Внешняя задолженность Аргентины иностранным кредиторам (МВФ, банкам, пенсионным и инвестиционным фондам) составила 132 миллиарда долларов. В июле 2001 года беспорядки и всеобщая забастовка поставили страну на грань дефолта. МВФ с одобрения Джорджа Буша отказался выделить Буэнос-Айресу очередной кредит размером в 1,3 миллиарда долларов. Уолл-стрит и аналитики просто втянули голову в плечи, думая, что Аргентина стала еще одним примером «неадекватного поведения отчаявшихся стран третьего мира». На «Merill Lynch», «Deutsche Bank» и «Salomon Smith Barney», важные финансовые инвестиционные и консалтинговые предприятия, была возложена миссия реструктурировать внешний долг страны.
В западных средствах массовой информации ничего не было сказано о 26 миллионах долларов, которые иностранные банки отозвали из Аргентины и направили в основном в США. Федеральные судьи Норберто Ойарбиде и Мария Сервини де Кубрия незамедлительно начали расследование, которое длится до сих пор. Среди фигурантов этого расследования были «Citibank» («Citigroup»), «Hong Kong Shanghai Bank» в Лондоне, «Bank of Boston», «Fleet Boston» и испанский «Banco Rio», в советах директоров которых можно найти лиц, тесно связанных с высшими эшелонами власти США и других стран мира.
В действительности проблемы Аргентины назревали уже давно. После десятилетия «реформ свободного рынка», начатых при Карлосе Менеме (массовая приватизация, отсутствие регулирования), страна находилась в руках Международного валютного фонда, Всемирного банка, ряда иностранных банков и кредиторов. В любом случае момент отзыва капитала (август-ноябрь 2001 года) совпадает с другими глобальными финансовыми неординарными событиями на протяжении того же периода: падение биржи в США, потрясения, связанные с 11 сентября, и скандал с «Enron». Исследователь Шерман Сколник утверждает, что между грабежом Аргентины и строительством нефтепровода в Афганистане существует самая непосредственная связь. «Как воспрепятствовать заключению контракта на строительство нефтепровода в Афганистане конкурирующей группой? – спрашивает он и тут же отвечает: – Очень просто – обвалив экономику Аргентины».
После того как Америка начала бомбить Афганистан, посол США в Пакистане Венди Чемберлен встретилась с Усманом Аминнудином, министром природных ресурсов Пакистана. Согласно статье в пакистанской газете «The Frontier Post» от 10 октября 2001 года, встреча состоялась для того, чтобы обсудить «проект газопровода, который пройдет через Туркменистан, Узбекистан, Афганистан и откроет новые перспективы многовекторного сотрудничества в свете недавних геополитических событий в регионе».
В ноябре 2001 года Белый дом сделал официальное заявление, в котором сообщалось об официальном открытии первого нефтепровода Каспийского трубопроводного консорциума – международной компании, среди акционеров которой были Россия, Казахстан, Оман и ряд западных нефтяных компаний, в частности «BP Amoco». Сам Буш заявил: «Проект Каспийского трубопроводного консорциума является важным шагом в продвижении национальной энергетической политики нашей администрации». Через девять дней после того, как Хамид Карзай стал главой временного афганского правительства, поддерживаемого США, Джордж Буш назначил бывшего помощника UNOCAL Залмая Халилзада новым послом. Халилзад полностью подчинялся советнику президента по национальной безопасности Кондолизе Райз, которая ранее представляла компанию «Chevron» в Центральной Азии. Таким образом, на сцене появляются афганские марионетки.
Согласно правительственным источникам США, Великобритании, Афганистана, Ирана и Турции, Хамид Карзай, лидер пуштунского племени дуррани, был советником «Е1 Segundo» (дочернее предприятие UNOCAL в Калифорнии). Он сражался с Советским Союзом в 1980-е годы, поддерживал тесные связи с директором ЦРУ Уильямом Кейси («умер своей смертью» во время расследования по делу «Иран-контрас», в котором являлся основным свидетелем), Джорджем Бушем-старшим и его «друзьями» из пакистанской службы разведки. Согласно статье в газете «Аl Watan», «Карзай был секретным агентом ЦРУ с 1980-х годов, когда американцы при помощи Пакистана [особенно службы разведки] поддержали приход к власти талибов».
Из-за услуг, оказанных ЦРУ, Карзай, нынешний президент Афганистана, и некоторые из его братьев получили разрешение на «переезд в Соединенные Штаты под прикрытием управления», – пишет Уэйн Мэдсен в статье «Афганистан, талибы и нефтяная команда Буша», опубликованной 23 января 2002 года. Согласно источникам на Ближнем Востоке и Южной Азии, а также независимому расследованию журналиста Уэйна Мэдсена, Карзай продолжал работать на ЦРУ, проводя переговоры с «CentGas».
В декабре 1998 года UNOCAL официально заявила о своем выходе из консорциума «CentGas» и прекращении проекта строительства трубопровода. Не стоит говорить о том, что это была абсолютная ложь. Майкл Рупперт в своей книге «Переходя Рубикон» (которую вице-президент Ричард Чейни попытался запретить, поскольку автор напрямую связывал его с прекращением расследования событий 11 сентября) пишет, что встречи американских чиновников и талибов после 1998 года подтверждают: этот проект никогда не отклонялся.
Седьмого октября 2001 года в Афганистане началась военная антитеррористическая операция Вооруженных сил США и их союзников. В результате в Афганистане было создано проамериканское временное правительство, которое возглавил Хамид Карзай. Назначение Карзая на этот пост было не случайным. Ранее США делали ставку на ныне покойного Абдула Хака, но он оказался слишком неуступчивым, и в конечном итоге выбор пал на всегда покладистого Карзая. Он и назначенный вице-президентом Афганистана Хаджи Абдул Кадир по тайному замыслу ЦРУ должны были завоевать доверие пуштунских племен (которые в то время поддерживали талибов) и спровоцировать выступления против талибов и сети Осамы бен Ладена «Аль-Каида» на юге и востоке Афганистана, где живут эти племена.
Еще один лакей, который вернулся на путь истинный, – это Залмай Халилзад, 31 декабря 2001 года назначенный администрацией Буша специальным представителем в Афганистане (это произошло за девять дней до того, как временное правительство Хамида Карзая, поддерживаемое Соединенными Штатами, получило власть в Кабуле). Халилзад родился в Мазари-Шарифе в 1951 году на заре исламского фундаментализма в семье бывшего чиновника, состоящего на службе короля Мухаммеда Захира Шаха, который возглавлял страну в течение сорока лет – до 1973 года. Халилзад не был известен как человек со строгими принципами. Его назначение не преследовало цели принести благо афганцам. Оно означало только одно – нефть. Помимо того что Халилзад являлся консультантом корпорации «Rand», контролируемой Бильдербергским клубом и разрабатывающей стратегические программы страны, он также был помощником заместителя министра обороны при Джордже Буше. Халилзад – это связующее звено между UNOCAL и правительством талибов. В конце 1990-х годов он работал с Карзаем над проектом «CentGas». Излишне говорить, что в сообщениях Белого дома для прессы не упоминались бывшие связи Халилзада с UNOCAL. Тем не менее его прошлое хорошо известно команде Буша (Халилзад учился в Чикагском университете, интеллектуальном центре правых политиков), члены которой, начиная с Чейни и заканчивая Райе и самим Бушем, тесно связаны с нефтяными компаниями. Например, как пишет Дженнифер Ван Берген в своей статье «Залмай Халилзад и планы Буша», опубликованной 13 января 2002 года на форуме сайта truthout. org, «в середине 1990-х годов, работая на Ассоциацию энергетических исследований Кембриджа, Халилзад провел оценку рисков для UNOCAL, параллельно добиваясь того, чтобы талибы подписали соглашение. Речь шла о проекте строительства газопровода протяженностью в 1, 4 тысячи километров, оцененного в 2 миллиарда долларов, который ежедневно транспортировал бы 54 миллиарда кубических дециметров газа из Туркменистана в Пакистан». Следует упомянуть, что на приеме в декабре 1997 года Халилзад присоединился к руководству UNOCAL, чтобы угодить делегации талибов, приглашенной на переговоры в город Шугарленд, штат Техас, где втянулся в длительную дискуссию с представителями талибов о преимуществах ванны над душем. По чистой иронии судьбы, Лейла Хелмс, официальный представитель талибов в Техасе, состоит в родственных связях с королем Захир Шахом и является племянницей бывшего главы ЦРУ Ричарда Хелмса.