НЕ ТРЕВОЖЬ ТЫ СЕБЯ
муз. В. Соловьёва Седого, сл. М. Исаковского
Эту песня композитор Василий Соловьёв-Седой написал в начале 1944 года. К этому времени он был уже автором целого ряда популярнейших военных песен и получал множество писем от фронтовиков, от радиослушателей и поклонников, знакомых и незнакомых поэтов с их стихами.
Близился победный конец войны, и в письмах всё чаще и чаще содержались пожелания, чтобы композитор вновь обратился к лирике, к песням о любви, как это он прекрасно умел делать до войны. Но Соловьёв-Седой был слишком занять «военной» тематикой и не прислушивался к этим советам до тех пор, пока не получил письмо, которое вывело его из равновесия и в котором было написано буквально следующее: «Товарищ, почему бы вам не написать песню о любви? Или вы уже настолько «седой», что этот вопрос Вас уже не интересует?»
Вот тогда Василий Павлович и вспомнил о присланном ему стихотворении его друга Михаила Исаковского, в котором как раз и писалось о любви, и которое он отложил в сторону до будущих времён. Он достал рукопись, снова прочитал стихотворение и понял, насколько оно актуально именно сейчас, на исходе войны. Он взялся за работу над мелодией, заранее имея в виду, что петь песню будет Клавдия Ивановна Шульженко, непревзойдённый мастер искренне-доверительной манеры исполнения. Клавдия Ивановна рассказывала, как при встрече с ней композитор был явно чем-то озабочен. Он говорил ей:
«Война идёт к концу, и сегодня нужно петь не только о разлуках, продиктованных войною, не только об ожидании встречи, но и о радостях предстоящих свиданий. Ждать осталось недолго - надо укреплять в людях надежду на встречу с любимыми, хоть и не каждому доведётся эту радость пережить. Уж очень мы стали суровыми, отвыкли улыбаться... А люди - вы заметили? - стали чаще улыбаться - победа не за горами. Улыбаться надо и в музыке!
В тот вечер он показал мне стихи Михаила Исаковского:
Стихи очень понравились, и я согласилась, что они могут стать весёлой и лукавой песней.
С волнением ожидала я новую песню Соловьёва-Седого. Через несколько дней он принёс не одну, а сразу две. Первая из них - «Не тревожь» - оказалась несколько необычной. Композитор написал её в стиле русского бытового романса, использовав ритм медленного вальса. Благодаря этому на первый план вышел лирический пласт стихотворения, музыка как бы подчеркнула сдержанную страстность героини, её надежду на встречу с любимым, на тот вечер, когда она скажет ему, «что самою судьбой предназначено». Юмор, ирония по отношению к тому, другому, которому не надо тревожиться, писать записки и раздаривать свои фотографии, в песне были ослаблены, ушли в подтекст. В этом и была сложность задачи, вставшей передо мной, - соединить серьёзный разговор о любви с шуткой, насмешливой улыбкой.
При решении этой песни исходила из одного — характера героини, такого, каким он мне представлялся, - натуры сильной, цельной, умеющей любить и ждать любимого, отвергающей с лёгкой иронией любые знаки внимания нелюбимого. Мне кажется, такой приняли мою героиню и слушатели: они с затаённым дыханием внимали её признанию и одобряюще улыбались».
Через несколько дней песня «Не тревожь ты себя» была записана на пластинку и с тех пор стала известной и любимой во всей стране.
В ДОРОГУ
муз. Я. Вейводы, сл. неизв. автора
Радостное предчувствие скорого возвращения домой нашло своё отражение и в самодеятельной песне безвестного автора, сочинившего собственный текст к мелодии знаменитой польке чешского композитора Яромира Вейводы «Škoda Łasky» (другие названия: за границей - «Rosa-munde», «Böhmische Polka», «Beer Barrel Polka», «Barril de Chopp», «Ut i naturen», в СССР - «Первый снег» и «Фокстротная полька»).
Здесь мы не приводим историю создания этого произведения, она подробно описана в книге А.И. Железного «Наш друг грампластинка»[2]. В данном случае нас интересует лишь самодеятельная солдатская песня, написанная на его мелодию.
Начав свою взрослую жизнь с жесточайшей в истории человечества войны, безусые юноши превратились в зрелых мужчин, познавших за эти четыре года столько испытаний, сколько в мирное время иным не могло выпасть и за целую долгую жизнь. Не познали они лишь нормальной, мирной и свободной жизни, ласк любимых, почти забыли животворное тепло родного домашнего очага.
И вот война заканчивается, враг разбит и вот-вот капитулирует, а значит, скоро можно будет разъехаться по домам. Впереди долгожданная мирная жизнь без строгой воинской дисциплины, когда можно будет, наконец, носить «гражданскую» одежду, знакомиться с девушками. Все эти чувства бойца очень точно выражены в самодеятельной песне «В дорогу».
По-видимому, нам не удалось полностью восстановить весь текст этой военной шуточной песенки. Знаем лишь, что был, по меньшей мере, ещё один куплет, которая начинался так: «Мне пишет милая письмо опять, что надоело ей так долго ждать...». Поэтому даём песню в том объёме, который знаем.
2
Киев, 1989.