулась мне.
— Вы боитесь, что они могут сделать что-то подобное с вами? Весьма вероятно. Ведь леди Треслин намерена во что бы то ни стало выйти замуж за Коннана Тре-Меллина…
— Вы так думаете?
— Это несомненно. Между ними, конечно же, что-то было. В конце концов, он вдовец и, как мне кажется, не относится к тем мужчинам, которые могут жить без женщин.
— Полагаю, он оказывал вам знаки внимания.
Она пожала плечами.
— Во всяком случае, леди Треслин вообразила, что я могу представлять для нее угрозу. Несомненно, она все это подстроила, чтобы избавиться от меня.
— Какое испорченное создание! Но мисс Нанселлок была к вам добра.
— Чрезвычайно добра. Она, конечно же, была вместе с ними, когда они нашли браслет. Когда я складывала вещи, она пришла ко мне в комнату и сказала: «Мисс Дженсен, я очень расстроена случившимся. Я знаю, что они нашли браслет в вашем ящике, но ведь вы его туда не клали?» Я ответила: «Мисс Нанселлок, клянусь, что не брала его»… Это невозможно описать. Все произошло так внезапно… У меня было очень мало денег, а еще предстояло найти себе какое-то жилье на то время, пока я буду искать работу. Я знала, что рекомендацию мне не дадут… Никогда не забуду ее доброту. Мисс Селестина спросила, куда я собираюсь ехать, и я дала этот адрес в Плимуте. Она сказала: «Через месяц-другой Мерривейлам потребуется гувернантка. Я позабочусь о том, чтобы вы получили это место». И одолжила немного денег, которые я ей уже вернула, хотя она от них отказывалась… Я горячо благодарила ее, но как можно сполна отблагодарить человека, который так много сделал для того, кто оказался в крайней нужде?
— Слава Богу, что такой человек нашелся.
— Один Бог ведает, что со мной стало бы, если бы не она. У нас с вами очень рискованная профессия, мисс Ли. Мы всецело зависим от прихотей работодателей. Неудивительно, что многие из нас становятся смиренными и подавленными. — Тут она оживилась. — Хочу обо всем этом забыть. Я выхожу замуж. Мой жених — врач семьи, в которой я работаю. Мне осталось быть гувернанткой всего шесть месяцев.
— Поздравляю вас! Честно говоря, я тоже помолвлена и вскоре выхожу замуж.
— Как замечательно!
— За Коннана Тре-Меллина.
Мисс Дженсен несколько мгновений изумленно смотрела на меня.
— Что ж… желаю удачи.
Я видела, что она смущена и пытается припомнить, что именно говорила о Коннане. Как мне показалось, она уверена в том, что удача мне наверняка понадобится.
Я не могла объяснить ей, что предпочла бы один бурный год с Коннаном долгим годам мирной жизни с другим мужчиной.
— Любопытно, — немного помолчав, заговорила мисс Дженсен, — почему вы захотели со мной увидеться.
— Потому что я много о вас слышала. В «Маунт Меллине» вас довольно часто вспоминают. Элвин успела к вам привязаться, кроме того, я хотела кое-что спросить… Что вы думаете о Джилли… Джиллифлауэр?
— А, бедняжка Джилли, Странное, сумасшедшее создание. Она мне напоминала Офелию. Мне часто казалось, что однажды мы увидим ее плывущей на спине по течению реки с розмариновым венком в руках[13].
— Девочка пережила сильный шок.
— Да, лошадь миссис Тре-Меллин чуть не затоптала ее насмерть.
— Вы, должно быть, приехали туда вскоре после смерти миссис Тре-Меллин.
— До меня были две другие гувернантки. Я слышала, что они уехали, потому что дом казался им слишком зловещим. А по мне, чем загадочнее, тем лучше!
— Ах да. Вы же, говорят, эксперт по старинным домам…
— Эксперт? Что вы, вовсе нет. Просто я люблю их. Я повидала много старинных особняков и много о них читала.
— В вашей комнате есть глазок. Джилли мне его на днях показала.
— Поверите ли, но я первые три недели жила в этой комнате, даже не догадываясь о глазке.
— Меня это ничуть не удивляет. Все глазки в этом доме так искусно скрыты фресками.
— Это отличный способ замаскировать их. Вам известно о глазках в «солнечной» комнате?
— Да, разумеется.
— Один смотрит на зал, второй выходит в часовню. Я думаю, это не случайно. Видите ли, зал и часовня были самыми важными помещениями в ту эпоху, когда был построен этот дом.
— Вы так много знаете об эпохах и всем таком прочем… А в какую именно эпоху был построен «Маунт Меллин»?
13
Здесь имеется в виду описание смерти Офелии, возлюбленной Гамлета из пьесы Шекспира «Гамлет, принц датский».