После первого взрыва оба английских эскадренных миноносца попытались приблизиться к «Бреслау», но этому помешал огонь кормовых орудий последнего. На корабле еще надеялись на спасение «Бреслау». В то время как в нижних помещениях технический персонал старался вернуть кораблю боеспособность и боролся с проникновением воды, на палубе прислуга кормовых орудий удерживала эскадренные миноносцы на почтительном расстоянии, прислуга орудий левого борта и прислуга подачи приготовлялись к приему буксиров, а прислуга орудий правого борта стреляла из винтовок совместно с пятью пулеметами по самолетам. Тем временем командир «Бреслау» задним ходом вышел из кольца замеченных мин. Но при этом в 9 ч крейсер снова подорвался на двух минах, которые одна за другой взорвались между обеими задними кочегарками и обоими машинными отделениями левого борта. Теперь «Бреслау» лишился хода и дрейфовал с небольшим креном на левый борт и с сильным диферентом на корму. Посреди минного поля ничто уже не могло спасти корабль. Тотчас же вслед за этим четвертая мина взорвалась под четвертой кочегаркой, а в 9 ч 5 мин — пятая под носовой частью, близ мостика. Корабль, уже заливаемый с кормы, сразу же перевалился на левый борт. Командир отдал приказание покинуть корабль. Оставшиеся в живых после взрывов бросились за борт. Крейсер «Бреслау» выпрямился и затем, погружаясь с высоко поднятой носовой частью, быстро затонул. Из всего личного состава, который в течение первого получаса распевал в воде патриотические песни, через 1½ часа после гибели корабля английскими эскадренными миноносцами «Лизард» и «Тайгрис» было спасено 162 человека. Большое число людей погибло за последние четверть часа, закоченев в воде (+ 8 °C). Среди погибших был и командир. Убедившись, что нет возможности спасти «Бреслау», командующий флотом решил по крайней мере сделать все возможное для спасения его храброй команды. В 9 ч 4 мин он вызвал по радио эскадренные миноносцы. Командующий флотилией эскадренных миноносцев уже после первого взрыва на «Бреслау» собрал свои корабли и по получении радио тотчас же направил их самым полным ходом к месту происшествия. Кратчайший путь согласно карте, найденной на пароходе, шел через предполагаемый район минных заграждений. Ни минуты не задумываясь, эскадренные миноносцы избрали этот курс и прошли благополучно; очевидно, линии на карте не обозначали заграждений. В 9 ч 14 мин эскадренные миноносцы снова приняли радио: «Выходить немедленно». Эскадренный миноносец «Басра» дошел до квадрата 215, «Муавенет» — до квадрата 238, «Нумуне» и «Самсун» следовали вплотную за ними. В 9 ч 23 мин с севера появились оба английских эскадренных миноносца. Поэтому в 9 ч 25 мин «Гебен» отдал флотилии приказание возвращаться обратно. Неприятель, превосходивший турецкие эскадренные миноносцы и в вооружении и в скорости хода, в 9 ч 20 мин открыл по последним огонь. «Басра» находился в 5 км (3 каб.) от места гибели «Бреслау», но из-за сильного огня противника вынужден был отвернуть. Он получил два попадания 100-мм снарядами в корму под ватерлинией: отсек I наполнился водою, в отсеке II была пробита водонепроницаемая переборка, но воду из него удалось позднее откачать. «Басра» открыл ответный огонь и пытался уйти под прикрытием дымовой завесы; английские эскадренные миноносцы старались отрезать турецкие, пока в 9 ч 48 мин не попали, под огонь береговых батарей. В 9 ч 45 мин с дистанции 80 км (43½ каб.) «Муавенет» открыл огонь, стараясь прикрыть «Басра». Благодаря огню крепости, которая по наблюдению «Муавенет» достигла попадания в один из неприятельских эскадренных миноносцев, последние в 9 ч 55 мин прекратили обстрел «Басра». Последний направился к «Гебену» в качестве противолодочного охранения. В 9 ч 52 мин «Муавенет» прекратил огонь.
Считаясь с тем, что «Гебен» дважды подорвался на минах, а также с минной опасностью и наличием неприятельских подводных лодок, атаки которых могли повлечь за собою его гибель, командующий флотом счел невозможным дальнейшее пребывание «Гебена» на месте в качестве прикрытия эскадренных миноносцев, спешивших на помощь «Бреслау», а также и продолжение операции в направлении Мудросской бухты. Он приказал «Гебену» возвращаться. Дальнейшее плавание осуществлялось опять при условии определения места по углам; поворот в предполагавшийся проход в минном заграждении «Гебен» произвел опять в той же точке, в которой он повернул вправо. Поставленный буй не был найден. В 9 ч 48 мин «Гебен» снова подорвался на мине близ того же места, что и утром; взрыв пришелся под отсеками III и IV правого борта и, как и первый взрыв, имел небольшие результаты. В то время как «Гебен» направлялся к выходу в Дарданеллы, его энергично атаковали 8—10 неприятельских самолетов. Всплески бомб ложились вокруг корабля, иногда по 20 одновременно, но попаданий не было. В 10 ч 05 мин показались германские самолеты из Чанака; завязался воздушный бой, во время которого один из самолетов противника стремительно упал весь в огне, а другой был вынужден снизиться и попал под обстрел с берега.
Вход «Гебена» в Дарданеллы обеспечивался от подводных лодок эскадренными миноносцами, по которым неприятельские самолеты тоже сбрасывали бомбы, но безрезультатно; корабли отвечали ружейным огнем.
В 10 ч 30 мин «Гебен» вошел в Дарданеллы, эскадренные миноносцы последовали за ним в разомкнутом строю. При проходе через свои минные заграждения «Гебен» и эскадренные миноносцы были снова атакованы бомбами с самолетов. В 11 ч «Гебен» прошел последнее заграждение, и лоцман был отпущен. При следовании через проход в сетевом заграждении «Гебен» наскочил на Нагарскую банку и не мог сойти с нее своими средствами.
Первоначально операция произвела эффект, на который она была рассчитана. 20 января в 7 ч англичане дали всем своим кораблям открытую радиограмму: «Неприятельские корабли в восточной части Средиземного моря. Всем торговым судам, находящимся восточное Мальты, следовать в ближайший укрепленный порт». Хотя помеха судоходству носила временный характер, все же можно было считать, что этот приказ нарушил торговое и транспортное движение. Но надежды на усиление неприятельских морских сил в водах перед Дарданеллами не оправдались, так как неприятель, помимо известной ему гибели «Бреслау», возлагал большие надежды на повреждения, полученные «Гебеном», несколько преувеличивая их серьезность.
Нетрудно критиковать тактический маневр задним числом, когда все внешние впечатления и влияния отсутствуют, но тем не менее нельзя обойти молчанием роковой выход «Бреслау» в голову «Гебена». Приказ о проходе «Бреслау» вперед был отдан в целях большего удобства стрельбы из зенитных орудий «Гебена». Эти орудия могли быть использованы и при нахождении «Бреслау» за кормой, ибо вероятность получить попадание бомбой была для «Бреслау» не очень велика, как это потом доказал опыт. Но в заминированном районе надо было избегать каждого маневрирования, которое не было неизбежно необходимо, в особенности же в связи с повреждением компасов на «Гебене», лишавшем уверенности в его прокладке. К несчастью, командир «Бреслау» решил обойти флагманский корабль слева и тем самым приблизился к подозрительному в смысле минных заграждений фарватеру. Проход «Бреслау» по правому борту «Гебена» имел бы еще и то преимущество, что борт являлся подветренным, ввиду чего дым «Бреслау» не мешал бы флагманскому кораблю, но, с другой стороны, согласно правилам расхождения судов в море обгоняющий корабль проходит по левому борту обгоняемого.
Обсуждая эту операцию, английская пресса уделяла немало места прорыву кораблей из Мессины в Дарданеллы в 1914 г. Подчеркивалось, что этот прорыв изменил весь ход войны для Антанты. Газета «Таймс» от 22 января 1918 г. пишет:
«Несмотря на постыдную деятельность (schandlichen Laufbahn)[120] „Гебена“ и „Бреслау“, не было других двух кораблей, которые оказали бы такое влияние на войну. В военно-морской истории они навсегда останутся памятными. История их ухода из Мессины рисует одну из наших величайших ошибок».
120
Текст гласил: «In spite of the ignominious nature» и т. д.