Штурмовики с опаской взглянули на огромные ворота и забор десятиметровой высоты. Держа оружие наготове, они попятились обратно к флайеру.
Линг толкнул офицера в сторону штурмовиков:
– И запомните, – сказал он, – Сидония, это независимая община.
Полицейский вместе со своими бойцами снова расселись в летательном аппарате, на котором прибыли.
– Ну, уроды. Теперь держитесь, – усмехнулся офицер не обращаясь ни к кому и растирая запястье. Затем хлопнул по плечу пилота, – Летим обратно. Наше дело сделано.
Председатель Линг проводил взглядом улетающий флайер.
– Что все это значит? – Спросили подошедшие к нему дружинники, дежурившие на охране ворот.
– Похоже, это была провокация. – Вздохнул он. – Теперь их будет много больше, когда они вернуться. Пора расчехлять наше оружие, я думаю. Нам надо связаться с другими общинами.
Зоренсон как всегда сидел в своем кабинете, который очень редко покидал, и покуривал тонкую сигару. На этот раз вместе с ним в помещении находились недавно прибывшие эксперты по манипуляции общественным сознанием. Время, как и говорили мудрецы, поджимало, посему знакомство было коротким и они перешли сразу к делу.
Он с нескрываемым интересом слушал их. Они говорили по очереди. Словно читали хорошо заученную лекцию.
– Итак, мы поговорили о том, что человек сам по себе умен, – Продолжал один из них. Тучный, с поросячьими глазками и слюнявым ртом. – Но взять массу таких умных и мы получаем безмозглую, поддающуюся панике и манипулированию толпу. Что нам важно знать? Важно иметь общие представления о психологии толпы. Не секрет для психолога, что интеллектуальный коэффициент человека зависит не только от его мозгов, но и социальной ситуации, в которой он находится. Так, например, попадая в толпу интеллект, уменьшается в разы. Теряется индивидуальность. Он больше не самостоятелен и идет на волне всеобщего психологического состояния. Как раз именно поэтому солдату легче стрелять в толпу, чем в одного человека. Один человек, это личность. И воспринимается как личность. Но не толпа.
Итак. Что есть толпа? Это так называемое бесструктурное скопление людей. Кстати многое здесь подходит и под представителей иных рас. Поскольку жизнь во вселенной, по крайней мере известная на сегодняшний день, подчиняется определенным элементам одного, общего олгаритма. Это особенно касается разума.
Так вот. Говорим о толпе. И чем же характеризуется данное скопление? Оно лишено ясно осознаваемой общности целей. Как мы представляем себе толпу? Ну, например масса людей на какой-нибудь площади, да? Или концерт. Они взаимосвязаны между собой сходным эмоционально-психологическим состоянием и их связывает общий объект внимания, так? Ими легко управлять в таком состоянии. Но мы ни в коем случае не пытаемся навязать вам такой метод, как массовые митинги. Нет. Здесь и сейчас это не актуально. Конечно, есть не мало примеров управления массами именно посредством митингов и пламенных речей. Ярчайший пример – Адольф Шиккельгрубер. Более известный как Гитлер. Он был настоящим гением в зомбировании толпы. Он заряжал массы людей необходимой ему энергией за считанные часы. Правда, кончил он совсем плохо, но это совсем другая история. Но ему это было дано. Вы, господин Зоренсон, простите, данной харизмы лишены. Но не надо расстраиваться по этому поводу и комплексовать. Есть иные способы воздействия, многие из которых, кстати, давно и успешно испытаны. Прошу коллега. – Он обратился к своему спутнику.
– Это началось в век информационных технологий. – Теперь по кабинету начал расхаживать второй 'суперумник'. Худой, с опущенными плечами, похожий на дистрофика морщинистый шатен с выпученными глазами. – Наличие общедоступных средств общения и доставки информации открывали путь новым возможностям.. Газеты, радио, позже телевидение, а потом и Интернет стали не только неотъемлемыми средствами получения и обмена информации для человека, но в иных умелых руках все это превращалось в монстра с множеством щупалец, который этими щупальцами обвивал человеческий разум. Наиболее четко данный потенциал смог в свое время оценить генерал Ален Даллес. Он даже вывел формулу уничтожения непобедимого государства. Помните его манифест? 'Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить…' Не помните?
Зоренсон в ответ лишь мотнул головой.
– Нет.
– Ну, куда вам, – продолжал худой, – Впрочем, до сегодняшнего дня вам, наверное, знать это было и не обязательно. Его план был реализован на все сто процентов в России. Конечно, на это потребовалось время. Полвека. Но тогда небыло таких высокотехнологичных средств информационного воздействия на человека, как сейчас. Итак. Что нужно человеческому существу, а как показывает ксенопсихология и иным разумным существам большого космоса? Конечно хлеба и зрелищ. Так было всегда. Теперь конкретно по вашей планете. Работы у вас много, а людей мало. Значит все при деле. Безработицы нет. Ну, можно сказать, что это хорошо. Хотя иногда наличие безработных можно умело разыграть как козырную карту. Люди работают. Рабочий день сколько длится?
– Девять часов. У нас тридцатичасовые сутки. Так что времени для отдыха достаточно. – Ответил Зоренсон туша в пепельнице окурок сигары.
– Чудненько. Вот они приходят с работы. И что? Досуг у вас слабо налажен. Отдыхать дома? Но тогда как воздух необходимо насыщенное телевидение. А у вас что? Пара новостных каналов. Один спортивный. Канал для детей. Научно-познавательный канал и канал художественных фильмов, которые в силу ограниченности фильмотеки частенько повторяются и уже надоели всем. Это же никуда не годиться. Думаю, в телеканале, где крутят художественные фильмы, ночью необходимо показывать клубничку. – Худой потер после этих слов руки, а тучный облизнулся.
– Да, но передачу для садоводов и фермеров, по-моему, целесообразней показывать днем. Разве нет? – удивился канцлер.
Специалисты переглянулись.
– Вы о чем думаете, господин Зоренсон? – спросил худой, – Я говорю вам о порнографии.
Лейба поморщился:
– Зачем?
– Порнография ломает суть всякой идеологии. Она опускает человеческое сознание. А идеология, это то с чем идут к массам ваши враги. А вам не нужна никакая идеология. Все что вам нужно, это контроль над популяцией при помощи первичных инстинктов. Проповедуйте свободу и демократию, а порнография это и есть свобода. Посадите их на наркотик их слабостей и вас они ни на что не променяют.
– Но это приведет к падению нравов! – Возмутился Зоренсон.
– И пусть! – махнул рукой толстяк, – Что вам до их морали? Нам как раз и нужно ввергнуть общество в деградацию, чтобы отсеять лучших. Поставьте популяцию перед фактом естественного отбора. Люди всего лишь тупое мясо.
– Но где я возьму эту… порнографию?
– Мы вам привезли сто тысяч фильмов на микрочипе. Вам также необходимо будет наладить производство фильмов здесь. На Зети. Вы не беспокойтесь. Ваши руки останутся чистыми. Порностудию наладим мы. Вам только надо подсказать нам, с какими надежными людьми лучше иметь дело. К тому же неплохой доход с этого можно получать. Поймите, инстинкт, ахилессова пята разума. Контролируйте инстинкты и носители оных станут вашими послушными марионетками. Вот взять недавний теракт. Вы сделали то что было рекомендовано вам мудрейшими. Но вы не проявили творческого подхода к этому.
– Творческий подход?.. К убийству?..
– Именно. Ну вы взорвали там что-то. Угробили сотни душ. А потом показали по новостям дым и руины. Не то все это. Эффект усилился бы тысячекратно, если бы телезрители в прямом эфире видели непосредственно сам теракт. Момент гибели сотен. Ну, представьте, какие-то злодеи захватили пассажирский звездолет и обрушили его на город, сметя целый квартал. И как-будто случайно все это снимали ребята из новостного канала и транслировали в реальном времени. Просто представьте себе, что вы стали свидетелем такого зрелища. Это завораживает. Это возбуждает. Это низводит до животного страха. И вы не сможете очень долго выкинуть из головы то что увидели. Это отпечатывается в памяти как добровольная публичная демонстарция тринадцатилетней девицей своих не погодам больших титек! И даже если вы не педофил, вы все равно будете видеть перед собой ее прелести, не в силах выкинуть это из памяти!