Впрочем!..
Мы с Эрой переглянулись, ведь мы научились понимать друг друга без слов. Птица могла полететь… только к берегу! К желанному для всех нас берегу…
Однако было странно, что суша лежала в противоположной Городу Солнца стороне. Об этом говорило само солнце в небе!
И все-таки птица полетела несомненно к суше!
Я тотчас отправился к Гиго Ганту.
Там уже был Тиу Хаунак, он, как и мы, заметил направление полета птицы.
— Надо поднимать паруса! — обрадовалась Ива, узнав новость.
— Еще больше удаляться от Города Солнца? — нахмурился Гиго Гант.
— Тиу Хаунак подсчитал, — сказал наш земной друг, — что время, какое может продержаться в полете попугай, не так велико. Берег, который он почуял, а может быть, и увидел сверху, где-то совсем близко.
— Земля на горизонте!
Сколько раз этот крик моряков будет звучать надеждой на спасение в грядущей истории человечества!
Полоску суши увидел с мачты Чичкалан.
— Пьяная Блоха заслужил свою чарку пульке! — радостно кричал он оттуда, отплясывая на перекладине «танец пульке» и неведомо как сохраняя равновесие.
Мы не ошиблись. Попугай гаукамайя, наш крылатый разведчик, верно вел нас за собой. Скоро полоска на горизонте стала различимой уже и с палубы.
Трудно передать всеобщее ликование на корабле.
Даже Нот Кри поднялся на палубу. Но, мрачно взглянув на спасительную полоску, пожал плечами и спустился снова в трюм.
По мере приближения к желанному берегу все большее недоумение овладевало нами. Всюду виднелись только голые угрюмые скалы без единого дерева на них.
Неужели штормовые бури вырвали все с корнем? Но тогда остались бы лежать поваленные стволы.
С большими предосторожностями корабль подошел к голым скалам. Спустили лодку. Мы с Эрой и Тиу Хаунаком и несколькими инками на веслах отправились исследовать землю. Может быть, это был вулканический остров, поднявшийся с морского дна?
Предположение это как будто подтвердилось, когда мы обнаружили на шершавых илистых утесах не успевшие еще засохнуть водоросли.
Бесплодный берег не сулил спасения.
С этим горьким известием мы вернулись на корабль.
Первое, что мы увидели там, была Има Хаунак с ребенком на руках и… попугаем на плече.
Гаукамайя сам вернулся к людям. Он не нашел свободы на мертвом острове.
— Это не остров, — сказал Гиго Гант, тяжело дыша.
Тяжело дышал не только он, вышедший нам навстречу, но почти все инки, за исключением тех, кто спустился в Город Солнца с высоких гор.
Как вестник бедствия появился на палубе Нот Кри и объявил сдавленным голосом, что ему удалось установить с помощью хитрого опыта, что мы находимся сейчас на высоте по меньшей мере пяти тысяч шагов над уровнем прежнего моря. Известие это ошеломило нас, но помогло сделать верные выводы о происшедшем.
Еще на Маре я, как уже признавался вначале, грешил различными гипотезами, восстанавливая против себя уважаемых знатоков знания. Эта склонность помогла мне теперь.
— Море не могло целиком подняться на такую высоту, — решил я. — Очевидно, лишь часть его стала заоблачной. Должно быть, материк, где все мы жили, под воздействием проснувшихся из-за приближения Луны внутриземных сил выпучился. Но такое поднятие земной коры в одном месте непременно должно быть связано с опусканием другой ее части.
— Что хочет сказать мудрый Кон-Тики? — спросил Тиу Хаунак.
— Если бы это поддавалось расчету, Тиу Хаунак мог бы проведенными в уме подсчетами доказать, что соседний материк, лежащий к заходу Солнца, на котором жили белые бородачи, опустился в морскую пучину.
— И на нем погибли единственные зачатки разума, проявившиеся у потомков фаэтообразных зверей, населивших Землю, — объявил появившийся в двери кабины управления Нот Кри, слышавший мои слова.
— Решить это можно, лишь поднявшись снова в космос и наблюдая земной шар со стороны. Мы могли бы сравнить очертания знакомых материков с теми, которые увидели бы теперь, — логично заключил Гиго Гант.
— Гиго, мой Гиго укажет выход, — сказала Ива.
— Выход прост, — продолжал Гиго Гант. — Если мы находимся в море, поднятом за облака, то перед нами не мертвый остров, а новая часть поднявшегося мертвого материка. Чтобы найти леса и плодородные края, нужно вернуться к Городу Солнца.
— Как? Снова плыть через море? — ужаснулась Эра.
— Гиго Гант прав, — согласился я со своим другом. — Перед нами находится та преграда, которая, поднявшись со дна, заперла заоблачное море, сделав его озером.
Гиго Гант уверенно вел под парусами наш корабль.
Озеро Тики-кака (инки сохранили за ним название былого залива) оказалось не столь уж большим. Попугай мог бы перелететь его в поисках свободы. Но он уже не хотел улетать от Имы.
Наконец мы достигли руин Города Солнца — Каласасавы.[10] Здесь сохранился мол, защищавший гавань от океанских вод. К нему и направился наш корабль, чтобы ошвартоваться.
К нашему изумлению и радости, набережная и мол были полны людей, вышедших нас встречать.
Мудрый вождь Хигучак, правивший инками в самую тяжкую для них пору, потеряв часть людей и вместе с ними старого вождя Акульего Зуба, сумел сохранить племя и привести его обратно в город после окончания землетрясения.
Гордая и сдержанная Има молча припала к груди седого отца, который с нежностью взял от нее своего внука.
Потом мы осматривали залитые застывшей лавой улицы с выступавшими прямо из новых скал руинами домов.
Самым удивительным оказалось, что Ворота Солнца уцелели. Ничего, кроме возникшей от первого толчка трещины, не выдавало перенесенных ими катаклизмов.
Тиу Хаунак, скрестив руки на груди, любовался ими.
Мы с Эрой подошли к нему и увидели Иву, бежавшую со стороны Города Солнца, словно на марианском состязании в беге без дыхания.
Еще издали она крикнула:
— Мама! — и, добежав, упала без чувств.
Когда нам удалось привести ее в себя, она прошептала:
— Электромагнитная связь… Мама на корабле «Поиск-2».
— Где, где она?
— Опустилась далеко… на другом материке… в стране великолепных храмов…
— Почему же они не летят сюда?
— У них ни топлива… ни пилота…
— А Кир Яркий?
— Излучение распада вещества… Он нашел на Луне заряды фаэтов… И еще топливо звездолета гигантов… Все это ему удалось взорвать. Потому Луна и не упала на Землю…
— Почему они не сели на наш материк?
— Все на земном шаре изменилось… Соседний с нами материк утонул… Они опустились на другой материк… Кир Яркий ошибся… Его уже больше нет… Излучение…
— Бедный Кир Яркий! — прошептала Эра.
— Мы должны лететь к ним на выручку, — решил я.
Тиу Хаунак вопросительно смотрел на меня, не понимая языка мариан. Я объяснил ему все.
— Мы вернемся, — пообещал я.
— А мы с Гиго останемся, — твердо объявила Ива. — Ты, Инко, привезешь маму сюда, к нам… на нашем «Поиске».
В тот же день Чичкалан отправился в горы проверить состояние нашего корабля.
Вернулся он веселый.
— Пусть Пьяная Блоха никогда не попробует больше пульке, если он не видел замечательного зрелища!
— Чичкалан видел корабль? — хором спросили мы его.
Он замотал головой:
— Нет! Небесная Чаша превратилась в огнедышащую яму. Из нее поднимается огонь и дым, разъедающий глаза. Через край выливается Огненная река.
— Отчего же так весел Чичкалан?
— Пьяная Блоха знает, что стоит Кетсалькоатлю только приказать Огненной реке вернуться обратно, как он приказал сделать это морю, и Небесная Чаша всплывет невредимой из дымящейся ямы.
Чичкалан заслужил свою пульке, наслаждаясь ею в стороне, а мы, сыны Солнца, беспомощно глядели друг на друга.
Только Тиу Хаунак понимал наше бессилие.
Глава седьмая
МЫ ВЕРНЕМСЯ!
Инки восстанавливали Город Солнца.
10
Современное высокогорное озеро Титикака расположено в Андах, на границе Перу и Боливии на высоте четырех тысяч метров над уровнем моря. На берегах его находятся морские раковины и окаменевшие морские водоросли. Близ развалин Каласасавы удивляют остатки портовых сооружении морского типа.