– Будьте любезны, направьте ваш пистолет на что-нибудь другое, – попросил он.
– Он не заряжен, – успокоил его Берти. – Я же вытащил магазин. А незаряженные пистолеты не стреляют, как вам известно.
– Бывает, что и палка стреляет.
– Эта система не выстрелит.
– А вы все-таки поверните его в другую сторону.
Капитан Малу говорил негромко и спокойно, с металлическими нотками в голосе, но глаза его ни на миг не отрывались от дула пистолета, пока Берти не отвернул его наконец в сторону.
– Хотите пари на пять фунтов, что пистолет не заряжен? – с жаром воскликнул Берти.
Его собеседник отрицательно покачал головой.
– Хорошо же, я докажу вам…
И Берти приставил пистолет к виску с очевидным намерением спустить курок.
– Подождите минутку, – спокойно сказал капитан Малу, протягивая руку. – Дайте, я еще разок на него взгляну.
Он направил пистолет в море и нажал спуск. Раздался оглушительный выстрел, механизм щелкнул и выбросил на палубу дымящуюся гильзу. Берти застыл с открытым ртом.
– Я, кажется, отводил назад ствол, да? – пробормотал он. – Как глупо…
Он жалко улыбнулся и тяжело опустился в кресло. В лице у него не было ни кровинки, под глазами обозначились темные круги, руки так тряслись, что он не мог донести до рта дрожащую сигарету. У него было слишком богатое воображение: он уже видел себя распростертым на палубе с простреленной головой.
– В-в-вот история! – пролепетал он.
– Ничего, хорошая штучка, – сказал капитан Малу, возвращая пистолет.
На борту «Макембо» находился правительственный резидент, возвращающийся из Сиднея, и с его разрешения пароход зашел в Уги, чтобы высадить на берег миссионера. В Уги стояло небольшое двухмачтовое суденышко «Арла» под командованием шкипера Гансена. «Арла», как и многое другое, тоже принадлежала капитану Малу: и по его приглашению Берти перешел на нее, чтобы погостить там несколько дней и принять участие в вербовочном рейсе вдоль берегов Малаиты. Через четыре дня его должны были ссадить на плантации Реминдж (тоже собственность капитана Малу), где он мог пожить недельку, а затем отправиться на Тулаги – местопребывание резидента – и остановиться у него в доме. Остается еще упомянуть о двух предложениях капитана Малу, сделанных им шкиперу Гансену и мистеру Гаривелу, управляющему плантацией, после чего он надолго исчезает из нашего повествования. Сущность обоих предложений сводилась к одному и тому же – показать мистеру Бертраму Аркрайту «бурную и полную опасностей жизнь на Соломоновых островах». Говорят также, будто капитан Малу намекнул, что тот, кто доставит мистеру Аркрайту наиболее яркие переживания, получит премию в виде ящика шотландского виски.
– Между нами, Сварц всегда был порядочным идиотом. Как-то повез он четверых своих гребцов на Тулаги, чтобы их там высекли – конечно, совершенно официально. И с ними же отправился на вельботе обратно. В море немного штормило, и вельбот перевернулся. Все спаслись, ну, а Сварц – Сварц-то утонул. Разумеется, это был несчастный случай.
– Вот как? Очень интересно, – рассеянно заметил Берти, так как все его внимание было поглощено чернокожим гигантом, стоявшим у штурвала.
Уги остался за кормой, и «Арла» легко скользила по сверкающей глади моря, направляясь к густо поросшим лесом берегам Малаиты. Сквозь кончик носа у рулевого, так занимавшего внимание Берти, был щегольски продет большой гвоздь, на шее красовалось ожерелье из брючных пуговиц, в ушах висели консервный нож, сломанная зубная щетка, глиняная трубка, медное колесико будильника и несколько гильз от винчестерных патронов; на груди болталась половинка фарфоровой тарелки. По палубе в разных местах разлеглось около сорока чернокожих, разукрашенных примерно таким же образом. Пятнадцать человек из них составляли экипаж судна, остальные были завербованные рабочие.
– Конечно, несчастный случай, – заговорил помощник шкипера «Арлы» Джекобс, худощавый, с темными глазами, похожий скорее на профессора, чем на моряка. – С Джонни Бедилом тоже чуть было не приключился такой же несчастный случай. Он тоже вез домой несколько высеченных, и они перевернули ему лодку. Но он плавал не хуже их и спасся с помощью багра и револьвера, а двое черных утонули. Тоже несчастный случай.
– Это здесь частенько бывает, – заметил шкипер. – Взгляните вон на того парня у руля, мистер Аркрайт! Ведь самый настоящий людоед. Полгода назад он вместе с остальной командой утопил тогдашнего шкипера «Арлы». Прямо на палубе, сэр, вон там, у бизань-мачты.
– А уж в какой вид палубу привели – смотреть было страшно, – проговорил помощник.
– Позвольте, вы хотите сказать?.. – начал Берти.
– Вот, вот, – прервал его шкипер Гансен. – Несчастный случай. Утонул человек.
– Но как же – на палубе?
– Да уж вот так. Между нами говоря, они воспользовались топором.
– И это – теперешний ваш экипаж?!
Шкипер Гансен кивнул.
– Тот шкипер был уж очень неосторожен, – объяснил помощник. – Повернулся к ним спиной, ну… и пострадал.
– Нам придется избегать лишнего шума, – пожаловался шкипер. – Правительство всегда стоит за черномазых. Мы не можем стрелять первыми, а должны ждать, пока выстрелит черный. Не то правительство объявит это убийством, и вас отправят на Фиджи. Вот почему так много несчастных случаев. Тонут, что поделаешь.
Подали обед, и Берти со шкипером спустились вниз, оставив помощника на палубе.
– Смотрите в оба за этим чертом Ауки, – предупредил шкипер на прощание. – Что-то не нравится мне последнее время его рожа.
– Ладно, – ответил помощник.
Обед еще не закончился, а шкипер дошел как раз до середины своего рассказа о том, как была вырезана команда на судне «Вожди Шотландии».
– Да, – говорил он, – отличное было судно, одно из лучших на побережье. Не успели вовремя повернуть, ну и напоролись на риф, а тут сразу же на них набросилась целая флотилия челнов. На борту было пятеро белых и двадцать человек команды с Самоа и Санта-Крус, а спасся один второй помощник. Кроме того, погибло шестьдесят человек завербованных. Всех их дикари – кай-кай. Что такое кай-кай? Прошу прощения, я хотел сказать – всех их съели. Потом еще «Джемс Эдвардс», прекрасно оснащенный…
Громкая брань помощника прервала шкипера. На палубе раздались дикие крики, затем прогремели три выстрела, и что-то тяжелое упало в воду. Одним прыжком шкипер Гансен взлетел по трапу, ведущему на палубу, на ходу вытаскивая револьвер. Берти тоже полез наверх, хотя и не столь быстро, и с осторожностью высунул голову из люка. Но ничего не случилось. На палубе стоял помощник с револьвером в руке, трясясь, как в лихорадке. Вдруг он вздрогнул и отскочил в сторону, как будто сзади ему угрожала опасность.
– Туземец упал за борт, – доложил он каким-то странным, звенящим голосом. – Он не умел плавать.
– Кто это был? – строго спросил шкипер.
– Ауки!
– Позвольте, мне кажется, я слышал выстрелы, – вмешался Берти, испытывая приятный трепет от сознания опасности – тем более приятный, что опасность уже миновала.
Помощник круто повернулся к нему и прорычал:
– Вранье! Никто не стрелял. Черномазый просто упал за борт.
Гансен посмотрел на Берти немигающим, невидящим взглядом.
– Мне показалось… – начал было Берти.
– Выстрелы? – задумчиво проговорил шкипер. – Вы слышали выстрелы, мистер Джекобс?
– Ни единого, – отвечал помощник.
Шкипер с торжествующим видом повернулся к своему гостю.
– Очевидно, несчастный случай. Спустимся вниз, мистер Аркрайт, и закончим обед.
В эту ночь Берти спал в крошечной каюте, отгороженной от кают-компании и важно именовавшейся капитанской каютой. У носовой переборки красовалась ружейная пирамида. Над изголовьем койки висело еще три ружья. Под койкой стоял большой ящик, в котором Берти обнаружил патроны, динамит и несколько коробок с бикфордовым шнуром. Берти предпочел перейти на диванчик у противоположной стены, и тут его взгляд упал на судовой журнал «Арлы», лежавший на столике. Ему и в голову не приходило, что этот журнал был изготовлен капитаном Малу специально для него. Из журнала Берти узнал, что двадцать первого сентября двое матросов упали за борт и утонули. Но теперь Берти уже научился читать между строк и знал, как это надо понимать. Далее он прочитал о том, как в зарослях на Суу вельбот с «Арлы» попал в засаду и потерял трех человек убитыми, как шкипер обнаружил в котле у повара человечье мясо, которое команда купила, сойдя на берег в Фуи; как во время сигнализации случайным взрывом динамита были перебиты все гребцы в шлюпке. Он прочитал также о ночных нападениях на шхуну, о ее спешном бегстве со стоянок под покровом ночной темноты, о нападениях лесных жителей на команду в мангровых зарослях и о сражениях с дикарями в лагунах и бухтах. То и дело Берти натыкался на случаи смерти от дизентерии. Со страхом он заметил, что так умерли двое белых, подобно ему гостивших на «Арле».