Оба злоумышленника оказались в масках. Олег сначала стащил маску с лица лежащего на полу, а затем и со второго преступника. Это оказались молодые парни, совсем не те, кого он предполагал увидеть. У него не было еще одних наручников, и он связал потерявшего сознание его же поясным ремнем.
— Теперь рассказывай, что вы хотели здесь найти? — обратился он к худенькому парню лет восемнадцати-двадцати, с испугом глядевшему на него и, по-видимому, находившемуся в шоковом состоянии.
— Кто вас послал?! — И Олег замахнулся, словно хотел ударить парня.
Опыт службы в милиции подсказывал, что нужно использовать момент, пока тот растерян и не может адекватно оценить обстановку. А для этого следовало нагнать на него страху.
— Мы… ничего! Только напутать хотели! — испуганно выкрикнул парень.
— Вы в чужой квартире, пойманы на месте преступления. Статья вам обеспечена! Лет семь. Как минимум!
— Только попугать… — вновь, как зажеванная магнитофонная лента, завел паренек, но, взглянув на свирепое лицо Олега, начал все валить на друга, который стал подавать признаки жизни. — Это все он! Он меня сюда затащил!
Олег услышал, как открылась входная дверь, — Илона сумела справиться с испугом и, как и договаривались, вернулась в квартиру, увидев, что в ней зажегся свет. Олег предпочел бы, чтобы она пришла позже — пара хороших тумаков горе-грабителям не помешала бы. Но при девушке он их бить не будет.
— Кто он?! Кто ты?! — Олег сгреб за спортивную куртку парня, сверля его взглядом.
— Валик?! — удивленно воскликнула Илона, входя в комнату.
— Кто это? — не менее удивленно переспросил Олег.
— Брат моей близкой подруги Виктории. Что он здесь делает?
Приход Илоны немного подбодрил злоумышленника, и тот рассказал все как на духу, рассчитывая, что повинную голову меч не сечет.
Илона часто навещала Викторию и даже хранила у нее дома некоторые вещи. В общежитии душевые были в ужасном антисанитарном состоянии и, что еще хуже — с хлипкими задвижками, и Виктория предложила Илоне приходить к ней мыться, когда родители на работе. Валик был младше Виктории на два года, нигде не учился, не работал и к тому же сидел на «колесах». Он часто слышал, как Илона с восхищением рассказывала, сколько у ее тети ценных вещей. Узнав, что Илона стала наследницей всего этого добра после смерти тети, его приятель, такой же любитель «колес», Тишка, предложил ограбить квартиру покойной. Отправившись на разведку, товарищи внимательно изучили двор, местоположение квартиры. Тишка заприметил три кирпичных гаража, находящихся чуть ли не под окнами квартиры Илоны. С них можно было забросить «кошку» на балкон интересующей их квартиры. Вот только незадача — Илона всегда ночевала дома, а в дневное время туда не сунешься. Тогда Тишке в голову пришла идея изобразить призрак умершей тети. Он перешерстил вещи Илоны, все еще остававшиеся в их квартире, и нашел там фотографию покойной, правда, сделанную лет десять тому назад. Тишка переснял ее на слайдовую пленку, и они стали дожидаться своего часа — когда Илона устроит постирушку и развесит белье на балконе. Перед этим они провели электропроводку на крышу облюбованного гаража. Поместив слайд с изображением тети-покойницы в мощный диапроектор, они отправили картинку на простыню, сыгравшую роль экрана. «Призрак» получился на славу, он смотрелся на простыне недостаточно четко, как и положено духам из иного мира, но был вполне узнаваемым. Внимание Илоны к окну, выходящему на балкон, они привлекли свистом из специального свистка, рассчитывая на ее любопытство и испуг. В первую ночь Илона нарушила их планы, не убежав из квартиры, как они надеялись, да еще осталась там и на следующую ночь. Они снова воспроизвели «призрак» и, увидев, как испуганная Илона выскочила из подъезда, сразу полезли в квартиру. Пришедший в себя Тишка, в свою очередь, валил все на приятеля, объявив того организатором кражи.
— Я — что? Он попросил, я и уважил его по-дружбански. Что я, приятелю не должен был помочь, если он просит?
Илона предложила Олегу отпустить раскаявшихся парней, но тот не согласился.
— Здесь у них не получилось украсть, так они полезут к кому-нибудь еще. За всяким действием должно следовать равноценное противодействие! Они рано или поздно попадут в тюрьму, раньше сядут — может, одумаются, и больше так делать не будут, — заметил он философски.
Илона разволновалась, закатила истерику, стала обзывать Олега ментом, утверждала, что в нем не осталось ничего человеческого. Олег сдался, но с условием: ход делу он не будет давать, однако отвезет парней к Павленко, чтобы тот провел с ними профилактическую беседу.
Когда утром Олег изложил по телефону свое предложение Павленко, тот обрадовался:
— Давай их сюда! — В его голосе слышались хищные нотки.
8
С «призраком» Олег ловко разобрался, но дело по поиску драгоценностей и убийцы с места не сдвинулось. По словам Илоны, драгоценности хранились в старинном сейфе, вделанном в стену и замаскированном современной картиной. Ключ от сейфа находился в потайном отделении секретера. О сейфе и ключе, кроме Илоны, могли знать и сожители Фроловой. А что, если в квартире имеется тайник? На всякий случай Олег обыскал квартиру, простучал стены, пол, но тайника не обнаружил. Все говорило о том, что убийца ушел из квартиры не с пустыми руками.
Олег снова стал изучать список любовников Фроловой, подозревая каждого, формируя свой список, в который уже включил бывшего актера Широкого и бывшего бизнесмена Базарова. «Одни лишь бывшие, — сделал он заключение. — Она, бывшая актриса, самоутверждалась за счет бывших».
Олег в очередной раз бегло просматривал список, и тут его бросило в пот — как же он мог его не заметить! Фамилия этого человека находилась почти в конце списка, который дал Павленко, — это был пятидесятидевятилетний Михаил Шаевич Ройтман, кандидат в мастера спорта по шахматам (вот уж додумались назвать спортом не требующие движения шахматы!) и владелец антикварного магазина! Он тогда не обратил на него особого внимания, потому что Павленко по непонятной причине отнес его к разряду друзей, а не любовников.
«Почему я запрограммировал себя на то, что убийца — бывший любовник? Есть ведь фанаты-коллекционеры, которые не остановятся ни перед чем, лишь бы заполучить понравившуюся вещь для своей коллекции. За кусок древнего железа или ночной горшок, на котором, возможно, «трудился» Наполеон, могут пойти на любое преступление. А у Фроловой были такие вещички. Базаров упоминал о старинном золотом обруче, который стоит огромных денег. К тому же понятия «друг» и «любовник» часто переплетаются, и трудно догадаться, чего в отношениях больше — дружбы или любви».
Олег встал из-за стола и принялся нетерпеливо ходить по комнате. А что, если прийти к антиквару под видом коллекционера, потенциального покупателя уникальных старинных вещей? Тут же он одернул себя: «Так он и выложит украденные драгоценности — купите, пожалуйста! Он же не дурак, понимает, что этим раскроет себя». Но все же идея встретиться с Ройтманом под видом коллекционера захватила Олега, и он стал думать, как претворить ее в жизнь.
Звонок вечером Илоне выявил, что ее нет дома. «Где можно шляться?» — недовольно подумал он, и вдруг необычно защемило сердце. С недавних пор образ Илоны часто вторгался в его мысли, мешая заниматься ею же порученным делом. При первой встрече он обратил внимание лишь на ее удивительно пропорционально скроенное тело, смазливое личико — но мало ли он видел таких девчушек в жизни?
По-новому он стал на нее смотреть после той ночи, когда разоблачил «призраков». Он до сих пор помнил, как она доверчиво протянула в темноте руку, вначале холодную, но постепенно оттаявшую в его руках. Олег продолжал поглаживать ее, неожиданно для себя почувствовав, что это его волнует. «Олежка, — непривычно ласково вымолвила Илона его имя при прощании тем вечером, — у тебя удивительные руки — мне было так приятно ощущать их нежные прикосновения, что я даже перестала бояться. Это такое чувство… — она запнулась, не находя слов, смутилась и быстро закончила: — Но тут я в окне увидела покойную тетю».