– За подложный титул меня публично четвертуют! – Дериона закрыла лицо руками.
– А откуда они узнают? – усмехнулся Флэсс и задумчиво почесал кончик носа. – Сделаем тебя, допустим… Благородной тиссе Дерионой клиа Шенисти, баронессой Лассе.
– А это где? – недоуменно спросила девушка, которая никак не могла вспомнить, где же находится это баронство.
– Вот! – Темный поднял палец. – И так подумает каждый, кто услышит твое имя. Но спросить постесняется, боясь показать свое невежество. А для тех, кто посмелее, скажешь, что твои владения находятся на границе с темными эльфами, и все вопросы отпадут.
Да уж, в геральдике и титулах вельмож с приграничных земель любой демон ногу сломает. Потому титулованных приграничников никто особо и не запоминал. А что, если у нее потом документы потребуют для подтверждения дворянства? Это опасение Дериона и озвучила.
– Тоже мне проблема, – отмахнулся Флэсс. – Напишу на своей геральдической бумаге. Скажешь, документы сгорели в пожаре. Кстати, замечательный повод познакомить тебя с императорской четой. По старой дружбе попрошу Твира выдать тебе новые.
Ри растерялась.
– Но как же, – не могла она взять в толк, – если его величество выдаст мне такую бумагу, я на самом деле стану баронессой…
– Это что, плохо? – удивленно поднял бровь мужчина. – Когда я отсюда уеду, будешь бывать на балах, выйдешь замуж за вельможу. Всяко лучше, чем воровством заниматься. Впрочем, что‑то я заболтался. Собирайся, надо тебя перед балом приодеть.
Девушка не нашла доводов для продолжения спора и понуро пошла собираться.
Сам поход за покупками Ри почти не запомнила. Лавка с готовой одеждой сменилась обувной, та, в свою очередь, ювелирной. Девушка отрешенно подчинялась, пока Флэсс с лавочниками вертели ее, примеряли бесконечные платья, ленты, украшения, туфли и разную мелочь. Очнулась от странного оцепенения только в тот момент, когда ей закончили делать прическу и подвели к зеркалу.
И Ри глазам своим не поверила. Ну не может эта прекрасная, холеная и высокомерная тиссе быть простой воровкой Дерионой!
Скроенное по последней светлоэльфийской моде платье из изумрудного атласа открывало плечи и верхнюю часть груди, плавно расширяясь от талии к полу. Ри невольно пришла в голову мысль, что она сейчас похожа на лесную богиню. Парюра из ограненных в форме капель изумрудов оттеняла глаза. Волосы убрали в замысловатую прическу, оставив на свободе всего один непокорный локон.
– Изумительно, – вынес свой вердикт Флэсс, когда осмотрел девушку со всех сторон. – Ты – одно из самых прекрасных созданий, что я встречал в жизни.
Ри бросила на мужчину недоверчивый взгляд. А как же то, что она эльфийкам в подметки не годится?
Темный эльф будто бы прочитал немой вопрос в ее глазах, потому что неожиданно рассмеялся.
– Догадываюсь, что за мысли сейчас испуганными птицами мечутся в твоей голове, – лукаво сказал он. – Думаю, нужно тебе кое‑что объяснить… Но сначала сядем в карету. Не стоит опаздывать на императорский бал.
Когда девушка под руку с эльфом спускалась по лестнице, в холле, казалось, их ждала вся прислуга. Дериону встретило дружное «ох», а потом в спину понесся шепот. Слуги были единодушны – такая красавица действительно могла привлечь внимание хозяина. Флэсс слегка улыбался, довольный тем, какое впечатление произвела Ри.
После того как лакеи закрыли дверь и карета тронулась, мужчина откинулся на обитую бархатом спинку и задумчиво посмотрел на воровку.
– Пожалуй, расскажу тебе то, чего никогда не говорил человеку. – Темный посмотрел в окно и поправил шторку на двери. – Ты производишь впечатление девушки неглупой, должна понять.
Флэсс прикрыл глаза, вздохнул и затем продолжил:
– Думаю, ты и сама знаешь, что красота бывает разная. – Тихий мелодичный голос завораживал Дериону. – И отношение к ней тоже бывает разное.
Мужчина резко открыл глаза и неожиданно ласково улыбнулся.
– Ты очень красива, Ри. – Он подался вперед и отвел от лица ошеломленной девушки локон. – Я даже больше скажу. Ты самая красивая человечка, которую я видел за свою стодвадцатилетнюю жизнь. Но влечение или любовь к тебе для меня невозможны.
Дериона совершенно не понимала, что пытается донести до нее темный эльф. Она даже подумала, что мужчина переоценил ее умственные способности.
– Есть закон природы, который знают все старшие расы, но почему‑то упрямо отвергает человечество, – тем временем продолжал Флэсс, не обратив внимания на замешательство девушки. – Любовь и влечение между разными расами невозможны.
– А как же темные и светлые эльфы? – несмело подала голос Ри. – Вы ведь можете…
Под внимательным взглядом она стушевалась и не договорила.
– Верно подмечено, – ободряюще улыбнулся ей мужчина. – У нас смешанные пары возможны. Но это потому, что изначально эльфы были единым народом.
Дериона тоскливо вздохнула и тихонько призналась:
– Все равно не понимаю, почему такие союзы невозможны.
– Ладно, скажу проще. – Флэсс усмехнулся и закинул ногу на ногу. – Представь себе, что ты увидела самый прекрасный цветок из всех, что встречались в твоей жизни. Ты будешь восторгаться его красотой, будешь любоваться им часами, но разве полюбишь его? Почувствуешь к нему влечение?
– Конечно нет! – с негодованием воскликнула девушка. – Это же извращение!
– Так вот ты для меня – такой цветок, – развел руками темный. – И хотеть тебя – это извращение.
Ри прикусила губу и опустила взгляд в пол. Не то чтобы она ждала от темного каких‑то чувств, вовсе нет. Более того, она даже не совсем понимала, зачем он сейчас затеял этот разговор. Но ведь про любовь между представителями разных рас написано столько красивых историй. И ей просто не верилось, что все они не больше чем выдумка.
Сразу вспомнилась актриса Лиэрийского бродячего театра Сателла, которая никогда не забывала подчеркнуть, что за ее неземную красоту как‑то насмерть сцепились темный и светлый эльфы.
– Как жаль, что мне не поверят! – непроизвольно вырвалось у девушки.
– А оно тебе надо? – Флэсс рассмеялся. – Зато считай, что владеешь одним из секретов старших рас.
За окном тянулись укрытые сумраком улицы. Копыта лошадей, запряженных в карету, высекали едва видимые искры из брусчатки. Дериона буквально ощущала, как приближается момент, когда придется играть новую роль. И ей стало страшно.
– Флэсс, – робко позвала она эльфа, – а что, если мне не поверят?
– Только если ты сама захочешь, чтобы они не поверили, – ровным тоном отозвался он. – У тебя ведь выдающийся дар, Ри. Или ты за годы воровской жизни уже успела позабыть об этом?
От такой осведомленности мужчины девушку даже зазнобило. Впрочем, на страхи совсем не осталось времени – впереди уже сверкал ночными огнями дворец.
Карета объехала фонтан и остановилась перед широкой полукруглой лестницей, где уже стояло несколько экипажей. Лакеи услужливо распахнули дверцы.
– Готова? – едва слышно спросил Флэсс.
– Да, – твердо ответила девушка и подала мужчине руку.
Они неспешно поднимались к роскошным дверям парадного входа, но Ри почти не смотрела, куда ступает. Ведь она еще никогда не видела дворец императора так близко.
Сейчас, когда ночь рассыпалась по небосводу ярким бисером созвездий, изящный белоснежный замок, освещенный желтыми и голубыми огнями, казался призрачным. Лестница вела под арочные своды первого этажа, украшенные скульптурами и растительным орнаментом. Второй этаж будто бы весь состоял из балконов, увитых растениями, и ажурных мостиков между ними. Башни, снизу казавшиеся игрушечными, возносились в небо сияющими шпилями.
Распорядитель бала, который сверял гостей со списком, выронил его из рук, когда темный эльф ввел девушку в вестибюль зала.
– Таис Квин'Алтэ, какая честь! – поклонился он, одновременно дрожащими руками поднимая свиток с пола. – Могу ли я узнать имя вашей прекрасной спутницы, дабы огласить ваше прибытие?
– Разумеется, – лениво растягивая слова, ответил Флэсс. – Сия дама – благородная тиссе Дериона клиа Шенисти, баронесса Лассе.