Внезапно появился свет. Пришлось сощурить глаза. Солнце, небо, снег — все сверкало.
Поворот — и железная дорога вышла к речке.
С насыпи были видны ледяные наплывы, еще не занесенные снегом. Вода, которой не было прохода по дну, поднималась по трещинам и разливалась поверх льда, тут же замерзая.
Степан сказал, что это — наледи.
Со льда на берег взбежал офицер в полушубке, молодой, сероглазый, и взял под козырек:
— Саперы тридцать девятого запасного саперного батальона производят подрывные работы! — отрапортовал он главному механику.
Это была помощь, которую оказывала армия заводу.
Степан поздоровался с офицером за руку.
Андрюша спустился на лед к причудливому натеку, который напоминал школьную карту морского берега с заливами и бухтами.
Ему сразу пришло в голову, что он — морской путешественник, открывший новые земли. И он стал давать названия заливам и бухтам. Ледяная корка была тонкой и сразу затрещала у него под ногами. Степан строго закричал на него. Пришлось вернуться.
Пошли осматривать место взрывов.
Во льду зияли огромные воронки с конусообразными ребристыми краями. Битый лед сверкал гранями, местами вспыхивали крохотные радуги. Хрустели льдинки.
Андрюша заглянул в одну воронку и увидел песок. Это было дно.
Раздался свисток.
— Сейчас будут взрывать, товарищ главный механик, — сказал молодой офицер. — Пройдемте в укрытие.
Степан взял Андрюшу за руку и направился следом за офицером к береговой скале. Лицо его было спокойно, но Андрюша чувствовал, как нервно сжимается его рука.
Скала закрыла место взрыва.
Андрюша не отпускал руки Степана, напряженно глядя на верхушку скалы. Ему хотелось заткнуть пальцами уши, но он стеснялся это сделать. И вдруг в небо совершенно беззвучно взвился огненный столб с черным облаком вверху. Только потом грянул взрыв.
![Арктический мост (с илл.) i_004.png](https://litlife.club/books/172390/read/images/i_004.png)
Андрюша даже присел, потянув за собой Степана. Сверху сыпались осколки льда.
Пошли смотреть воронку.
Ожидаемых результатов новый взрыв не дал.
Степан кусал губы. Стало ясно, что взорвать лед перемерзшей реки не удастся.
Не останавливая взрывных работ, Степан вместе с Андрюшей поехал на завод.
Дрезина довезла их до вокзала. Дальше Степан решил идти пешком через пруд.
Он шел в глубоком раздумье по протоптанной в снегу тропинке. Андрюша, боясь помешать брату, плелся поодаль. На пруду было ветрено, и мороз хватал Андрюшу то за нос, то за щеки.
Недалеко от плотины на льду толпились рабочие. Андрюша узнал среди них Денисюка.
Степан подошел к ним.
Андрюшу поразило, что лед был двух уровней. Огромная трещина расколола пруд, и береговая часть ледяного покрова оказалась выше остальной, осевшей вместе с понижающейся водой.
Когда рабочие расступились, Андрюша заметил под образовавшимся ледяным сводом трубу. Прежде она проходила в глубине пруда и по ней текла вода на завод. Теперь осевший лед оказался ниже и она была суха.
Рабочие скалывали лед над трубой, чтобы он не повредил ее.
Степан остановился и, наклонив крепкую шею, о чем-то задумался. Андрею казалось, что брат что-то изобретает, и он задерживал дыхание, словно мог этим помочь ему…
— Знаешь, Андрюша, — сказал Степан, — кажется, я нашел…
Сердце у Андрюши застучало.
— Что нашел? — почти беззвучно спросил он.
— Нашел, как спасти завод. Видишь ли, я вспомнил, что у нас на силовой станции бездействует огромный насос…
— Подожди, — прервал взволнованный Андрюша, — не говори! Я сам…
— Что сам? — удивился Степан.
— Я должен сам придумать, что ты придумал, — сдавленным голосом проговорил Андрюша.
Тот на миг только взглянул на брата. Может быть, Степан в этот момент и увидел бы в характере брата нечто новое, но он был слишком поглощен заботой о заводе, пришедшей ему в голову спасительной идеей. К тому же он увидел, что по льду пруда впереди нескольких человек шагал низенький военный в высокой генеральской папахе.
Андрюша напряженно смотрел вслед брату, направившемуся к директору завода.
Маленький генерал внимательно выслушал Степана.
— Поставить сюда насос из силовой? — переспросил он.
— Да, товарищ генерал! Воды в пруду достаточно. Насос будет выкачивать ее и гнать на завод по этой трубе. — Корнев показал на зияющее надо льдом отверстие трубы.
— Какой вам нужен срок?
— Дня два — три, — ответил главный механик.
— Слушайте, вы, главный механик, — повысил голос директор, — неужели мне нужно разъяснять вам, что значит простой металлургического завода в наши дни? О таком длительном сроке не может быть и речи. Считайте себя на фронте…
— В любую минуту готов туда пойти! — вспыхнул Степан.
Генерал пристально посмотрел на него:
— Будете там, где нужнее… Срок: два дня!
— Но… — попытался возразить Степан.
— У меня доменные печи стоят! — почти закричал директор и сразу понизил голос почти до шепота. — А если козел? Вы понимаете? Каждый час к прямому проводу требует Москва!..
— Есть, в два дня, — сказал Степан.
На льду началась неистовая работа. Заколачивали в дно пруда сваи, подвозили бревна.
Плотники делали сруб, электрики тянули с завода линию электропередачи. Денисюк возглавлял доставку знаменитого насоса, который стоял, как уже знал Андрюша, в подвальном помещении силовой станции.
Андрюша боялся пропустить момент, когда привезут насос, но уже наступила ночь, а его все не везли.
Степан, увидев Андрюшу в такой поздний час на пруду, прогнал его домой спать, но тот не послушался. Сначала он спрятался за бревнами, а потом, улучив момент, залез в трубу, в ту самую, по которой текла прежде вода на завод и которая теперь была суха.
Чтобы не быть замеченным, Андрюша заполз в трубу подальше. Она была большая, почти как тот туннель, по которому они недавно ехали. Можно было свободно сидеть. Через светлое устье Андрюша видел копошащихся на льду людей, а его в темноте трубы заметить было нельзя.
До Андрюши доносились голоса рабочих, очевидно сделавших перекур. Говорили, как и Степан в поезде, об американцах, которые никак не открывают второй фронт, а вместо этого шлют нам свиную тушенку.
Утомленный впечатлениями дня, волнениями за Степана, Андрюша свернулся клубочком и незаметно заснул в своем убежище.
Во сне труба казалась ему туннелем, снаружи вокруг нее была вода, а сверху — лед пруда… и почему-то по трубе американцы что-то посылали…
Разбудил его грохот, гулко отдававшийся в металлических стенках. Андрюша проворно выполз на лед.
Тарахтел огромный трактор.
Место работ было ярко освещено электрическими фонарями. Электрики успели дать свет.
По пруду на огромных, сколоченных из бревен санях везли гигантский насос: округлую громаду металла с зияющими отверстиями для присоединения патрубков.
Андрюша побежал к трактору. Рядом с санями шел Денисюк и кричал на трактор, как на лошадь:
— Гей, гей! Не хромай, налегай! Спать не будемо!
Один из инженеров докладывал Степану:
— Нужны чугунные патрубки. Из готовых не подберешь, по размеру не подходят… Придется отливать новые, обрабатывать… Это займет несколько дней.
— Слушайте, вы, инженер, — жестко сказал Степан: — считайте, что мы на фронте. Если бы мы с вами сорвали наступление, нас бы расстреляли…
— Да, но… — опешил инженер.
— Возьмем готовые патрубки. Чтобы подошли к насосу, поставим свинцовые прокладки. Подгоним по месту.
— Свинцовые? — поразился инженер. Конечно, будет скорее, но…
— Выполняйте, — распорядился Степан.
Прошло два дня. На льду пруда выросла деревянная будка. В Андрюшину трубу уже нельзя было залезть: к ней через патрубок был присоединен огромный насос, скрытый в будке. Там же, на одной с ним оси, стоял мощный электромотор. Однако воды все еще не было. Насос никак не хотел засасывать воду. Очевидно, как предположил Степан, в приемный трубопровод, опущенный в пруд, попадал воздух.