Есть еще много причин, по которым Югославия, а затем и Косово были выбраны в качестве жертв. Заключительный раздел этой главы содержит фрагменты документальных свидетельств и выдержки из публикаций, в которых идет речь о возможных причинах войны.
«План Маршалла, предложенный для Балкан, – это иллюзия, – пишет Майкл Чоссудовский. – Главной целью предполагаемой „реконструкции“ Югославии, сформулированной в контексте реформ „свободного рынка“ и финансируемой посредством международного долга, является создание надежной среды для иностранных инвесторов, а не восстановление социально-экономической инфраструктуры в стране. Будет применено приводящее к летальному исходу „экономическое лекарство“ МВФ, разрушится национальная экономика, европейские и североамериканские банки завладеют местными финансовыми учреждениями, а промышленность обанкротится. Самые ценные активы государства перейдут в руки иностранного капитала в рамках программы приватизации под эгидой Всемирного банка. В свою очередь, суровое „экономическое лекарство“, навязанное иностранными кредиторами, вкупе с бедностью и экономической дислокацией будет способствовать еще большему укреплению криминальной экономики (уже внедренной в Албании и Македонии). Предполагаемая „реконструкция“ Балкан, основанная на иностранном капитале, будет предусматривать многомиллионные контракты с транснациональными компаниями для восстановления дорог, аэропортов и мостов после снятия эмбарго, чтобы способствовать „свободному передвижению“ капиталов и товаров […]. План Маршалла, финансируемый Всемирным банком и Европейским банком реконструкции и развития, а также частными инвесторами, принесет прибыль в основном горнодобывающим, нефтяным и строительным предприятиям, резко увеличив внешний долг до III тысячелетия. Балканские страны будут приговорены к его выплате посредством „отмывания“ денег в местных банках, которые будут либерализованы под контролем западных финансовых учреждений. Деньги, полученные от многомиллионного наркобизнеса на Балканах, будут „отмыты“ и направлены на выплату внешнего долга, а также на „финансирование“ затрат на „реконструкцию“ […]. Судьба Косово в этом смысле схожа с судьбой Македонии и Албании.
С начала 1990-х годов реформы МВФ привели к обнищанию албанского населения, одновременно подтолкнув национальную экономику к банкротству».
Военное вмешательство НАТО
Укрепление власти НАТО на юге Европы и в Средиземноморье также является шагом к расширению сферы геополитического влияния Бильдербергского клуба за Балканский регион до Каспийского моря, Центральной и Западной Азии. В этом смысле военное вторжение НАТО в Югославию (нарушившее международное законодательство) означает прямую угрозу, «узаконивая» последующее военное вмешательство под эгидой ООН под предлогом «защиты и обороны слабых». Кроме того, атака НАТО позволяет отдалить Европу от России – по крайней мере, на это время.
Китайский шпионаж
Нельзя не отметить, что кризис в Косово удачно переключил внимание американской общественности со скандала с китайским шпионажем, широко освещаемым во всех газетах США: «Незадолго до начала конфликта в Сербии стало очевидно, что все попытки администрации Клинтона сохранить информацию государственной важности в тайне с треском провалились после того, как стало известно о проникновении китайцев в лаборатории США, занимающиеся разработкой ядерного оружия. Традиционные приемы, которые обычно использовало правительство для контроля над информацией, которая могла причинить вред администрации Клинтона, в частности официальные разоблачения, ложные заявления, препятствия следствию, покушения на лиц, выдвигающих обвинение, и т. д., на этот раз не подействовали. Единственным выходом было „сменить тему разговоров“, независимо от того, какой ценой это будет достигнуто».
Иранское оружие и его поставки в Боснию
«Администрация Клинтона скрывала свое активное сотрудничество с Ираном по вопросу поставок оружия фундаменталистскому режиму Алии Изетбеговича. Тем самым Соединенные Штаты нарушали эмбарго на поставки вооружений, введенное ООН в отношении стран бывшей Югославии. В этой связи кажется необоснованным заявление представителя Госдепартамента США Джеймса Рубина, сделанное им 24 марта 1999 года, в котором он настаивал, что Россия обязана соблюдать это эмбарго по отношению к Сербии».
Искоренение сербов в Крушине
«Следователи Международного трибунала по бывшей Югославии пришли к выводу, что в 1995 году хорватская армия проводила массовые казни, незаконную бомбардировку мирного населения и политику „этнической чистки“. Следователи порекомендовали привлечь к уголовной ответственности троих хорватских генералов, а высокопоставленный американский чиновник заявил, что обвиняемые получат повестки в суд в течение нескольких недель. Любое привлечение к суду хорватских генералов для администрации Клинтона могло бы стать серьезной проблемой. У США были деликатные отношения с Хорватией, которая выступила их союзницей в поддержании мира в Боснии, обвиняемой в нарушении прав человека. Нападение хорватской армии в 1995 году, заставившее сотни тысяч сербов бежать с обширной территории Хорватии за четыре дня, было осуществлено с негласного благословления США. Также отставные офицеры американской армии были инструкторами хорватских солдат. Однако все это не дает нам полной картины о роли США в тех событиях. За три года, в течение которых длилось расследование, Соединенные Штаты так и не смогли предоставить доказательств, которых требовал Международный трибунал по бывшей Югославии, что лишь усилило подозрения по поводу того, что Вашингтон не заинтересован в установлении истины. Например, два канадских офицера, которые находились в Хорватии во время нападения, в ходе которого на город Книн всего за двое суток обрушилось 3 тысячи снарядов, показали, что действия хорватской армии были преступными и направленными против местного населения. По материалам дела был подготовлен доклад на ста пятидесяти страницах, один из разделов которого носил название „Обвинение. Операция „Буря“. Дело prima facie“. В докладе, в частности, говорится, что в ходе нападения Вооруженные силы Хорватии и полицейские соединения совершили ряд нарушений международного гуманитарного права, среди которых бомбардировки Книна и других городов. Во время атаки и в течение ста дней после нее было казнено не менее 150 мирных сербских граждан, а несколько сотен бесследно исчезли. Среди прочих преступных действий – грабежи и поджоги».
Можно ли после всего, что мы увидели, утверждать, что вмешательство НАТО в Косово носило исключительно «гуманитарный» характер?
Слободан Милошевич умер в тот же день, когда его заклятый враг Агим Чеку, бывший лидер АОК, был избран премьер-министром Косово. Смерть Милошевича, без сомнения, принесла облегчение Гаагскому трибуналу, который в течение четырех лет безуспешно пытался приговорить человека, стойко отстаивавшего свои убеждения. Милошевича нашли мертвым в своей камере 11 марта 2006 года – через три дня после того, как он написал письмо министру иностранных дел Российской Федерации, в котором просил поддержки в получении разрешения Международного трибунала по бывшей Югославии на прохождение медицинского лечения в России. Считается, что он умер от инфаркта.
Смерть Милошевича – это шестой схожий случай с сербом, находящимся в руках Гаагского трибунала. На пресс-конференции, которая состоялась 13 марта 2006 года, Сергей Лавров, министр иностранных дел Российской Федерации, заявил, что в своем письме Милошевич выражал обеспокоенность по поводу того, что некоторые терапевтические методы, используемые медиками Международного трибунала по бывшей Югославии, оказывали разрушающий эффект на его здоровье. В январе 2006 года чиновники трибунала отказали Милошевичу в просьбе поехать в Россию для прохождения лечения, несмотря на то что российское правительство полностью дало гарантии, что бывший сербский лидер обязательно вернется в Гаагу после завершения курса лечения.