- Леди Сольвейг, - в общественных местах Аня обращалась к высокородной соответственно статусу, - а почему мы не спросили у господина Дариуса про мои камни?
Леди Соль задумалась, сначала над тем, о каких камнях идет речь, а затем - над самим вопросом "почему".
- Мы просто хотели поскорее избавиться от его общества, но обязательно спросим. Ведь он уже напросился в гости, - леди Сольвейг приподняла бровки, намекая, что знает истинную причину столь активного выспрашивания приглашения рассеянного молодого человека.
Аня не осталась в долгу:
- А сколько лет вашему жениху?
Леди Сольвейг мгновенно сникла, вжала голову в плечи, расстроилась и очень тихо произнесла:
- Семьдесят пять.
- Семьдесят пять?! - зашипела Аня. - Да, три четверти века. Тут призадумаешься о женитьбе. А что, раньше он не мог найти себе жену?
- А раньше никто императору и не ищет. До совершеннолетия императорских особ мало интересует данный вопрос.
- Три четверти века, - потрясенно повторила Аня, - он же старый!
- Это для тебя он старый, а по магическим меркам - только перешагнул период самостоятельности.
- А есть его фото?
Соль непонимающе уставилась на Аню.
- Ну, портрет.
- Есть, - Соль полезла в карман и достала монету, - вот.
Аня повертела золотой, размером с юбилейную денежку своей родины и усмехнулась:
- Чеканный портрет в профиль. Тут же ничего не понятно. Длинный нос, высокий лоб да волевой подбородок. И все. Другого портрета нет?
Леди Соль отрицательно тряхнула головой, забирая протянутый "дублон".
- Господин Кастор, доброго вам дня, - донеслось от стойки "бармена".
Аня подняла глаза на говорившего - хозяина кабака, затем перевела взгляд на подошедшего к соседнему столу здоровяка и улыбнулась уголком губ. За соседний столик собирался присесть начальник ночной стражи, недавно получивший награду за хорошо выполненную работу, но тайно превозносящий еще более ценный подарок, полученный от высокородной чужеземки.
- Что тут у тебя, Злодей, не густо сегодня? - Кастор Керберос не заметив леди, уселся спиной к девушкам и схватив огромной ручищей кружку с элем, обвел полупустой зал взглядом. Отхлебнул напитка, по привычке развернулся спиной к столу, облокотившись на столешницу, по-залихвацки закинул ногу на ногу и лишь сейчас узрел два нежных силуэта на фоне ярко освещенного окна. Увидел и застыл: дамы, одна из них - леди Сольвейг, дочь достопочтенного лорда, а вторая - его тайная мечта, леди Анна. И она смотрела на капитана Кербероса, улыбаясь одними глазами.
- Мое почтение, леди, - капитан кивнул, медленно, не отводя взгляда от Ани.
Первой откликнулась леди Соль:
- И вам хорошего дня, господин страж великого города Керколди. - обоюдная заинтересованность Ани и Кастора не ускользнула от внимания молодой девушки, и своими словами она решила добиться упрочнения и возвышения мужчины в глазах родственницы.
- Рада видеть вас, господин Кастор. Приятного аппетита.
А капитан уж и забыл, что зашел пообедать после затянувшейся ночной смены. И сон улетучился куда-то.
- Нам пора, леди Сольвейг.
- Приятного дня вам, капитан Керберос. - леди Сольвейг улыбнулась стражу.
Капитан подскочил со стула, когда леди начали выбираться из-за стола, вышел вместе с ними, помог забраться в седла и еще раз получил дозу лучезарных улыбок.
Именно сейчас Аня подумала, что если надолго застрянет в сказке, то не видать ей больше белоснежной улыбки, так как стоматологическими изысками в этом времени владели лишь маги, ведьмы да кузнецы. Про отбеливание зубов никто слыхом не слыхивал. Хотя... надо будет спросить у господина Паганеля.
Аня улыбнулась собственным мыслям и обернулась к спутнице:
- Ну, что леди Соль, наперегонки до леса?
- Я первая! - Соль сорвалась с места.
Уже через пять минут бешеной скачки по нешироким улочкам города, Аня пожалела, что настояла на женском варианте седел. Маневрировать между идущими, ползущими и стоящими преградами, сидя боком, было крайне трудно, и Аня чертыхаясь, безнадежно отстала от леди Сольвейг.
Однако вырвавшись за пределы города, Земная пришпорила лошадку и в считанные минуты догнала Сольвейг. Та неслась не замечая ничего вокруг, звонко смеялась и улыбалась летящему навстречу теплому ветру.
До леса оставалась совсем чуть-чуть и леди Сольвейг вырвалась вперед, подкормив свою скакунью магией. Аня не расстроилась: даже с использованием магии вряд ли удалось бы обойти молодую всадницу. Спасибо хоть в седле держаться научилась еще в прошлой жизни, посещая раз в неделю ипподром.
Не спеша подъехав к запыхавшейся и растрепанной Сольвейг, Аня похвалила:
- Ну ты даешь, как ловко справляешься с лошадью. Я думала, что в городе обязательно свалюсь на очередном повороте. А ты, ну, просто молодец.
Сольвейг зарделась, набрала воздуха в легкие, чтобы вслух погордиться своими навыками, но застыла с открытым ртом, глядя за плечо Ани. Земная обернулась: по дороге от города мчался на взмыленном скакуне Кастор Керберос.
- Леди Сольвейг, я понимаю ваше стремление рассказать и показать новоприбывшей гостье наши достопримечательности, но почему вы решили начать именно с леса, а не с вечнозеленого лабиринта?
Леди Сольвейг собралась возмутиться, но Аня перебила, на ходу меняя план поездки: в подвал они заглянут в другой раз.
- Потому что, дорогой мой господин Кастор Керберос, я оказалась совершенно не приспособлена к магии, а в некоторых случаях она просто необходима. Поэтому, мы решили обратиться к ведунье за травным аналогом необходимого заклятия. - и выразительный взгляд из-под бровей. Взгляд полный томности и двусмысленности. От такого взгляда Анины мужчины забывали обо всем и слепо выполняли все просьбы красавицы. То же случилось и с капитаном.
По лесной дороге трусили три лошадки: наездницы на белоснежных кобылках чуть впереди, капитан на гнедом - следом, не сводя глаз с ровных спин.
Троица въехала в лес и воздух мгновенно насытился влагой, дышать стало труднее, но намного приятнее, из ноздрей лошадок повалил пар, доселе невидимый. Леди Соль свернула с наезженной двухколейной дороги вправо и потрусила по незаметной тропе вдоль кромки леса, сквозь деревья было видно и поле за лесом и городскую стену в дымке яркого дня. Немного углубившись в лес, некоторое время спустя путники выехали к знатной некогда поляне в небольшой низине, сейчас превращенной в полноценный огород, огражденный кривым тыном, вокруг деревянной избушки. Аня попыталась рассмотреть курьи ножки, но, конечно же, ничего подобного не обнаружила.
Весна еще не обжилась на опушке, но уже грозила набухшими почками и абсолютно черной землей без единого снежного пятнышка. Сырой лесной воздух перемешивался пластами с теплым полевым ветерком, сизой дымкой покрывал невысокие кочки.
Первым спешился капитан, помог всадницам спуститься и заслужено получил благодарные улыбки. Оставив стража охранять лошадей, девушки направились по тропинке прямо ко входу в избушку.
Внутри никого не оказалось. Раздосадованные леди уже собрались покинуть ведьмову обитель, как вдруг резко распахнулось окно и в темную комнату влетел ворон, уселся на декоративную корягу и громко каркнул. Девушки в ужасе застыли. Не зная, чего ожидать от птицы, леди не шевелились и даже не дышали. Напугавший их ворон был огромен, навевал мысли об оборотне.
Так и стояли Аня и Соль, ожидая, когда же громогласная птица начнет превращаться в человека. А ворон демонстративно отвернулся от девушек и вперился взглядом в стену, замер, превратившись в чучело. Хлопнула оставленная открытой входная дверь, Соль завизжала сопрано, у Ани свело горло. Полумрак комнаты обвешанной пучками сухих трав, ладанками и черепушками зверьков, непонятными куклами-мотанками, заставленной баночками и горшочками с неизвестным содержимым, не просто сигналил - навязывал образ хозяйки-старухи с крючковатыми пальцами и огромным носом, паклей волос и обязательно в латанной одежде.