Девушка, притихшая, счастливая, не сводила с Андрея глаз.
Уходя на свою половину, Кими-тян почему-то прочла Андрею перевод японских стихов Ки-но Тосисады:
Андрей смутился, Кими-тян — тоже. Она убежала. Больше Андрей ее не видел. Она уехала.
Взволнованный, он никак не мог уснуть. Он до самого утра бродил по берегу озера и из озорства долго не отзывался на крики обеспокоенного старика японца.
Этой ночью по небу промчался метеор. На миг горы вынырнули из тьмы, небо вспыхнуло, озеро засияло… Метеора уже не было, а его сверкающий свет постепенно таял в небе… потом и он исчез…
Андрей подумал, что вот так же метеорами проходили через его жизнь люди… Теперь — О’Кими, раньше Сурен, Денис. Аня…
Весь следующий день Андрей составлял планы своего возвращения. На тысячи ладов он представлял себе картины первой встречи с братом… быть может, с Аней… Он хмурился, плотно сжимал губы.
Андрей ждал Кими-тян, ждал с нетерпением, тревогой и радостью… Ждал и не мог дождаться. Она была нужна ему, как воздух, как солнце, как сама жизнь…
Может быть, это было больше, чем просто благодарность?..
Старик японец, видя его состояние и слыша непрестанные вопросы о том, когда вернется госпожа, довольно ухмылялся и всячески расписывал свою изумительную, нежную, умную и добрую хозяйку.
Автомобиль не мог подъехать к самому домику. Ему приходилось останавливаться на дороге значительно ниже; оттуда Кими-тян должна была прийти пешком.
Андрей несколько раз ходил встречать ее. Он сидел в густом кустарнике под палящим солнцем и уносился мечтами к Северному полюсу…
Наконец он увидел О’Кими. Сердце у него заколотилось.
Девушка торопливо шла по дорожке; лицо ее было озабоченно. Шофер тащил чемодан.
Андрея удивило выражение лица Кими-тян. Но, лишь он вышел навстречу, Кими-тян сразу стала другой. Она улыбнулась, подбежала к нему и протянула пачку газет.
Он сел тут же на камень и стал жадно читать, а она стояла над ним и не спускала глаз с низко склоненной поседевшей головы…
Вечером они долго бродили по берегу озера. Руки их часто соприкасались, а один раз пальцы О’Кими остались в большой и жаркой ладони Андрея. Этот жар от пальцев передавался всему телу девушки. Едва сдерживая дрожь, она слушала Андрея, строившего планы возвращения…
Расстались они при лунном свете, превращающем озеро в призрачную долину, устланную серебряным копром из шевелящихся чешуек.
Утром, открыв дверь своей половины, Андрей был страшно удивлен, увидев сидящую на ступеньках О’Кими. В руках она держала револьвер. Смущенная девушка вскочила и пролепетала что-то бессвязное относительно дурных снов.
Как ни умела владеть собой О’Кими, Андрей все же заметил, что в течение всего утра девушка была особенно взволнованна. Она часто смотрела на часы, неожиданно вздрагивала, оглядывалась по сторонам, не давала Андрею далеко удаляться от домика.
В половине двенадцатого, заставив Андрея поесть в неурочный час, она предложила пойти на ближайшую вершину. Андрей не мог ни в чем отказать О’Кими — ведь она пробудила его к жизни. И она уже много значила для него…
При подъеме Кими-тян очень торопила уставшего Андрея и все время оглядывалась по сторонам.
— Вот здесь мы отдохнем, — сказала она наконец.
Они сели.
— Теперь мы простимся, Андрей, — вдруг сказала О’Кими, назвав Корнева по-русски.
— Почему простимся?
— Я все объясню вам. В Японии у вас не только друзья. Когда я была в городе, то узнала, что Муцикава выследил вас. Извещенный о вашем исчезновении из Сиэтля, он, вероятно, испугался разоблачений и решил убрать вас. — Девушка прижалась к плечу Андрея. — Весь этот район окружен наемными людьми Муцикавы. Они хотят затравить вас, как зверя, но это им не удастся!
— Я сейчас же отправлюсь в советское консульство.
— Это невозможно: вас убьют. Надо бежать тайно. Смотрите, смотрите, Андрей! Вы видите эту темную фигуру на скале? Это друг, человек из нашего Союза молодежи. Идите, идите к нему! Друзья помогут вам выбраться отсюда и посадят сегодня же на пароход.
— Мне… идти… уже? — растерянно сказал Андрей, нерешительно поднимаясь.
Сунув в карман револьвер, который подала ему девушка, Андрей повернулся к Кими-тян. Всем существом потянулась она к нему. Он взял ее за плечи.
— Прощай, О’Кими, сайонара! — сказал он по-японски.
— Вы не забудете меня так же, как в первый раз? — подняла голову Кими-тян.
— Как в первый раз? — удивился Андрей.
— Там… в Америке…
— В Америке? Так это были вы?
— Идите, идите, — легко толкнула Андрея О’Кими.
— Прощай, О’Кими! Прощай, мой метеор!.. — задумчиво произнес он, быстро притянул ее к себе, поцеловал и почувствовал, что слезы застилают ему глаза.
Резко повернувшись, он зашагал к черному утесу.
Кими-тян стояла, боясь шелохнуться. Она все еще ощущала его подле себя, еще слышала его голос: «Сайонара, сайонара, прощай, прощай!..»
Наконец ветви заслонили его худощавую фигуру. Тогда Кими-тян опустилась на землю и заплакала. Она плакала долго и громко, как плачут дети. Но это были слезы женщины.
Вдруг она спохватилась. Ведь она может еще раз увидеть его силуэт! Кими-тян побежала по тропинке, отошла от нее в сторону, забралась на камень — и ужаснулась: из-под самых ее ног в пропасть уходил скалистый обрыв.
Это было так неожиданно, что Кими-тян в первое мгновение зажмурилась. А когда она открыла глаза, то увидела фигуру Андрея. Он поднимался на черный утес. Еще немного — и он будет на скале.
Наконец-то! На черном утесе уже стояли две фигуры…
— Так вот где застал я вас, О’Кими!
Кими-тян непринужденно улыбнулась.
— Ах, это вы, Муцикава? — скучающим тоном сказала она.
— Да, это я, извините. Не ждали?
— Напротив, я уже беспокоилась за вас, — язвительно произнесла О’Кими. Она стала против Муцикавы так, чтобы, глядя на нее, он не видел черного утеса с двумя почему-то не уходящими фигурами.
— Где ваш спутник? Говорите живее! — еле сдерживая себя, процедил Муцикава. — Он представляет собой, извините, величайшую опасность для спокойствия ряда стран.
— Для вашего спокойствия, Муцикава-сан… Вы хотели бы, чтобы господин Корнев был так же молчалив, как и тот, другой ваш спутник, задушенный вами неоэфиром?
— А я вижу, вы успели вдоволь наговориться с моим названым братом!
— Да, которого вы подло предали и оклеветали. Но вам теперь не избежать разоблачения!
Муцикава сгорбился и сделал шаг по направлению к О’Кими. Девушка невольно отступила.
— Где русский?
— Его нет, он уже далеко.
Муцикава сделал еще шаг к О’Кими. Она опять отступила. Черный утес был за спиной Кими-тян, но она знала, что на нем теперь никого нет.
— Где Корнев? — закричал Муцикава.
— Он ушел, ушел строить Арктический мост, — улыбнулась О’Кими, глядя поверх головы Муцикавы.
— Ушел? Ты помогла ему бежать! — медленно произнес японец, нагнув голову.
— Да, помогла! И счастлива, потому что люблю его. А вас ненавижу!
Муцикава на мгновение поднял лицо и взглянул на О’Кими. Она широко открыла глаза и отшатнулась. Тогда Муцикава протянул руку и шагнул к девушке. Она тихо вскрикнула…
![Арктический мост (с илл.) i_050.png](https://litlife.club/books/172390/read/images/i_050.png)
Часть шестая
ДВЕ ТЫСЯЧИ КИЛОМЕТРОВ В ЧАС
![Арктический мост (с илл.) i_051.png](https://litlife.club/books/172390/read/images/i_051.png)
Глава первая
ЗАГАДОЧНЫЙ ЯЩИК
В последние годы тесно стало в этом недавно еще не существовавшем порту. Корабли вынуждены были отшвартовываться у железных эстакад, срочно построенных перпендикулярно набережной. Катера и буксиры едва не сталкивались в просторной когда-то бухте. Грохотали краны, закрывая небо своими переплетами, ажурными мостами, высокими башнями… В воде плавали радужные масляные пятна, доски от ящиков, щепки… Через перегруженный порт, будто через узкую горловину бутылки, с трудом пробивался бурный, клокочущий, растущий с каждым месяцем поток разнообразных грузов, идущих со всех концов земного шара.