- И я рискну попробовать сделать именно это.Если, конечно, не встречу в этом вопросе резкого сопротивления со стороныдругих капитанов или Совета Сорока Шести.
Ямамото обвел всех взглядом, но никто изприсутствующих старших офицеров не озвучил вслух призыва немедля порубить меняна неравномерные ломти. Были, конечно, еще и другие, но почему-то за Зараки иХицугаю у меня имелась определенная уверенность, а относительно Маюри ясовершенно не волновался. Не до меня ему будет в самом ближайшем времени.
- Вопрос с Советом могу взять на себя, -озвучил я свое предложение.
- Этот момент мы еще проработаем, - заверилменя Ямамото. - И в дополнение ко всему вышесказанному, я назначаю капитана СойФон ответственной за меры по контролю и сдерживанию нашего нового гостя.
Может быть, мне это только лишь показалось,но, похоже, Генрюсай искренне забавлялся, озвучивая такую постановку вопроса смоей "легализацией".
- Спасибо вам, Генрюсай-доно! Сой-тян! Мнеразрешили остаться! - и, сграбастав в свои объятья начальницу отдела тайныхопераций, все еще пока немного оторопевшую от случившегося, я с радостным видомзакружился по залу.
- Нацу! Прекрати! Все смотрят!
- Пусть, молча, завидуют!
Завершив очередной пируэт, я оказался вновьперед столом Яма-джи и, игнорируя не слишком-то активные попытки Сойкивырваться, вытащил свободной кистью из-за пазухи толстую кожаную папку, грохнувее перед командующим.
- Кстати, Генрюсай-доно, это вам еще один мойподарок. Так сказать, в знак нашего намечающегося сотрудничества. Уверен, высочтете многие документы из этой папки очень занятными. Особенно, если будетеих перечитывать перед каждой очередной встречей с Советом. Мне почему-токажется, что в этом случае, ваше общение с данным органом управления будетпротекать куда более гладко и эффективно, чем это зачастую бывало ранее.
Пихнув Кёраку локтем в бок, Бьякуя с косойусмешкой покосился на Нацу, шептавшегося о чем-то с Ямамото.
- Меня почему-то не покидает предчувствие,что в ближайшее время нам определенно не придется предаваться унылому ибезрадостному безделью...
- Меня почему-то тоже, - почесал подбородокШунсуй.
- Не надо быть такими пессимистами, господа!- каким-то неведомым образом арранкар уже оказался прямо перед ним, задраввверх свою лохматую голову. - Ну и, пользуясь случаем! - обратился Нацу уже ковсей аудитории. - Приглашаю всех, кого еще почему-то вдруг не успел позвать, напразднества в связи с моей женитьбой. А если быть точнее, то по случаю моегонедавно заключенного бракосочетания и того союза, которому еще только предстоитсостояться. Кстати, Бьякуя-семпай, вы уже назначены моим будущим шафером, ни накого другого Йору-тян все равно не согласится!
И в хаосе, воцарившемся после данногозаявления, уже никто не услышал тихий смех, звучавший со стороны массивногорезного стола.
* * *
Путь в глубокие подземелья под одной изпостроек Лас Ночес, ничем не примечательной на фоне остальных, был достаточнодолог, чтобы успеть еще раз обдумать краткий план действий на ближайшеебудущее. Спускаясь вниз по мраморным ступеням, Айзен в своей привычной манерепрокручивал в голове все этапы того, что уже вскоре должно было начаться.Несмотря на полный крах основного плана и невозможность реализовать теперь тот,что числился запасным, владыка Уэко Мундо по-прежнему не сомневался в своемконечном успехе. Да, у него возникли большие трудности, но они не былинепреодолимы. Он лишился Хоугиоку и, вероятно, лояльности большей частисобственных войск, но зато сумел сохранить свое положение в цитадели инейтральное отношение с другими ее обитателями. Фактически, никто и не лишалего прав и полномочий правителя Лас Ночес, а постоянное присутствие поблизостиВандервайса ни на что всерьез не влияло. Конечно, немного странным выгляделоокончательное исчезновение Гина, но это была несравнимо малая цена за то, чтоодновременно с ним крепость покинул еще и нумерос 78. В этот уже раз, вероятно,очень надолго.
За столетия подготовки у Айзена накопилосьнемало данных и разработок. Попытаться воссоздать Хоугиоку или вообще сотворитьнечто другое - стало бы вполне разумным следующим шагом. В конце концов,сорванный план давал Соске неожиданную возможность по-иному взглянуть теперь насвои действия, отыскать ошибки, просчитать различные варианты и двинуться кжеланной цели по новой непроторенной дороге. Если все пойдет, как и нужно, точерез какое-то время Вандервайс, наверное, даже вернет ему силы Кьёка Суйгетсу.Как казалось Айзену, арранкар, восстановивший свой разум, вполне поверил в егонебольшое "представление", разыгранное в тронном зале. А значит,теперь лишь требовалось некоторое время поддерживать эту игру, вживаясь внепривычную роль. Каких-нибудь лет десять, а может быть пятьдесят, в Уэко Мундоэто все не имело такого критического значения. Как раз хватит времени наподготовку новой стратегии, параллельно изображая из себя смирившегося сСудьбой диктатора и начинающего семьянина. Губы Соске невольно сами собойизогнулись в улыбке. Да, он прекрасно умел играть в эти игры и без поддержкисвоего занпакто, а потом... Потом уже будет видно. А вот сейчас особенно важнобыло убрать подальше от посторонних глаз некоторую часть своих самых занятныхархивов.
Отворив дверь и шагнув в арку прохода, Айзеностановился, пораженно оглядываясь по сторонам. Вместо привычного полумрака,хранилище было залито приятным желтым свечением кидо-фонарей под потолком.Квадратные короба "электронных" хранилищ информации и стеллажи сдругими, более материальными, носителями данных, некогда возвышавшиеся вдольдальней стены, исчезли все без остатка. Вокруг большого, но невысокого стола,появившегося в центре комнаты, были составленным кругом несколько удобныхдиванов. Сидевшие на них существа как раз обернулись к Соске, сделав по приветственномужесту.
- Канаме? - удивленно выдохнул Айзен. -Вандервайс?
- Как видишь, - пожал плечами бывший нумерос77 и, отхлебнув что-то горячее из чашки, передвинул одну из фишек наразлинованной игральной доске, лежавшей перед ним и бывшим капитаном.
- Но что вы... Как вы...
Не успевая задавать вслух вопросы, Айзен самнаходил на них ответы. Охранная кидо-сеть, наложенная на помещение, не могласработать, потому что у Тоусена был в эту комнату свободный допуск. Хозяин ЛасНочес сам разрешил ему хранить здесь кое-какие свои документы и тому подобнуюмелочь, не сочтя подобное угрозой в те далекие дни.
- Мои терминалы, что с ними?
- Отдали Заэлю, - не отрываясь от игры,откликнулся Вандервайс. - Он все жаловался, что его лаборатория периодически подвергаетсятотальным разрушениям, и в связи с этим он теряет результаты всех проведенныхисследований. Вот мы и решили с Канаме-куном, что раз с идеями господства надмиром ты завязал, то и эти "банки данных" тебе больше не понадобятся.А уж Заэль с их помощью свое резервное хранилище сам обустроит.
- Вы что?! Вы отдали мои терминалы иинформацию, что на них содержалась, Заэлю?! - убито прохрипел Айзен шепотом,внутренне похолодев.
Только от одной лишь мысли о том, что сможетнатворить этот розововолосый ученый-маньяк, дорвавшись до некоторых запретныхразработок, изложенных во всех деталях в памяти "цифровых" хранилищ,Соске сразу же стало дурно.
- Только не считай нас законченнымисамоубийцами, - рассмеялся в ответ арранкар. - Мы, конечно же, предварительнопотерли все данные, что были в памяти этих хранилищ. Или уничтожили жесткиедиски там, где это не получилось. Заэлю и тех, что остались, хватит на первоевремя.
- А, - облегченно выдохнул Айзен, но тут до негодошел весь смысл сказанного.
Не говоря больше ни единого слова, повелительУэко Мундо развернулся и вышел за дверь. И, несмотря на то, что горькая обидаот очередной неудачи буквально душили его и продолжать сдерживать себя в руках,было невероятно трудно, Соске все-таки справился со своими эмоциями. В концеконцов, это тоже не было полным поражением. Пусть не десять лет, не пятьдесят,а сто или двести. Какая уже, к дьяволу, разница? Уж кто-кто, а он-то точносправится с такой задачей.