- Поучительная история, - заметил Жозеф. - Нашла коса на камень.

  - Принцесса, прошу вас за стол, - предложил я, - а больной пусть пока приходит в себя. Кстати, а куда он делся?

  Только лестница скрипнула где-то наверху.

  - Жозеф, Крис, принцесса приглашает вас разделить с ней трапезу. Колин, твоего чудного вина и всё, что есть на плите, тащи сюда! Обед давно прошел, а мы еще не ели.

  Правда, не обедали-то мы с Крисом, а остальные - не знаю. Жозеф предложил принцессе стул, а Колин торжественно принес тонкой чеканки кувшин и стаканчики на расписном подносе.

  - Какое небывалое вино! - восторженно пропела принцесса своим ангельским голоском, - у нас во дворце такого нет.

  - У вас во дворце много чего нет, - послышалось откуда-то сбоку.

  Появился Казимир, таща за собой стул, и уселся справа от принцессы. Успел как-то переодеться в сухую одежду. Левый глаз уже заплыл, а глазница посинела.

  - Колин, еще стаканчик!

  Два... нет, три стаканчика подряд залпом - это варварское издевательство над божественным напитком.

  - Казимир, вы меня очень огорчили.

  - Виноват, принцесса! Больше не повторится.

  - Надеюсь, что не повторится, и даже - скорее всего. Барон ведь уехал.

  Сидящие за столом прыснули от смеха, а виновник чисто по-мальчишески покраснел.

  - Чтобы вас защитить, Казимир, я сегодня же издам указ о прекращении соискания моей руки.

  - Вы очень добры, принцесса.

  - Вы даже и не подозреваете, Казимир, насколько я добра именно к вам. Я даже позволяю вам повторить сегодняшнюю попытку сватовства. Но не ранее, чем через две недели. Когда с вашего лица исчезнут следы пребывания в нашей стране барона Шварца.

  Воцарилось молчание. Такого поворота никто не мог и ожидать. Жозеф в облегчении вздохнул. Казимир в обалдении застыл. И тут начали подносить блюда и тарелки...

  Чего тут только не было! И целиком зажаренная на вертеле курица. И нежнейшее тушеное мясо без единой жиринки. И только что прокопченный свиной окорок. И тающие во рту сосиски размерами с небольшие колбасы. И бульоны из птицы и не птицы. И запеченные на курином жире клубни диковинного еще пока овоща - картофеля. И целая дюжина кастрюлек с соусами и приправами. И еще куча разных блюд, в происхождении и составе которых мне так и не удалось разобраться. Но в общем - явно не рыбный день.

  С таким вином, закуской и сотрапезниками время летит незаметно. Даже если обмениваться только междометиями, отмечающими качество блюд. А больше ничего и не требуется, когда перед вами происходит спектакль любовного ухаживания и его приятия.

  Казимир старался вовсю. Отрезáл и вырезáл принцессе самые лакомые кусочки. Предлагал попробовать тот или иной соус. Подливал вина. А когда дело дошло до десерта, то выбирал и очищал самые спелые плоды. Принцесса сдержанно, но благосклонно принимала эти знаки внимания, и только когда кавалер отворачивался, лукаво и заговорщицки улыбалась мне. Крис как завороженный созерцал это действо. Жозеф сосредоточенно молчал, а я время от времени смотрел по сторонам.

  Заведение постепенно заполнялось народом. Многие узнавали принцессу и подтверждали это, сняв шляпу, небольшим поклоном. На что она в ответ вежливо кивала. Стало шумнее, а в дальнем углу появились музыканты и стали тихо наигрывать что-то нудное.

  Идиллию нарушил Герц, материализовавшись из ниоткуда.

  - Ваше высочество, во дворце беспокоятся, куда вы пропали.

  - Провожу время с друзьями, господин министр.

  - Но ведь уже десять часов вечера!

  - Да-да, вы правы. Пора домой. Казимир, распорядитесь, чтобы подали мою карету. Серж, проводите меня, пожалуйста.

  Мы вышли на улицу. Жозеф и Крис остались за столом, а Герц поспешил к своей коляске.

  - Спасибо вам, Серж.

  - И вам спасибо, Виолетта.

  Она удивленно приподняла брови, но промолчала. Подкатила карета. Оторванная дверца оказалась уже на месте. Казимир выскочил изнутри.

  - Я вас провожу, принцесса.

  - Не надо, Казимир. Мы сегодня достаточно времени провели вместе, - и протянула ему руку для поцелуя.

  Карета скрылась, а Казимир отцепил от коновязи свою лошадь, вскочил в седло и не спеша двинулся по улице вниз, в сторону порта.

  За столом всё те же. Только Крис уже клюет носом.

  - Крис, может спать пойдешь?

  - Пожалуй, пойду, - и, слегка запинаясь, побрел к лестнице на второй этаж.

  - Мой братец, наверное, решил прогуляться от избытка чувств?

  - Ага. Жозеф, у меня такое предчувствие, что вы не прочь меня расспросить о чем-то.

  Жозеф достал трубку, не спеша набил ее табаком, прикурил от свечи, затянулся и пустил в потолок густой клуб дыма.

  - Серж, а у меня такое предчувствие, что вы мне не скажете даже, ни кто вы, ни откуда, ни зачем.

  - Пожалуй, не скажу.

  - Поймите, - это не просто досужее любопытство. На мне защита государства. Мне известно, что вы никогда не были в Верне, а принцесса не покидала Верна. Вдруг вы появляетесь неизвестно как, и оказывается, что вы чем-то связаны с принцессой. Причем до такой степени, что мне кажется, вы имеете прямое отношение к событию, произошедшему сегодня за этим столом. Мало того. Вы очень похожи на нас с братом. Хотя, например, он этого не заметил. Всё это очень странно. Не находите?

  - Нахожу. Но странность не преступление.

  - Верно. Успокаивают две вещи. Вы не волшебник - это точно. И от вас не исходит никакой опасности. Уж я-то в этом разбираюсь.

  - Жозеф, если опасности от неизвестности не исходит, то пусть она неизвестностью и остается.

  - Вы думаете, что волшебники до такой степени не любопытны? - с улыбкой спросил Жозеф. - Ладно, пусть будет по-вашему. Храните свою тайну. Однако и у вас есть вопросы ко мне. Правда?

  - Совершенно справедливо. А вопросов два. Вы совсем не похожи на волшебника. И второе. Как вам такую благополучную страну удается сохранять без армии и флота?

  - Вы, Серж, наверное, представляете себе седобородых, умудренных годами, опытом и учением волшебников из сказок. На самом деле волшебником нужно просто родиться, и возраст тут играет малое значение. Что вызывает рождение волшебника и почему он может явиться на свет в любой семье? Этого никто не знает, и я в том числе. Может, просто потому, что в нем возникает нужда? Мы не живем больше других людей и так же, как все, болеем и умираем. Мой предшественник умер семнадцать лет назад в возрасте всего шестидесяти пяти лет.

  - Вы хотите сказать, что...

  -- Совершенно верно. Я занял должность королевского волшебника в двенадцать лет. Ну, а что касается вашего второго вопроса, то наша страна потому и благополучная, что не тратит ничего на армию и флот. Нападать на кого-то с целью грабежа побуждает корысть. А если эта корысть еще имеет и власть, то жди большой беды. В обязанности королевского волшебника входит наблюдение за появлением в сопредельных странах опасных корыстных побуждений у людей, облеченных властью. Когда знаешь, что и у кого, то не сложно и воспрепятствовать заранее.

  - Как это невинно звучит - воспрепятствовать. Я уж не рискую спрашивать, что за этим кроется.

  - И правильно делаете. А теперь я отвечу на не заданный вами вопрос. Постеснялись, наверное, спросить. У волшебника должна быть определенная этика. Волшебник может многое, но он должен хорошо понимать, во что вмешиваться можно, а во что - никогда.

  - Это вы к чему?

  - К тому, почему я не вмешиваюсь в отношения между принцессой и братом. Хотя и мог бы.

  - Жозеф, вы просто кладезь мудрости. Это я совершенно без иронии.

  - Спасибо. Вы когда отбываете, Серж?

  - Завтра где-нибудь во второй половине дня. Нужно еще успеть кое-что сделать.

  - Ну да, ну да, в порту. Я приду посмотреть, как вы справитесь с тем, с чем не справился я. До свидания.

  - Жозеф положил трубку в карман и вышел из таверны.