— Что ж, наверно, ты права.

— И вот что еще, — подумав, добавила Криста. — Сейчас наш главный проект — Рафаэль и Сандра. Я хочу, чтобы ты занялась в первую очередь им, а с Марком Доусоном разберусь сама. — Вероятно заметив отразившееся на моем лице недоумение, она пояснила: — Тебе нужно набираться опыта. Не забыла, о чем мы говорили? И, разумеется, можешь рассчитывать на прибавку.

Она достала плеер, вставила в уши миниатюрные наушники и закрыла глаза — Гайдн действовал на нее лучше всякого снотворного. У меня на такой случай свое средство — чтение. Открыв сумку, я сунула руку в крайнее отделение, где припрятала последний роман Мартины Коул, «Лица», но наткнулась на какой-то пакет. Я вытащила его, развернула оберточную бумагу и обнаружила визитную карточку с золотистым вензелем из букв «С» и «М» и футляр. На обратной стороне несколько написанных от руки слов: «Милой подруге Лизе на память о чудесной встрече. Сандра». Я открыла футляр и невольно ахнула: внутри лежал великолепный — и наверняка недешевый — комплект из ожерелья и сережек. Серебро с каким-то камнем, похоже, топазом.

— Спасибо, Сандра, — прошептала я.

Иногда звезды не только светят, но и греют.

6

Дома меня ожидали пустой холодильник и тринадцать сообщений на автоответчике. Нехорошее число. С другой стороны, три от Саймона вполне можно было посчитать за одно, так что выход есть всегда. Их я и прослушала в первую очередь, раздеваясь, чтобы первым делом принять ванну, а уж потом ответить на зов желудка.

Первое сообщение звучало вполне нейтрально. Скучаю. Хочу встретиться. Позвони.

Второе поступило накануне вечером. Пытаюсь застать тебя целый день. Что случилось? Волнуюсь. Позвони.

И, наконец, третье пришло уже утром, когда мы с Кристой летели из Мексики. Понимаю. Больше докучать не буду. Извини. Всего хорошего.

Ну вот. Я удрученно вздохнула — устраивая чужую жизнь, о своей забываешь. Бедняга Саймон, должно быть, обиделся, и на то у него были все основания. Вот приму ванну, решила я, и сразу позвоню.

Остальные сообщения особенного интереса не представляли, но вот мамин номер я набрала сразу же и даже обрадовалась, когда вместо нее ответил автомат.

— Мама, я вернулась. Все в порядке. Люблю. Пока.

Последнее сообщение оказалось от Марка Доусона, просившего позвонить ему на сотовый, когда мне будет удобно. Я открыла воду в ванной, приготовила халат и полотенце, взяла телефон, стала набирать номер и вдруг поймала себя на том, что номер этот отнюдь не Саймона, а моего клиента. Рассеянность — первый признак утомления. Я уже хотела дать отбой, но тут гудки прекратились.

— Да?

Черт, опоздала. Теперь бросать трубку было бы уже неприлично. Я откашлялась.

— Мистер Доусон?

— Мисс Уинслоу?

— Да. Я только что вернулась и вот наткнулась на ваше сообщение. Мисс Маршан уже сообщила мне об очередном недоразумении. Мне очень жаль. Примите мои извинения.

— Мисс Уинслоу, на мой взгляд, дело не в каком-то недоразумении. Все гораздо серьезнее.

Я мгновенно насторожилась.

— Что вы имеете в виду?

— Мне бы не хотелось обсуждать это по телефону, — сухо ответил он.

Черт возьми, они что, спятили все? Играют в секретных агентов? Как будто кому-то понадобилось выведать все тайны брачного агентства. Ну еще бы. Наверняка это коварные русские или сам Усама Бен-Ладен. Какие злодеи, вознамерились оставить Америку без невест!

— Что вы предлагаете? — Я вздохнула достаточно громко, чтобы он услышал.

— Понимаю, вы устали. Поэтому давайте встретимся в ресторане «Цветочный рай». В шесть часов.

Больше всего на свете я не люблю, когда мной командуют и тем более не оставляют выбора.

— Вообще-то, мистер Доусон, — начала я, добавив твердых ноток, — мне...

— Мисс Уинслоу, — бесцеремонно перебил он, — наш договор еще не аннулирован, и я остаюсь вашим клиентом. В пункте шестнадцатом сказано...

Я прекрасно знала, что сказано в этом треклятом пункте — «клиент вправе потребовать письменное объяснение в случае неисполнения агентством своих обязательств». Как ни крути, мы прокололись. Если я откажусь встретиться с ним, Криста придет в ярость. В этом состоянии я видела ее дважды — страшное зрелище.

— Хорошо, буду. — Я бросила трубку и выругалась.

Извини, Саймон.

Ванна набралась только наполовину, так что у меня еще оставалось время позвонить Кейт. Ответили после третьего гудка, и снял трубку Ник.

— Здравствуй, Лиз, — бодро приветствовал меня он. — Тебе, наверно, моя старушка нужна? Подожди, сейчас спустится.

— Как Джулия? — осведомилась я.

— Спасибо, все в порядке. Вчера, правда, поплакала немножко, так что мы почти не спали. А ты как? Давно тебя не видел. Зашла бы как-нибудь.

— Обязательно, Ник. Но не раньше, чем разберемся с делами. Сейчас у нас небольшая запарка.

Ник усмехнулся, но как-то невесело.

— Знаешь, последние два-три месяца я от Кейт только это и слышу. Скажу по секрету, — он понизил голос, — на меня и не смотрит. Я уж стал задумываться, может, у нее... ну, ты понимаешь...

В первый момент я не сообразила, что он имеет в виду, а когда сообразила, едва не выпалила, что, мол, нет, какое там, но вовремя удержалась — кто знает, может быть, Ник большой хитрец и только разыгрывает передо мной недополучающего внимания супруга с расчетом, что я вступлюсь за него перед Кейт.

Я выдержала паузу, и Ник, как и ожидалось, не выдержал.

— Ладно. Передаю трубку. Обсуждайте, девочки, свои тайны.

— Кейт?

— Да, Лиз. Подожди. — Судя по звуку Шагов, Кейт перешла в другую комнату. — Как все прошло?

— Лучше, чем ожидалось. Сандра прелесть, да и Рафаэль неплох.

— Отлично, — рассеянно сказала Кейт.

— Я так понимаю, у тебя новости насчет Доусона.

— Да. Тебе говорит что-нибудь такое имя — Стив Риордан?

— Пожалуй, нет. А что?

Кейт коротко рассказала о своих изысканиях и открытиях, потом о визите к Жаклин Роллинг и встрече с Терезой Бойл.

— Тебе не кажется, что дело нечистое? — спросила она. — Сначала Глория, теперь Жаклин.

— Не знаю, — устало вздохнула я. — Между прочим, мы с ним встречаемся сегодня в шесть.