Помолчали.
— Знаете, господин Хугебурка, чего я все-таки не понимаю, — заговорила Бугго, — как они остались в живых?
— Отсек герметичен.
— А система снабжения воздухом? Ведь и она была отравлена!
— Вероятно, для ауфидий оборудована локальная система, — предположил Хугебурка.
Бугго трижды кивнула, с каждым разом все торжественнее и медленнее.
— Микроэлементы. Понимаю. Теперь я все-таки вернусь к компьютеру. Груз ауфидий абсолютно незаконный, но мне почему-то не хочется лететь на Лахмус-3 и приседать там в реверансах.
Хугебурка представил себе количество расписок, протоколов, описей и актов сдачи-приемки, которые будут порождены в этом случае, и заранее затосковал.
— Думаю, на фоне гранат краденых червячков, даже таких драгоценных, как ауфидии, следует считать несущественным обстоятельством, — авторитетно произнес старший офицер «Ласточки».
— Угу, — согласилась Бугго.
Бугго умела и любила работать с информацией, получая почти физическое наслаждение от сортировки и сопоставления фактов. Универсальный переводчик имел способность искажать смысл слов, порой доводя суть фразы до абсурда. Бугго делала записи у себя в планшетке, обрастала чашками чоги и крохотными стаканчиками арака из запасов господина Нагабота; затем отправила на Вейки сообщение о поломке двигателя «Ласточки» и неполадках в реакторе и, соответственно, о задержке прибытия в несколько дней, необходимых для ремонта. (Она запросила три дня.) Покончив с этими делами, Бугго возложила себе на лоб мокрое полотенце и вызвала в рубку «Птенца» Калмине Антиквара.
— В грузовом отсеке находится голая женщина, — сказала Бугго из-под полотенца. — Выведи ее в гальюн, что в рабском отсеке, накорми и верни обратно. И гляди, чтобы червяки не разбежались. Их стоимость — полторы «Ласточки».
— А чем ее кормить? — заинтересовался голой женщиной Антиквар.
— Чем кормят обычного гуманоида? Кашу ей свари. С мясом. Молока раствори пожирнее. Пока она ест, засыпь червякам спецкорм. Он должен находиться где-то поблизости.
Онемев, Калмине удивленно вскинул брови.
Бугго не видела этой выразительной гримасы, но поняла реакцию подчиненного.
— Не знаю, — сказала она раздраженно. — Найдешь. Где-нибудь на полке, в контейнере. Там должен стоять вот такой значок. — Она на ощупь отыскала планшетку, где была включена страница: «Ауфидии, содержание, транспортировка, порядок незаконных торговых сделок».
Антиквар изучил значок, обозначающий ауфидий, сказал: «Сделаем» — и смылся.
— Позови сюда господина Хугебурку, — крикнула Бугго ему вслед, чуть приподняв голову со спинки кресла.
— Сделаем, — опять повторил Антиквар.
Несколько минут Бугго плавала в покое, а затем рядом присел Хугебурка, и сразу потребовалось собраться, сосредоточиться и принимать решения.
— Господин Хугебурка, — заговорила Бугго, — мы влипли.
— Э, — отозвался Хугебурка.
— Да, я знаю, что вы в курсе! — вспылила Бугго и перевернула полотенце холодной стороной. — Не мешайте. В точке «Икс», она же пустое место, она же пояс астероидов, находится планета, известная избранным членам общества как Бургарита. Захваченный нами корабль имеет ее портом приписки и направлялся именно туда. В компьютере сохранился курс, проложенный господином Нагаботом. Координаты полностью совпадают с нашими выкладками. Ваши соображения?
— Пиратская база, — сказал Хугебурка.
— Именно. Я не вполне понимаю, почему объединенные таможенные войска нескольких секторов ее не уничтожат.
— Ну, это как раз понятно. Развязать войну против целой планеты — невозможно. Скажем так, нерентабельно. Там многочисленное население, вполне мирное. Экология космоса также не позволяет уничтожение целого небесного объекта — это может иметь непредсказуемые последствия. Гравитация, то, сё. Поэтому пиратов предпочитают вылавливать по одному в космосе.
— Ясно, ясно, ясно. — Бугго махнула рукой. — Неважно. У нас есть два варианта действий. — Она подняла указательный палец. — Первое. Немедленно лететь со всеми нашими трофеями на Вейки, составить подробный рапорт военному руководству и таможенной службе Вейки и наконец предъявить господину Амунатеги официальное обвинение в сотрудничестве с пиратами. Доказательств, подтверждающих нашу правоту, здесь предостаточно. — Вялый взмах в сторону рабочего стола покойного Нагабота.
— А второй вариант? — осторожно поинтересовался Хугебурка.
Полотенце сдвинулось к виску, и на Хугебурку глянул светлый, развеселый глаз в обрамлении мокрых ресниц.
— О! — Бугго села поудобнее. — Подержите эту тряпку. Слушайте. Согласно кодексу братства Бургариты, захват, чужого корабля — даже если это судно порта приписки Бургарита…
— То есть пиратское, — вставил Хугебурка.
— Ну да, пиратское. Не перебивайте. Захват корабля — почтенное деяние. На Бургарите оно признается вполне законным в том случае, если новый владелец берет на себя все обязательства прежнего. То есть готов оплатить его долги в портовом баре (при наличии расписок), выделить суммы любой женщине, которая обладает доказательством, что ее дети рождены от покойного капитана…
— Такие роскошные господа, как Нагабот, как ни странно, редко рассеивают свое семя по Вселенной, — мстительно молвил Хугебурка.
— Но и это неважно. Главное — новый владелец должен завершить сделки, начатые прежним. Чтобы никто из деловых партнеров не пострадал. Это самое важное. В таком случае корабль остается у нас в качестве приза и может быть продан на Бургарите. Нового владельца запрещено преследовать.
— Замечательно, — сказал Хугебурка. — Учтите, госпожа капитан, мы вступаем в опасную пограничную зону. Остается еще вопрос с господином Амунатеги. Завершить заключенную с ним сделку не представляется возможным. Хотя бы потому, что мы взорвали часть груза.
— Господин Амунатеги подпадает под другую часть кодекса Бургариты, — сказала Бугго. — Его безответственность и глупость послужили причиной гибели Нагабота с компанией. Из-за него мы были вынуждены уничтожить команду «Птенца», не так ли? Если мы, выплатив небольшую компенсацию заинтересованной стороне, возьмем на себя осуществление мести…
— Все, все! — вскрикнул Хугебурка, подскакивая. — Не хочу об этом слышать! Предлагаю избрать первый вариант действий.
Бугго смотрела на него молча и зло.
— Рекомендую, — повторил Хугебурка, выдерживая этот взгляд.
— Огромные деньги и чистая репутация, — сказала Бугго. — Связи.
— Настаиваю. Послушайте, госпожа Анео, я не хочу возвращаться на мусоровоз.
— В каком смысле? — холодно осведомилась Бугго.
— Впрочем, на мусоровоз отправят вас. Меня просто расстреляют — как рецидивиста.
— Убирайтесь! — заорала Бугго. — Не желаю вас видеть!
Хугебурка встал и вышел.
В том, что говорила Бугго, имелся смысл. Сделка по ауфидиям — это несколько сотен тысяч. И «Птенец». Мелькнул призрак спокойной, обеспеченной старости. Вилла, много цветов и птиц. Бумажные книги. Пожилой дворецкий. Шум моря по ночам за окном.
Потом картинка смазалась, сменившись обликом Калмине Антиквара. Он предстал перед старшим офицером в кафтане из голубой парчи с завышенной талией, так что пояс с блестящей пряжкой стягивал торс почти под мышками. Узкие черные брюки, серебряного цвета сапожки с причудливо вырезанным голенищем; в правой руке трость с лентами, на щеке зигзагообразный узор лазоревого цвета, под носом блестящая перламутровая полоска.
— Э… — изумился Хугебурка. — Ты чего в таком виде, а?
Калмине повертелся.
— Красиво?
— Ужас, — честно признал Хугебурка.
— Зануда, — насупился Антиквар.
— А физиономию зачем измазал?
— Ну ты даешь! — Калмине сунул Хугебурке свежайший выпуск «Космического денди». — Отстал от жизни. Гляди.
Хугебурка поглядел и вернул журнал, повторив:
— Ужас.
— А этой, немой, страсть как понравилось, — вконец разобиделся Антиквар. — Она ничего, кстати. Если привыкнуть, что вся размалеванная.