— Пожалуйста, простите нас, — кротко проговорил Мило после того, как разобрался, где у него самого руки, а где ноги. — Мы не знали. Вас почти невозможно отличить от горы.
— Само собой, — ответил великан уже не таким громким голосом (который, впрочем, и теперь был не тише пушечной пальбы). — Собственной формы у меня нет, так что я принимаю любую, смотря по обстоятельствам. В горах я — большущая гора, на берегу моря — широкий пляж, в лесу я — высокий дуб, а в городе, когда я попадаю в город, я — шикарный многоэтажный дом. Больше всего не люблю выделяться, это, знаете ли, небезопасно.
И он вновь уставился на них голодными глазами, решив попробовать, каковы эти трое на вкус. И уже распахнул свою огромную пасть, когда Мило крикнул:
— Эй, вы ведь слишком большой, чтобы чего-нибудь бояться.
— Н-н-нет. — Великан задрожал всем своим студенистым телом. — Я боюсь. Боюсь всего. Потому-то я такой свирепый. Ох, ведь если кто-нибудь об этом узнает, я просто помру со страху. А теперь не мешайте, я собираюсь позавтракать.
Он поднес ладонь к разверстой своей пасти, Ляпсус зажмурился и схватился руками за голову.
— Значит, вы и есть демон страха? — спросил Мило, отчаянно надеясь, что великан достаточно воспитан и не захочет разговаривать с набитым ртом.
— Да вроде бы да, — отвечал тот, чуть-чуть отмстив ладонь, к великому облегчению Ляпсуса. — А с другой стороны, вроде бы нет. То есть я имею в виду, что это, возможно, так и есть, только не в такой степени. Да чего уж там? — зло пробурчал он. — Сами видите, даже сказать что-нибудь прямо я и то боюсь. Так что хватит задавать вопросы, они портят мне аппетит.
Он вновь поднес ладонь ко рту, собравшись заглотать всех троих одним махом.
— Эй, — снова закричал Мило, на сей раз едва не опоздав: еще миг — и все было бы кончено, — почему вы не хотите нам помочь? Когда вернутся Поэзия и Мудрость, все станет на свои места!
— Э-э, — задумчиво протянул великан, опять опуская руку, — а может, не стоит, а?.. Я хочу сказать, может, не стоит беспокоиться? Я ведь никогда никак не поступал. Зачем рисковать? Иначе говоря, пусть уж будет все как есть, а то от этих перемен — одни неприятности. — Сказав это, он как-то сник и грустно добавил: — Похоже, я закушу только одним из вас. Остальных оставлю на потом. Что-то мне нездоровится.
— У меня есть идея получше! — сказал Мило.
— Что-что? — завопил великан, теряя всякий аппетит. — Единственное, что мне не по зубам, — это всякие идеи. Я их не перевариваю!
— А у меня их целый короб — все идеи мира! — воскликнул Мило, гордо подняв в руке шкатулку, подарок Азбукиана.
Сама идея о таком количестве идей привела великана в ужас, он весь задрожал, подобно огромному студню.
— ОТПУСТИТЕ МЕНЯ И ПОСКОРЕЕ УХОДИТЕ, — взмолился он, на мгновенье забыв, кто кого держит. — И УМОЛЯЮ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ОТКРЫВАЙТЕ ЭТУ КОРОБОЧКУ!
И тут же, стряхнув их на гребень следующего хребта, он в панике затопал, захлюпал прочь, чтобы предупредить остальных о новой, небывалой угрозе.
Однако дурные вести разносятся быстро. Грязная Сплетница, Пошлый Примитив и Носатый-глазастый-волосатый-зубастый-плечистый-рукастый-ушастый-головастый-коренастый и самый ужасный уже подняли тревогу в горах. Отовсюду поспешали демоны — вылезали из пещер и расщелин, из-под камней, из грязи, топотали, шуршали и шаркали, скользя и пробираясь сквозь мутную мглу. И всеми или двигало одно-единственное желание: уничтожить нарушителей, защитить Тьму Невежества.
С того места, где стояли Мило, Тактик и Ляпсус, хорошо было видно, как неотвратимо они надвигаются издали, все ближе и ближе. Со всех сторон доносились зловещие звуки, мелькали смутные очертания ползущих и шагающих. Одни уже виднелись вполне отчетливо, другие казались бледными тенями, большинство же еще только вылезало из своих мерзких логовищ, но было ясно: они окажутся тут куда скорее, чем хочется.
— Бежим, — рявкнул Тактик, — а то нас и вправду изловят! — И он потрусил по тропе.
Мило, набрав побольше воздуха, последовал примеру пса, а Ляпсус сообразил, что у них позади, и рванул вперед с удвоенной силой.
Глава 18
Воздушный Замок
Вверх, вверх, все выше в горы поднимались они в поисках замка и двух изгнанниц-принцесс — с хребта на хребет, с вершины на вершину, по осклизлым скалам, по оскаленным утесам, под нависшими «пронеси господи», по узким карнизам, где любая оплошность означала одно — прощайте навсегда! Зловещая тишина пала, точно завеса, и не было бы ни единого звука, если бы не шорох их собственных шагов. Мир, который Мило когда-то знал, оказался за тридевять немыслимых земель, а демоны — демоны были рядом.
— Они нас нагоняют! — возопил Ляпсус, пожелав себе никогда больше не оглядываться назад.
И в тот же миг Мило воскликнул:
— Мы добрались, смотрите!
Там, впереди, с вершины самого высокого пика тянулась вверх тонкая, как паутина, винтовая лестница, а на другом конце ее стоял Воздушный Замок.
— Вижу! Я вижу! — повторял счастливый Ляпсус, пока они бежали вверх по извилистой горной тропке.
Но они не видели другого: там, прямо на земле, перед первой ступенькой лестницы лежал большой засаленный гроссбух, а на нем, свернувшись калачиком, дремал маленький кругленький человечек в сюртуке и с большим гусиным пером, небрежно заложенным за ухо; лицо, и руки, и вся одежда человечка были замараны чернилами, на носу же сидели очки с такими толстыми стеклами, каких Мило еще не видывал.
— Тихо, тихо, — шепнул Тактик, когда они наконец достигли вершины, и Ляпсус, осторожно обойдя спящего, ступил было на первую ступеньку.
— ВАШЕ ИМЯ? — резко окликнул его человечек, вскинувшись. Затем он сел, извлек из-под себя бухгалтерский гроссбух, надел зеленый козырек и застыл в ожидании с пером в руке.
![Мило и волшебная будка _077.png](https://litlife.club/books/180462/read/images/_077.png)
— С позволения сказать… — пролепетал испуганный жучило.
— ИМЯ? — строго прикрикнул человечек, открыв книгу на странице 512 и яростно заскрипев пером — а скрипело оно ужасно и царапало бумагу так, что чернильные брызги разлетались во все стороны фонтанами.
Они назвались, и он записал их в алфавитном порядке.
— Очень, очень, очень хорошо-с, — приговаривал он при этом. — Давненько у меня никого не было на букву Эм-с.
— Зачем вам наши имена? — спросил Мило, с тревогой заглядывая ему через плечо. — У нас очень мало времени.
— Это займет не больше минуты-с, — заверил человечек. — Я — переписчик Концеляриус и занимаюсь Переписью. Я обязан отобрать у вас кое-какие показания-с, а затем переписать в нужном порядке-с. Для начала сообщите год рождения, место рождения, возраст — настоящий, прошлый и будущий, имя матери, имя отца, имя брата матери, имя брата отца, имя сестры матери, имя сестры отца, место жительства, место пребывания, в каких школах учились, в каких не учились, увлечения, номер телефона, номер дома, помер квартиры, размер квартиры, размер обуви, размер одежды, размер воротника, размер головного убора, а также сведения о шести свидетелях, которые могут подтвердить правдивость ваших показаний. И пожалуйста, по очереди-с! Станьте в ряд, да смотрите у меня — без толкотни, без разговоров, без подсказок.
Первым отвечал Ляпсус — ведь у него вместо памяти была дырка. Переписчик невозмутимо снимал с него показания и заносил их в пять различных граф, то и дело прерываясь — протирал очки, откашливался, поправлял галстук, сморкался. При этом испуганный жучило с головы до ног оказался забрызган чернилами.
— СЛЕДУЮЩИЙ! — объявил Концеляриус особым канцелярским голосом.
Следующим был Мило.
— Надо бы поскорее, — вполголоса заметил он, потому что видел — первый демон уже ступил на тропинку у подножия горы и через несколько минут будет здесь.
А чиновник, как назло, тянул время, мучительно раздумывая над каждой графой Переписи. Наконец, покончив с Мило и Тактиком, он удовлетворенно покивал головой.