Начало советско-германского конфликта и последовавшее продвижение Японии в Индокитай привели к коренному изменению стратегической ситуации. Изменения были восприняты с энтузиазмом высшим военным руководством США. Так, морской министр Нокс воспринимал ситуацию как «Богом данный шанс»[566]. Ему вторил военный министр: «Нам нужно действовать быстро и преодолеть первоначальные трудности до того, как Германия высвободит ноги из русской трясины». К этому авторитетному хору присоединился и министр внутренних дел — ввести эмбарго на нефть для Японии. Это «даст возможность не только эффективно, но и легко вступить в эту войну, — настаивал он. — Если мы не сделаем этого сейчас, то, когда придет наш черед, мы не будем иметь в мире ни одного союзника»[567]. Г. Икес развил выгоды своего предложения даже еще дальше: «Введение санкций может привести к войне, и если мы вступим в войну таким не прямым способом, то избежим обвинения в союзе с Советской Россией»[568].
Мы видим, что к концу лета 1941 г. сложилась уникально выгодная ситуация для вступления США в войну. Оставалось лишь придумать конкретный повод, достаточно весомый для американского общественного мнения. А избиратели, как ни странно, уже практически смирились с перспективой войны. Рузвельту даже доставалось от ближайших советников за слишком инертное движение к войне. В эти дни какой-то журналист спросил Стимсона, почему США до сих пор не вступили в войну? «Главный изоляционист засел там», — указал военный министр на Белый дом[569]. Но, как мы знаем, президент имел свой план.
Действия японского правительства, агрессия в Индокитае — все это создавало реальные условия для провокации. Рассекреченные в 1990 г. документы военного ведомства США показывают, что подобный шанс получить повод для вступления в войну необходимо было использовать. В июне — июле 1941 г. был разработан план «ДжБ-355». В соответствии с данным документом было решено, прибегнув к репрессалиям экономического характера,
спровоцировать Токио к началу военного конфликта в районе Юго-Восточной Азии, а затем использовать это как повод для нанесения превентивных воздушных ударов по Японии силами стратегической авиации, тем самым вступив в войну. Самое интересное, что данный план был подписан лично президентом, военным, а также морским министрами[570].
Дальнейшее продолжение американо-японских переговоров, о которых речь шла выше, теперь носило совершенно иной характер. Американцы уже не искали компромисса или урегулирования. Они все настойчивей заставляли Японию открыть «черный ход», через который военная и экономическая мощь Соединенных Штатов начнет тушить мировой пожар. Конечно, оставался призрачный шанс на то, что Токио пойдет на принципиальные уступки в Азии. Это, конечно, отсрочило бы вступление в войну, но ненадолго, зато совершенно точно обеспечило бы тыл против Гитлера. Однако мысль о том, что Японская империя добровольно откажется от всех завоеваний, могла восприниматься серьезно лишь умалишенным. Таким образом, Рузвельт намеренно провоцировал Японию на начало военных действий в Тихом океане.
Но коль скоро президент держал в тайне свои стратегические замыслы даже от ближайшего окружения, понятно, почему он не отдавал приказа на форсированную разработку оперативных планов для войны с Японией. К декабрю 1941 г. существовали лишь местные планы обороны[571]. Стоит отметить, что даже с военной точки зрения это было вполне оправданно и нормально. Ведь в соответствии с «Радугой-5» на начальном этапе предстояло обороняться — планы для обороны были. Они, конечно, предполагали локальные, изолированные наступательные действия флота, с целью уничтожить японские коммуникации и задержать продвижение противника[572]. А концепцию и конкретные разработки наступательных операций можно было вести лишь после того, как Америка полностью мобилизует свою армию и флот — так куда спешить. Время покажет, что делать.
Но наличие оборонительных планов еще ничего не давало. Ответственность за их реализацию и разработку лежала не на Отделе военного планирования в Вашингтоне, а на конкретных командирах армейских и военно-морских округов и соединений. Так, например, командующий Тихоокеанским флотом адмирал Киммель собирался лично выйти в море и надеялся на сражение с японским флотом[573] , то есть в перспективе он собирался открыто не подчиниться оперативно-стратегическому плану «ВПпас-46». Мало отличалась и ситуация на Филиппинах, там командующий филиппинской армией генерал Макартур решил, что Япония побоится напасть на острова[574]. И пребывал в блаженной праздности...
В целом союзные войска в Тихоокеанском регионе составляли 22 дивизии и бригады[575], 237 кораблей и 1290 самолетов. За исключением сил Тихоокеанского флота, базировавшегося на Пёрл-Хар-бор, и порты Западного побережья, союзники имели следующие силы: Китайская военно-морская станция (Великобритания, адмирал Лейтон) — 3 легких крейсера, 11 эсминцев, 8 торпедных катеров; Английский Восточный флот (адмирал Филипс) — 2 линкора, 4 эсминца; Голландские ВМС в Индонезии (адмирал Голфрид) — 3 легких крейсера, 6 эсминцев, 13 подводных лодок; Азиатский флот США (адмирал Харт) — 1 тяжелый и 2 легких крейсера, 13 эсминцев, 29 подводных лодок; Австралийские ВМС и ВМС «Свободной Франции» — 1 тяжелый и 3 легких крейсера, 2 эсминца; ВМС Новой Зеландии — 2 легких крейсера[576].
![Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация? i_011.png](https://litlife.club/books/183692/read/images/i_011.png)
ЧАСТЬ II
ФЛОТ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ СЭМ
Три эпохи американского флота
В 1944 г., выступая перед Конгрессом, сенатор Д. Волш от Массачусетса заявил, что военно-морская история США после Первой мировой войны «делится на три части: 1922—1930 — период упадка; 1932—1936 — период пробуждения; 1936—1944 — восстановление и увеличение флота...»[577]. Данная периодизация действительно имеет право на существование. В этой главе мы представим на суд читателя краткую историю общего развития американских ВМС в 1922—1941гг.
Эпохальной отметкой в развитии флотов великих держав стала Вашингтонская конференция по ограничению морских вооружений. Если на 1 января 1919 г. Соединенные Штаты имели 52 линкора и линейных крейсера, правда, некоторые находились еще в стадии строительства, то после конференции Вашингтон располагал лишь 18 кораблями данного класса[578]. Справедливости ради заметим, что остались наиболее современные корабли, срок службы которых не превышал 10 лет. Но тем не менее сокращение было более чем впечатляющим. Естественно, подобное уменьшение флотов постигло и основных конкурентов: Британию и Японию. Однако серьезная и принципиальная разница существовала в отношении великих держав к своим флотам.
Если Великобритания и Япония вынуждены были пойти на вашингтонские ограничения скорее из экономических соображений, то Соединенные Штаты из геополитических. Действительно, «договор пяти держав» закрепил за ними статус ведущей морской державы, и это было достигнуто без изнурительной гонки вооружений или же военных действий. Но именно в этот момент наивысшего дипломатического триумфа американская политика морской экспансии парадоксальным образом прекратилась. «Изоляционизм», правивший страной, в прямом смысле «отводил глаза» правительства и элиты от проблем вооруженных сил. Несмотря на то что договор ограничил лишь строительство линкоров и авианосцев, на другие классы кораблей в Вашингтоне также не обращали внимания. «Америка должна возглавить движение за разоружение, подавая пример другим нациям»[579], — вот идея, которая легла в основу морской политики США практически на десять лет.
566
Цит. по: Prang G.W., Goldshtein D.M. Dillon K.V. Pearl Harbor... p. 121.
567
Цит. по: Яковлев Н.Н. Франклин Делано Рузвельт... С. 429.
568
Ickes H.I. Op. cit., V. Ill, p. 591—592.
569
цит по: Яковлев Н.Н. Франклин Делано Рузвельт... С. 430.
570
См.: Черевко К.Е. Указ. соч. С. 160.
571
См.: Conn S., Engelman R.S., Fairchild В. Guarding the United States and its Outposts. — Washington, 2000, p. 45—73, 150—161.
572
Например, смотрите оперативный план «O-1», или «O-1 — Дж-1» (на основе «Радуга-5»). Это был основной оперативный план Тихоокеанского флота на 1941 г. Он предполагал деление флота на насколько оперативных соединений, каждое из которых получало индивидуальное задание в случае войны. Таким образом, флот дробил силы и действовал в разных районах Тихоокеанского ТВД, нанося ущерб судоходству противника и задерживая его продвижение. См: IPHA, pt. 24, p. 494—522.
573
См.: Ibid., pt. 26, p. 16.
574
См.: Яковлев Н.Н. 3 сентября... С. 37.
575
Из них: 2 американские, 4 английские, 4 филиппинские, 5 австралийских, 4 малайские, 1 голландская, 1 китайская. См.: Воронцов Г.Д. Военные коалиции и коалиционные войны. — М., 1976, С. 113—114.
576
См.: Поляков А.Н. Планы развертывания английских ВМС на Дальнем Востоке/ Шерман Ф. Война на Тихом океане: Авианосцы в бою. — М. — СПб., 2002, С. 476—477.
577
78th Congress, 2nd Session, Doc. ser. 10862, No. 202., p. 1.
578
Поименный список оставшихся у США линкоров выглядел следующим образом: «Аризона», «Арканзас», «Калифорния», «Делавэр», «Флорида», «Айдахо», «Мериленд», «Миссисипи», «Оклахома», «Невада», «Нью-Мексико», «Нью-Йорк», «Норт Дакота», «Пенсильвания», «Теннесси», «Техас», «Юта», «Вайоминг» (Прим. авт.)
579
Ibid.