Ермак нажал на курок своего бластера. Лазерный луч испепелил находившийся в стволе 'жучек' и унесся в ночное зетианское небо, затянутое грозовыми тучами, сквозь которые пробивался тусклый свет трех лун планеты, видимых в этом полушарии.
– Вот и все! – торжественно произнес Роман. – Можешь выключать свою защиту от прослушки.
Симон достал из кармана своего скафандра небольшой серебристый прибор и отключил его.
Маша Цветкова, тоже облачившаяся в защитный скафандр, осторожно двинулась к белеющим в темноте костям огромного ящера. Батонов двинулся следом, держа оружие наготове.
– Пойдем за ними, – предложил Ди Рэйв и направился в след за любознательными курсантами.
– Маша, ну дался тебе этот бурундук. – Бормотал недовольный Батонов, – Чего мы к его скелету тащимся?
– Понимаешь, Коля, – поучительным тоном ответила девушка, – Этот пастазух вел себя нетипично. Все живые существа наделены инстинктом самосохранения. Даже растения. Это только в кино какое-нибудь чудище нападает на людей ничего не боясь и им остается запихать ему в пасть бомбу и рвануть его на куски, но и тогда кусочки из последних сил съедают еще какого-нибудь персонажа и уж тогда издыхают. В природе все иначе. Если намеченная хищником жертва дает такой отпор, что инстинкты хищника начинают чувствовать угрозу, то зверь немедленно отступит. А этот продолжал атаку, несмотря на массированный обстрел из бластеров этих людей. Понимаешь? Когда мы прилетели, то весь левый бок зверя был изодран разрядами. Ему и без нашего выстрела оставалось жить совсем недолго. Пару тройку минут и все. Но он был одержим, и продолжал атаковать.
– Ну, кушать ему хотелось. Что с того? – пожал плечами Николай. – В иерархии потребностей белковых существ, пища стоит на первой ступени, а безопасность на второй.
– Может и так, но это редкий случай. Даже очень голодный зверь не пойдет на самоубийство. Я подозреваю, что в прошлом у этого зверя была травма головного мозга, которая нарушила защитный рефлекс. Теперь хочу проверить свою догадку и понять, насколько профессионально я диагностировала аномалию в поведении.
– Во школьники пошли, – хмыкнул Ховард, – Я понятия о таких премудростях не имею, хотя живу на одной планете с такими зверюгами. А эти прилетели с Земли и все по полочкам разложили. Ну, молодцы.
– Они наверно тоже журнал 'Вокруг света' читают. – Улыбнулся Ди Рэйв. – Кстати что там, в коридоре охраняет ваш друг? Жуков его фамилия кажется?
– Серега Жуков, – Кивнул Батонов, – Ну мы же рассказали вам, что двое уродов угнали наш звездолет, взяв нас в заложники. Правда потом они видимо что-то не поделили, или у одного из них совесть проснулась, но тот, что заперт сейчас в каюте, у которой караулит Жуков, увел корабль и освободил нас. Ну, в общем, вы знаете эту историю. Правда, учитывая непоследовательность его действий и некоторую аффективность поступков, мы решили его свободу несколько ограничить. Он впрочем, и не сопротивлялся.
– Да? А второй похититель где?
– Где-то в Титограде. Такой холеный блондин по имени Дэвид. Пижон, – злобно пробормотал Коля, – Одно утешает, мы смылись от него вместе с его грузом. Уж не знаю, чем он там ценен, но он у нас.
– Блондин? Дэвид? – Симон остановился.
– Ну да. Мерзкий такой. Улыбался вечно.
Ди Рэйв стал что-то судорожно искать в карманах и достал, наконец, свой телефон. Нажал несколько кнопок. Включил запись разговора Дэймонда и Зоренсона, которую переслал ему Сайлер.
– Посмотри. Это он? – нетерпеливо проговорил киномагнат.
– Да, – Коля, взглянув на экран, медленно кивнул и, сделав шаг назад, поднял свой бластер, – Вы откуда его знаете?
– Тихо, парень, спокойно! – Симон развел руки. – Мы с вами, а не с ним.
– Откуда мне знать?
– Да ты внимательно посмотри! Ты сам говорил, что видел меня где-то! Я Симон Ди Рэйв! 'Звездную сагу' смотрел? А 'День искупления' и 'Город и звезды'? Это, – Симон махнул в сторону Романа, – Капитан КГБ России Роман Ермак…
Карлос и Ховард переглянулись, вытаращив друг на друга глаза…
– А эти двое, так, местные чуваки… – Продолжал Ди Рэйв.
– Ну конечно! – воскликнул юноша, – А я думал, где же я вас видел! – Он опустил оружие, – Я только не понял кого вы в 'Звездной саге' играли.
Симон нахмурился.
– Титры надо было читать внимательно, – недовольным тоном ответил он.
– Да, но там шрифт такой мелкий…
– Ты зачем меня рассекретил? – прошипел на ухо своему другу Ермак.
– Да ладно, какой теперь смысл…
– Взгляните сюда! – позвала Цветкова, которая, не отвлекаясь ни на что, изучала череп гигантского ящера.
Все подошли к ней.
– Я же говорила, – вздохнула она, – Правда это не травма черепа, а кое-что другое. Но суть одна…
Все взглянули туда, куда она указала рукой, и увидели имплантированную в теменную кость хищника небольшую пластину с микрочипом.
На севере обильный ливень еще продолжался, но ближе к экватору, в пустынных районах Новой Наски и южнее ее, дождя уже не было. Далеко на северо-западе, на линии горизонта, были видны всполохи грозы, которые в темноте Зетианской ночи хорошо различались за сотни километров. Именно оттуда мчались шесть, разбитых на три пары фенфирийских штурмовиков.
Этой ночью два десятка летательных аппаратов рыскали в небе планеты в поисках Российского корабля 'Альтаир'.
Штурмовики часто меняли высоту и скорость. Постоянно маневрировали, помня печальную участь своих сбитых предшественников.
Пока шли поиски, Дэвид продолжал находиться в своих апартаментах.
В дверь вошел канцлер Зоренсон.
– Не помешаю? – спросил он.
– Это зависит от того, что вы тут будете делать, – ухмыльнулся блондин.
– Странный вы человек, Дэвид.
– Это почему? Потому что первым делом проверил любезно предоставленные вами покои на предмет прослушивания? – Он пристально посмотрел на Зоренсона.
Тот несколько опешил.
– Вы, любезный, совсем меня за идиота принимаете?
– Н-нет…
– А как тогда это понимать? Да вы присаживайтесь господин канцлер. Будем мило беседовать. – В тоне гостя сквозила едва уловимая угроза.
Лейба послушно сел.
– Что у вас на уме любезный? Я не вижу в ваших глазах огня энтузиазма. К вам прилетел профессионал, чтобы помочь вам в вашем нелегком деле, но вы напичкали его комнату 'жучками'. Это недоверие или нечто иное? Давайте поговорим откровенно, вы ведь ненавидите ваших руководителей. Верно?
– Послушайте, Дэвид. Вы ведь умный человек. И я не дурак. Надеюсь… Неужели вы полагаете, что между нами может состоятся откровенный разговор, в том контексте, который вы затронули? Ведь если я действительно их ненавижу, то меньше всего захочу это обсуждать с человеком, которого они прислали.
– Но вы косвенно дали мне понять, что это именно так. Зачем иначе слежка за мной?
– Не хочу опростоволоситься, как это случилось после визита Ди Рэйва.
– Весьма скользкое объяснение, – засмеялся Дэвид, – Бросьте вы, Лейба. Я ведь наемник и мой разум не замутнен сомнительной идеологией ваших глупых мудрецов.
– Это что, тест? – Зоренсон прищурился.
– Нет. Это откровенный разговор. Ваши руководители платят мне большие деньги и все. Я не человек 'Золотой элиты'. Понимаете?
– Тем более. Какая может быть откровенность с наемником. Вы беспринципны. Ваш главный идеал деньги. Вам заплатят, и вы наш откровенный разговор застенографируете и распечатаете во всех бульварных газетенках.
– Как грубо однако, – Дэвид улыбнулся, потерев пальцем висок. – Совсем негодяя из меня делаете.
– И, тем не менее, человек лишенный каких-либо моральных устоев, готовый ради сиюминутной выгоды на любой аморальный поступок мне крайне не симпатичен.
– Вот мы и пришли к общему знаменателю, любезный канцлер. Я вам не симпатичен, потому что я наемник 'Золотой элиты', сама идеология которой далека от моральных общечеловеческих ценностей. Ведь я готов за личную выгоду на аморальный поступок, как вы сказали. А эти поступки обусловлены пожеланиями 'Золотой элиты'. Так?