Краем глаза Шаварсян заметил, как Оу-янг Зинг-вей сморщила губы, когда этот удар достиг цели. Подтверждение Медузой того, что Мантикора не просто захватила базы данных Сигби, но взломала их самые секретные файлы было само по себе плохо. Высказанное мантикоркой предположение, что она лучше осведомлена об официальной реакции Лиги на Новую Тоскану, чем Крендел вообще могла быть, было еще хуже. Были готовы или нет Кренделл и Батиста к последствиям, Оу-янг четко увидела дипломатическое минное поле, на которое Оперативное соединение 496 собиралась вступить. И так же ясно она поняла, что никакие связи не помогут если она облажается слишком вопиюще. Кренделл, к счастью для ее кровяного давления, если ни для чего другого, была слишком занята пронзая взглядом Медузу, чтобы обратить внимание на выражение лица тактика. Возможно, немного менее удачным было то, что ярость Кренделл поглотила ее настолько, что она полностью проигнорировала предложение Медузы наладить для нее прямую связь с командованием на Старой Земле. Баронесса ясно давала понять, что еще не поздно глубоко вздохнуть и отступить под прикрытие дипломатической дымовой завесы ожидания указаний свыше.
К сожалению Кренделл не обратила на это внимания.
— У меня нет никакого желания сидеть здесь целый месяц, пока вы и ваша "Звездная Империя" передислоцируете ваши военные кораблики, мадам губернатор, — холодно сказала адмирал. — Мои приказы требуют, того, что как я полагаю, они требуют и условия которые я уже изложила являются минимальными, которые я готова принять.
А затем она снова сидела сверля взглядом изображение Медузы, пока бешеная ярость кипела внутри нее.
— И что в случае, если я откажусь принять ваши "минимальные требования"?
Шаварсян не мог решить, было ли даже такое небольшое искривление губ Медузы продуманным или это была непроизвольная реакция прорвавшаяся сквозь ее выдающееся самообладание. Так или иначе, презрение на лице губернатора читалось без труда.
— В таком случае, губернатор, — ответила Кренделл. — Я начну наступление на обитаемую планету вашей солнечной системы. Я атакую и уничтожу каждый военный корабль в системе. После этого, я высажу на планету морскую пехоту и оккупирую ее именем Солнечной Лиги пока должное гражданское правительство не будет установлено Управлением Пограничной Безопасности. И, я уверена, Пограничная Безопасность будет продолжать управлять этим миром — и всем прочими планетами вашего так называемого Сектора Талботта — до тех самых пор, пока требования Солнечной Лиги о возмещении не будут полностью удовлетворены.
Она сделала короткую паузу, улыбка ее сжатых губ была холодной, так как она намеренно подняла ставки. Затем она продолжила в том же холодном тоне.
— Я готова дать вам возможность согласиться с моими разумными требованиями без дальнейшей потери жизней и разрушений, но Флот Солнечной Лиги не может позволить себе оставить акт войны против Лиги без ответа. У меня нет сомнений, что вы ведете переговоры с Лигой. У меня, меж тем, также нет сомнений, в чем состоит мой долг. Поскольку у меня нет желания видеть любое дополнительное кровопролитие, которого можно избежать, я дам вам ровно трое суток с того момента как мои корабли совершили альфа-переход, чтобы принять мои условия. Если вы не сделаете этого в течении указанного времени, я пересеку гиперграницу и продолжу действовать в точности как описала, и последствия лягут на ваши плечи. Тем временем я не заинтересована в каком либо дальнейшем общении с вами, кроме разве что вашего сообщения о принятии моих условий. Доброго дня, губернатор.
Она стукнула по кнопке и экран опустел.
— Ладно, Клемент, — тихо сказал Кароль Эстби, — давай с этого момента постараемся не ошибиться, хорошо?
— Да, сэр. — Коммандер Клемент Форман, операционист Эстби, натянуто улыбнулся ему на тесном флагманском мостике КФМС "Хамелеон".
Разведывательный корабль достиг точки рандеву с "Тенью" и "Духом", и все трое теперь осторожно ползли к последнему пункту своего похода. Это был во многом самый рискованный момент всей миссии — и напряжение на флагманском мостике можно было резать ножом.
Форман быстро изучил свой дисплей и включил микрофон.
— Все команды размещения, это контроль, — сказал он. — Приступайте.
Абсолютно ничего не изменилось на самом флагманском мостике, но Эстби чувствовал почти материальное облегчение, когда приказ был наконец отдан. Что был совершенно неразумно, когда начали поступать подтверждения. Сами разведывательные корабли были чрезвычайно малозаметными, как и массивы, которые они должны были разместить. Что означало, что они подошли к наиболее опасному для своей задачи моменту, когда выпустили свои рабочие группы с инструментами и оборудованием, необходимыми для их задачи, потому что эти инструменты и оборудование было значительно менее малозаметным, хотя и его было нелегко обнаружить. И всё же, как бы бессмысленно это не было, он ощущал облегчение — не расслабленность, только облегчение, — когда они наконец приступили.
Он смотрел на свой собственный дисплей, слушая в наушнике отчёты о выполнении, поступающие на флагманский мостик. Он прекрасно знал, что на всё это не требуется много времени, как и то, насколько важно было, чтобы они потратили время и на проверку правильности выполнения работы, но что бы он ни знал на интеллектуальном уровне, чувствовал он другое.
Он посмотрел на экран отчёта времени, и ощутил свежее чувство уверенности. Его люди тренировались слишком долго, овладели своими обязанностями слишком хорошо, чтобы облажаться сейчас. Они не подведут ни его, ни Согласование… и ещё через пятнадцать дней вся галактика будет знать это так же хорошо, как и он.
Глава двадцатая
"Ладно, Джакомина," решительно сказала Сандра Кренделл. "Время этих людей истекло."
"Да, мэм". Капитан Джакомина ван Хейтц, командир КФСЛ "Джозеф Бакли", кивнула с небольшого дисплея на флагманском мостике Кренделл. Адмирал взглянула через плечо на Батисту и Оу-янг, и они оба также кивнули. По мнению Шаварсяна, кивок Оу-янг был менее уверенным, чем у Батисты, хотя, возможно, это было игрой его воображения.
Но каковы бы ни чувства офицера — тактика, это не имело значения. Уже нет. Как Кренделл только что отметила, время манти истекло, и она не будет тратить каких-либо усилий на дополнительные попытки общения. Она демонстрирует не слишком много тонкости, хотя, по мнению офицера разведки, не требуется особой фантазии, когда у вас есть кувалда, а ваша цель яйцо.
Он помогал Оу-янг анализировать "сенсорных призраков", собранных её беспилотниками, и пришел к выводу, что тактик была права. Эти "призраки" действительно были там, хотя казалось невозможным вырвать какие-либо подробности из удручающе расплывчатых данных. Видимо доклады об эффективности мантикорских систем маскировки были весьма существенно занижены, и это обстоятельство не делало Шаварсяна счастливее, когда он вспоминал о других докладах, которые были так уверенно отклонены разведкой флота. Соль на рану добавляли, казавшиеся оправданными опасения тактика относительно способности манти обнаружить их беспилотные платформы. Они пытались подвести их поближе для лучшего обзора, и каждый раз их платформы были обнаружены, локализованы и уничтожены, прежде чем они смогли подойти достаточно близко, чтобы опознать призрачные цели. Он не понимал как надежные соларианские датчики могли быть заблокирована так хорошо, но по реакции Оу-янг, он подозревал, что это была, в лучшем случае, угадайка.
С другой стороны, этих призраков было только десять. Даже если каждый из них был супердредноутом, силы Кренделл по-прежнему превосходили противника в соотношении почти семь-к-одному, и, даже если каждый отдельный рассказ о возможностях Мантикоры был предельно точным, это лишь немного ухудшало шансы. И если, что казалось более вероятным, они просто больше тех негабаритных крейсеров, уверенный прогноз Батисты по поводу быстрой, разрушительной победы был полностью оправданным.