– Вы в своем уме?! – завопил Зоренсон, – Это же прямая конфронтация с русскими! Может мне сразу застрелиться?! Вы последствия представляете?
– Угомонитесь, Лейба. Это есть давно спланированная акция. России долго придется отмываться, а механизм уже будет запущен. Наша цель дискредитировать их. Это начало нашего реванша после почти векового позора и упадка. На Спейсаре царит политика расовой нетерпимости к представителям внеземных рас. Значит логично, что они помогают вашему врагу Рейнхарду Бисту. Спейсар находится под действием межпланетных экономических санкций, но архиважный для всех а-бириум находится только у них. Поэтому торговля с этой планетой все-таки осуществляется, однако контроль за соблюдением торговых ограничений, по мандату осуществляется Русским Военно-космическим флотом. Поверьте, им будет очень трудно отвертеться.
– Но зачем, объясните, нам подставлять русских?!
– Оглянитесь в прошлое, любезный Лейба. Вы думаете, кто мешает воцарению на вселенский трон 'Золотой элиты' и всех их предшественников? Кто является непреодолимым барьером для установления нового мирового порядка? Думаете эти 'Светлые силы'? Нет! Русь! Именно об них разбивали свои лбы стратеги мирового господства. Острие борьбы тайного общества и всех хитросплетений его политики направлении именно против России. Эта борьба идет больше тысячи лет. А они все живы. Сколько раз уже было, что казалось им конец, но они совершали невозможное. Откуда ни возьмись, появлялся либо человек, являвший собой квинтесенцию всей их мощи, либо вся их нация превращалась в мгновение ока, в стальной монолит. Великая Римская империя, покорившая весь обозримый мир, несмела воевать со славянами. Хазары жгли и грабили Русь, но появился Князь Владимир и снес им бошки. Непобедимых шведских рыцарей малыми силами разбил молодой Александр, который тогда был моложе, чем я сейчас. Потом он разнес в дребезги тевтонцев, покоривших практически всю Европу. Минин и Пожарский в период смуты и разобщения в России, объединили русских против польских оккупантов. Иван Грозный, Петр Великий… Стоит ли продолжать, а любезный?
– Вот! Вот! – сорвался на крик Зоренсон, – Вы хотите, чтоб и вас они побили? Вы же сами только что резюмировали, что ОНИ НЕПОБЕДИМЫ! Зачем же драться с ветряными мельницами?! Это безумие!
– Вовсе нет, господин канцлер. Несколько раз они стояли на грани гибели. Последний раз это было совсем недавно. На рубеже тысячелетий. Они спивались, деградировали, вымирали. Если не быть лукавыми перед самими собой, то мы, любезный, должны признать, что наша сторона темная. Мы есть зло. В общечеловеческих масштабах разумеется. Для нас то мы несем добро.
– Что вы хотите этим сказать?
– Жаль, что вы не смотрели тот фильм, – он указал на Сайлера и Текнаса. Там борьба между добром и злом. Извечная тема. Только в кино добро побеждает. Потому что так написано в сценарии. Хотя именно добро любит толочь воду в ступе, размышляя о том, что такое хорошо, а что такое плохо. Зло свободно от этого бремени. Зло действует. И что на деле? Зло беспринципно. Зло не стесняется в средствах во имя достижения целей. А добро сковано моралью и химерой совести. Они скажут 'так нельзя, это не правильно, это бесчестно' и не поступят так, как поступили бы мы. Они обречены проиграть. Даже Иуда победил Христа.
– Иуда повесился.
– Правильно. Химера совести.
– Но почему этот ваш извечный враг всегда побеждал? Ответьте!
– Это не мой враг, а ваш. Я лишь высокопрофессиональный наемник. А побеждали они, потому что мир был заперт в рамки крохотной планеты. Необходимо было равновесие. Иначе все пришлось бы на Земле начинать с нуля. Так устроена вселенная. Но теперь перед человечеством вся бесконечность этой вселенной. Рамок больше нет. Сегодня мы обживаем Млечный путь. Завтра десяток галактик. И так до бесконечности. Теперь реванш неизбежен. – Сказав это, блондин повернулся лицом к высокому роботу и, улыбнувшись, подмигнул ему.
Полуметровый серебристый паук двигался по дну пещеры, уходящему куда-то вниз. Быстро перебирая лапами, он семенил вперед, ловко огибая возникающие на пути редкие камни.
Это был автономный модуль типа разведывательного робота третьего поколения. Весьма примитивный по сегодняшним меркам, но достаточно полезный для первопроходцев, покорителей новых миров.
Робот мчался в кромешной тьме, но его спектральные, инфракрасные и фотонные сенсоры видели все так, как это было бы ярким солнечным днем. Именно такую, декодированную картинку он передавал на монитор внутри флайера, в котором сидели Ховард, Карлос, Ермак и Ди Рэйв.
Робот влетел в очередное усыпанное камнями углубление и в этот момент у Симона зазвонил телефон. В качестве рингтона на его мобильнике был установлен какой-то жуткий звук и все в машине, включая хозяина телефона, не на шутку перепугались. Кто-то даже вскрикнул.
– Выкинь свою мобилу на помойку! – завопил Ермак.
– Очумел что-ли? Платиновый корпус и рубиновые кнопки!… Алло! Алло-о-о!!!
– Хозяин!!! – крикнул Сайлер.
– Ты чего орешь?! – возмутился Симон.
– А вы? Тут такое происходит! Вы должны это срочно увидеть! Я перешлю вам видеофайл на телефон. Посмотрите непременно! Все! До скорой связи!
Телефон сообщил о том, что он принял файл. Симон взял свободный компьютер и вывел изображение с телефона на его монитор, чтобы видно было всем.
В центре своего кабинета стоял канцлер Зоренсон. Его Ди Рэйв сразу узнал. Дверь открылась, и в кабинет вошел среднего роста молодой блондин.
– Здравствуйте господин канцлер. Я эмиссар верховных мудрецов, Дэвид Дэймонд…
В кабинет генерала Сотникова снова вошел полковник Калашников.
– Ну, что там за внеплановый доклад от 'Октавы'? – поинтересовался генерал.
– Аналитики его три раза просматривали. Очень интересное и не однозначное донесение.
– Показывай.
– Вот, – Калашников нажал кнопку на своем планшете, и на мониторе генерала возникло изображение.
В центре своего кабинета стоял канцлер Зоренсон. Его Сотников знал в лицо. Дверь открылась, и в кабинет вошел среднего роста молодой блондин.
– Здравствуйте господин канцлер. Я эмиссар верховных мудрецов, Дэвид Дэймонд…
Генерал внимательно следил за разговором двух людей, записанном роботами Ди Рэйва и отправленную маленьким Текнасом командиру 'Октавы'.
Полковник тоже с интересом наблюдал за происходящим на экране и то и дело хмурился.
'Так устроена вселенная. Но теперь перед человечеством вся бесконечность этой вселенной. Рамок больше нет. Сегодня мы обживаем Млечный путь. Завтра десяток галактик. И так до бесконечности. Теперь реванш неизбежен', – это были последние слова в переданном видеофайле.
– Однако! – хмыкнул Сотников, откинувшись на спинку кресла после просмотра видеофайла. – Распустили мы этих клопов, черт возьми! Что скажешь Володя?
– А ты, Иван, не обратил внимание, что этот Дэвид рисуется перед роботами, словно знает и том, что они все пишут?
– То-то и оно, товарищ полковник. Обратил. Как сие объяснить?
– Аналитики составили отчет по данному сюжету. Вот три основных пункта. Первое – демонстрация силы и уверенности в себе. Эмиссар, подозревая, что за ними шпионят, демонстрирует решимость и возможности своей организации. Однако явно, что блондин действительно профессионал, а кичиться, значит проявить непрофессионализм. Тогда возникает версия вторая. Провокация. Возможно, Дэвид подсовывает нам дезинформацию. Провоцирует на какие-то действия. Хочет заставить проявить себя тех, кто может за ними следить. Но это рискованно. Тут речь идет о крупномасштабной акции, и он рискует навлечь на свою голову и головы своих покровителей крупную операцию по 'зачистке'. Дезинформация должна была быть не такой наглой, но вероятно расчет делался именно на то, что мы так подумаем. Третий вариант. Эмиссар не подозревает о том, что роботы шпионят за ним и Зоренсоном. Но сам Дэвид несколько раз мимикой и жестами, а также взглядом и интонацией дал понять, что он как раз таки знает о проводимой записи разговора. Тогда есть еще альтернативный, четвертый вариант. Дэвид Дэймонд просто 'слил' своих работодателей. Он сдал нам 'Золотую элиту'.