А утром Гандхари, всегда безропотно переносившая свою долю, сложив почтительно руки, сказала Веда Вьясе:
— Много лет прошло со дня гибели наших сыновей, но муж мой каждую ночь тяжко вздыхает, скорбя по ним. Сила твоего подвижничества такова, что ты можешь даже создавать всевозможные миры. Что тебе стоит сделать так, чтобы старый и измученный царь увидел своих сыновей, пребывающих в иных мирах? Также тяжело страдают наши невестки — жемчужины среди женщин. В постоянном горе и Кунти, потерявшая Карну. Ты видишь наши сердца и те лютые страдания, которые мы молча переносим. Сотвори чудо, дай нам увидеть силу твоего подвижнического пыла!
— Да будет по слову твоему, о Гандхари! Ты увидишь сыновей, братьев, близких твоих, словно бы восставшими ото сна в ночи. Не надо скорбеть о них. Всецело преданные кшатрийской дхарме, они обрели соответствующую участь. Они все снизошли на Землю частицами богов, гандхарвов и сиддхов, чтобы выполнить свою миссию. Воплотившись в людях, эти боги свершили свои дела на земле и снова ушли на небо.
Все то горе, что из-за страха перед иным миром укоренилось в ваших сердцах, я ныне развею. Последуйте за мной к Ганге, и павшие предстанут перед вами сегодня ночью.
После таких речей великого мудреца Дхритараштра в сопровождении процессии отправился к Текущей в трех мирах. С наступлением ночи они уселись вокруг Вьясы, сосредоточенные и очистившиеся. И вот преисполненный пламенного пыла подвижник вошел в воды Ганги и призвал всех воинов, что сражались на Курукшетре.
Из вод раздался превеликий шум, и все те богатыри, предводительствуемые Бхишмой и Дроной, тысячами восстали из вод вместе со своими дружинами. Какой у каждого героя был прежде наряд, какое знамя, какая колесница — с такими теперь он и являлся. Все они восстали, сияя телами, и не было в них ни ярости, ни гнева.
И великий Вьяса мощью своего подвижнического пыла даровал слепому царю чудесное зрение, и он преисполнился ликования. На виду у всех те восставшие Бхараты приветствовали своих родственников по наилучшему обряду. Сын там встречал отца, жена — мужа, брат — брата, друг — друга. Забыв о вражде, они провели в общении всю ночь. Но затем великий подвижник благословил этих воинов, и они исчезли на виду у зрителей в один миг. Вместе со своими колесницами и знаменами они погрузились в свои посмертные обители.
Когда исчезли все те герои, Вьяса, по-прежнему стоя в воде, обратился ко всем женам кшатриев:
— Кто из вас хочет разделить со своим супругом его посмертную участь, в сей же час без страха погрузитесь в воды Ганги.
Услышав его слова, преисполненные веры красавицы испросили у свекра благословения и вошли в воду. Одна за другой эти праведницы, чуждые всякой помраченности, освободились от своих бренных тел и обрели уготованный им мир.
Узрев то великое чудо, Пандавы вернулись в свою лесную обитель. Дхритараштра, забывший о скорби, обратился к Царю справедливости:
— Многомудрый Юдхиштхира! Возвращайся в город, носящий имя слона. Пока ты рядом со мной, пыл моего подвижничества умаляется. Лишь потому, что я вижу тебя рядом, я продолжаю поддерживать это изнуренное аскезами тело. Отныне на тебе ответственность за рисовые клецки[16] для предков, о безупречный! Цель моей жизни осуществлена, и теперь жить стоит лишь ради исполнения высшего религиозного долга. Сегодня же отправляйся с братьями и свитой в путь. Иначе, связанный узами любви, не смогу я выполнить высший подвиг.
— Я не могу быть помехой твоему подвижничеству, о благочестивый! — сказал царь, обошел Дхритараштру по Солнцу и крикнул: — Запрягай!
Прошло два года. Все это время Дхритараштра питался воздухом, держал во рту деревяшку, чтоб хранить обет молчания, и скитался по всему лесу вместе с Гандхари. Их глазами стала Кунти.
Однажды старый царь, стоя у берегов Ганги, совершал жертвоприношения и оставил непогашенными священные огни. Жрецы перенесли те огни вглубь леса и разошлись. Тот огонь потихоньку разгорался. Ветер раздул пожар, и лес пришел в смятенье.
В царе из-за долгого поста еле теплилась жизнь, и у него не было сил убежать. Тогда он сосредоточил свое сознанье и уселся лицом к востоку вместе с Гандхари и Кунти. Санджая, почтительно обойдя вокруг него по Солнцу, сказал: «Сосредоточься на Брахмане[17]!» И тот сын риши, затруднив деятельность органов чувств, уподобился бесчувствием полену. Он и обе святые подвижницы предали себя пламени лесного пожара, а Санджая спасся из того пламени и поведал Пандавам о смерти отшельников. Так принял смерть от своего собственного жертвенного огня, освященного мантрами, тот бык-Бхарата.
67. Беременный муж
Американец Томас Бити, ставший мужчиной после операции по смене пола, родил второго ребенка. Теперь, помимо дочери, появившейся на свет в июле прошлого года, у 35-летнего Бити есть сын.
Пришли в Двараку — царство Кришны — трое великих мудрецов — Нарада, Вишвамитра и Канва — и были приняты с должным почетом. Но местные юноши решили над ними подшутить. Они нарядили красивого юношу Самбу, сына Кришны, в женское платье, подложили под платье сверток на живот и подвели к мудрецам со словами: «Это супруга Самбы, мечтающего о сыне. Вам все ведомо, о провидцы, откройте же нам будущее. Кто родится у этой женщины?»
Глаза мудрецов засверкали от гнева, и, переглянувшись, они так ответили наглецам:
— Этот сын Кришны по имени Самба родит железную палицу, которая погубит ваше племя! Вы, ничтожные обманщики, поддавшись хмелю, уничтожите весь род свой, кроме Кришны. Самба же будет сражен, лежа на земле.
И по слову мудрецов злосчастный Самба забеременел, как женщина, и на другой день разрешился от бремени, произведя на свет огромную железную палицу устрашающего вида. Вслед за этим в городе появились недобрые знамения, и понял Кришна, что близится срок исполнения проклятия Гандхари. Царь Ядавов Уграсена, дед Кришны, приказал истолочь железную палицу в пыль и развеять у берега моря, а также запретил под страхом смерти производить и продавать в городе хмельные напитки любого рода:
— Кто тайком будет производить хмельное, тот сам соорудит себе кол и вместе с родней усядется на него.
Все люди, узнав о приказе царя, в страхе принялись соблюдать запрет.
Между тем в Двараке происходили необычные вещи: постоянно тревожно кричали птицы, у коров рождались ослята, а в свежей, только что приготовленной пище заводились черви. В роду Ядавов началось невиданное падение нравов. Чистую пищу, предназначенную брахманам, они бросали обезьянам, младшие перестали повиноваться старшим, ученики оскорбляли учителей, жены стали обманывать мужей, люди прекратили жертвоприношение предкам. И наконец, несмотря на царский указ, люди отведали запретного вина.
Вскоре среди воинов началось страшное пьянство. В недобрый час разогретые хмелем кшатрии затеяли драку прямо в кшатрийском лагере, на берегу моря, где был рассыпан железный порошок, и принялись жестоко избивать друг друга. Сын нападал на отца, брат на брата, отец разил сына. Началась безумная, беспощадная и бессмысленная сеча. На глазах у Кришны пали и его сыновья. Воины в помрачении стали приближаться к Кришне. Тогда Кришна нагнулся и вырвал горсть травы, и трава в его руках мгновенно превратилась в железную палицу, убивающую всех вокруг. Разъяренный гибелью сыновей, Кришна разил без устали, и много витязей из племени Ядавов полегло под ударами его палицы. И все Ядавы стали рвать траву, и каждая вырванная травинка превращалась в их руках в железную палицу. И страшное побоище началось на берегу океана. Сын нападал на отца, отец на сына, брат — на брата. Обезумевшие от вина, истребляли они друг друга.
Великое побоище привело к гибели Ядавов, как и было предсказано Гандхари 36 лет назад. Род Кришны, ввергнувшись в пучину распрей и междоусобиц, подверженный повороту времени, бесславно истребил сам себя.
16
Рисовые клецки «пинда» — шарики из вареного риса и муки, приносимые в жертву предкам во время прощальных ритуалов. Покойного «кормили» рисовыми клецками, что должно было способствовать обретению им нового, тонкого тела.
17
Брахман — безличный абсолют, космическое духовное начало.