Для Тура Хейердала это было предложение основополагающего содержания. Он слышал то же самое на Фату-Хиве, когда Теи Тетуа, последний каннибал острова рассказал, что его предки прибыли с востока, оттуда, откуда встает солнце{300}. Однажды, когда Тур читал лекцию об истории острова Пасхи для членов экспедиции, пока они еще находились в пути на «Кристиане Бьелланде», он вложил в уста Томсона вывод, сделанный на основе того, что рассказали ему жители острова: «Их предки прибыли на чем-то огромном с востока, в шестидесяти днях плавания прямо от восхода солнца»{301}.
Эти огромные транспортные средства состояли из двух двойных каноэ, и Хоту Матуа привел с собой свиту из трехсот избранных лиц. Король покинул свою страну не из желания путешествовать, но потому, что там случилась война, которую он, как понял, проиграет. Согласно легенде, бог Макемаке открыл себя брату бедного короля и рассказал, что, если они возьмут курс туда, где заходит солнце, они найдут там большой необитаемый остров.
Страна, откуда прибыл Хоту Матуа, состояла из группы островов, писал далее Томсон. Эта страна называлась Марае-тое-хау, что означало «кладбище». Климат на этих островах стал таким жарким, что людям было трудно там жить, а в самое теплое время года трава и растения дочерна сжигались солнцем. Имея столь незначительные сведения, Томсон не осмелился сказать что-то подробнее о географическом положении островов, кроме того что они находились к востоку от острова Пасхи и, судя по упоминанию о жарком климате, должно быть, располагались в тропиках. Тем не менее он недоумевал, почему на карте нет островов, подходивших под это описание{302}.
Согласно той же легенде, островом правили еще пятьдесят семь королей после Хоту Матуа, и Томсон перечисляет все их имена. Считая, что одно поколение жило в среднем двадцать пять лет, как это традиционно считалось среди этнологов — специалистов по Полинезии, Тур Хейердал вычислил, что Хоту Матуа и его свита в таком случае прибыли на остров Пасхи примерно в 450 году по христианскому летоисчислению{303}.
Кэтрин Рутледж сошла на берег острова Пасхи через двадцать восемь лет после Томсона. Она тоже изучила его отчет, по ее мнению — единственный существующий документ об острове Пасхи, имеющий какую-либо историческую ценность. Она восхищалась тем, как много ему удалось получить за столь короткое время, но все же предостерегала от ошибок, неизбежных при таких краткосрочных наблюдениях{304}.
Кроме изучения статуй-моаи и других каменных сооружений — жертвенников и стен, Рутледж также воспользовалась, как и ее предшественник, устными источниками. Но ей было труднее добывать сведения из людей, чем из камней. Тем не менее многое из того, что ей все-таки рассказали, совпадало с теми рассказами, что записал Томсон. В ее версии исконное население также пришло с каких-то островов, но ответы на вопрос о том, где находились эти острова, сильно отличались друг от друга. Сколько бы она ни слушала рассказов, ей никогда не попадался кто-то утверждавший, что первые поселенцы острова Пасхи прибыли по морю с востока. Вместо этого она узнала, что, когда стареющий король Хоту Мотуа понял, что его скоро заберут боги, он забрался на скалу, откуда открывался вид на бескрайнее море. Там он сидел и смотрел в сторону своей родины, которая называлась Марае Ренга, где жили боги и куда он, находясь при смерти, теперь отправлял свои призывы. И когда он услышал их ответ, пока смерть не забрала его, он сидел и смотрел в том направлении, откуда он однажды пришел сюда, в сторону своей родины, которая находилась там, куда садится солнце{305}.
Так с запада или с востока? Какой ответ правильный — версия Томсона или Рутледж? Предки островитян не могли прийти и с запада, и с востока, и, поскольку Тур Хейердал придавал большое значение легендам как источникам для исторической науки, ему надо было сделать обоснованный выбор.
Если он ценил Кэтрин Рутледж за ее работу со статуями, то он не приветствовал ее манеру обращения с устными историческими источниками. Он считал, что Рутледж во время сбора материала использовала информантов, которые не вызывали доверия, и что нарисованная ею картина поэтому недостоверна. Информанты, на которых опирался Томсон, по мнению Хейердала, были другого сорта, и им можно было доверять. То обстоятельство, что в отношении достоверности источников существовала такая разница, он объяснил изменением характера общества острова Пасхи за те годы, что прошли между визитами Томсона и Рутледж.
Поколение, с которым общалась Рутледж, в гораздо большей степени, чем раньше, было подвержено влиянию извне, считал Хейердал. После визита Томсона население со временем услышало разные версии о происхождении своих предков. В качестве возможных мест отправления Хоту Матуа назывались Галапагосы, Маркизские острова и острова Туамоту. Таким образом, когда Рутледж прибыла на остров Пасхи, примерно тогда же, когда началась Первая мировая война, население помнило к тому времени только ту часть легенды, которая рассказывала о том, что происходило после того, как Хоту Матуа сошел на берег острова Пасхи. Все, что говорилось о путешествии Хоту Матуа, люди просто забыли, утверждал Хейердал. Поэтому они не могли рассказать Рутледж, где началось плавание или как долго они сюда добирались{306}.
Некоторые указывали, что родина, на которую Хоту Матуа устремлял свой взгляд перед смертью и которая, по версии Рутледж, называлась Марае Ренга, могла быть Мангаревой, островом Французской Полинезии, лежавшем в 2000 километров к западу. Хейердал, обычно любивший сравнивать названия, чтобы найти взаимосвязь, в этот раз не воспользовался такой возможностью и не исследовал вопрос. Вместо этого он углубился в сделанное Томсоном описание островов, откуда согласно легенде, прибыли Хоту Матуа и его свита.
![Тур Хейердал. Биография. Книга II. Человек и мир i_042.jpg](https://litlife.club/books/179414/read/images/i_042.jpg)
Мачеха и пасынок. Туру Хейердалу-младшему исполнилось 17 лет на острове Пасхи, и он очень сблизился с Ивонн во время экспедиции
Томсон — и его последователи — отмечал, что к востоку от острова Пасхи нет островов, которые совпадали бы с описанием в легенде. Хейердал считал, что американец искал не там. В голове рапануйцев все формы земли будут островами, и даже во времена Хейердала Южную Америку они считали островом. В этом случае описание будет больше похоже на правду, поскольку в нем встречаются некоторые признаки, характерные для побережья северной части Чили и Перу, а именно: там жарко и солнце выжигает траву дочерна. Похожий климат больше не встречается нигде в Тихом океане{307}.
Но почему они назвали острова — или страну — именем, означавшим «кладбище»? Хейердал ответил так: «В малонаселенных бухтах и долинах (вдоль побережья Чили и Перу) очень трудно захоронить трупы. Отсутствие дождей привело к тому, что черепа, кости и высушенные на солнце мумии скопились за тысячи лет, и в таких огромных количествах, что районов захоронений со временем стало больше, чем деревень с живым населением»{308}.
Согласно легенде, Хоту Матуа понадобилось в общей сложности два месяца на его путешествие. Путешествие на «Кон-Тики» продолжалось три месяца, но расстояние было больше, к тому же следовало учесть недостаток опыта команды плота, и Хейердал пришел к выводу, что эти два путешествия по времени вполне сопоставимы{309}. Поэтому он не расставался со своей теорией: первые люди, ступившие на землю острова Пасхи, прибыли из Южной Америки. Согласно списку правителей, сделанному Томсоном, случилось это около 450 года н. э.