Громов стал медленно прохаживаться вдоль массивного стола, изготовленного из искусственного черного дерева и занимавшего почти весь простенок между громадными хрустально-прозрачными окнами, сквозь которые могучим потоком лился солнечный свет. Отсюда, с высоты двенадцатого этажа, было видно, как колышутся на утреннем ветру пушистые ветви серебристых южноафриканских лейкодендронов2 , ровными аллеями окаймлявших площадь Совета; как уходят к солнечному горизонту широкие стрелы проспектов - Тополиного и Серебряных Рос, вдоль которых, среди густой зелени громадных деревьев, волнами космического прибоя вздымались белоснежные дома, пылавшие арками окон и застекленных галерей, протянувшихся на невероятной высоте.
- Человечество никогда не перестанет существовать, Сид, - Громов посмотрел на меня, - потому что оно устремлено в космос, а значит в будущее. Я знаю, что один из очень важных психологических устоев творческой жизни - сознание бесконечности пространства с его непостижимыми границами и неисчислимыми, еще не открытыми человеком, мирами. Бездонные пучины космоса существуют даже вне знания Земли и в самых неожиданных комбинациях законов материального мира. Но я уверен, что когда-нибудь мы достигнем и их и переделаем существующие там миры по-своему, не затронув сути, но сделав их лучше, такими, как наша Земля...
Я внимательно слушал Громова, стараясь понять, почему вдруг он заговорил об этом. Проблема была слишком грандиозной, чтобы обсуждать ее нам, по сути, не специалистам в этой области. Неужели дают о себе знать прожитые годы? Ведь Громову должно быть не меньше ста шестидесяти лет, хотя после "восстановления" выглядел он не больше, чем на пятьдесят. И все же груз прожитого, накопленные знания невозможно стереть никакими усилиями хирурга или биохимика. Но подобная слабость была никак не свойственна Громову.
- Трудовое Братство, Сид, - тем временем продолжал он, - вкладывает огромные средства в программу освоения новых миров, не жалея ни труда, ни усилий на этом пути. В добровольцах, желающих осваивать новые планеты, недостатка нет. Совет Экономики буквально завален просьбами и коллективными заявками. Люди целыми семьями хотят переселиться на необжитые планеты! Но наши возможности в массовой заброске колонистов пока ограничены плохо изученными свойствами материи на границе нуль-пространства, таящего в себе огромную опасность для всего живого. На новые миры отправляются пока что небольшие исследовательские экспедиции, состоящие в основном из ученых и звездолетчиков экипажей космических кораблей. Они изучают ближайшие к нам окрестности Вселенной, отыскивая планеты, более-менее подходящие для жизни человека. Такие исследования сопряжены с большим риском и очень трудоемкие. Поэтому Совет Экономики разработал детальную программу освоения уже открытых планет земного типа. Для этой цели специально отбираются группы специалистов в определенных областях науки, из которых формируются исследовательские партии и отправляются на новые миры для их освоения и обживания. И только потом, постепенно, эти колонии будут пополняться за счет вновь прибывающих переселенцев...
Громов немного помолчал, словно желая дать мне время проникнуться важностью сказанного им. Затем заговорил снова:
- Пожалуй, единственной планетой, которой сейчас придается особое значение, является Терра... Да ты и сам об этом знаешь. Терра и находится ближе других изученных планет, и освоена лучше. К тому же, условия жизни на Терре почти идентичны земным, несмотря на то, что она представляет собой всего лишь спутник планеты-гиганта. Это действительно уникальный случай: островок земной жизни за миллиарды километров от нас, в пучинах холода и мертвой материи, случайно открытый исследователями, скитавшимися среди звезд.
Громов снова замолчал, подходя к окну. Передвинув крохотный рычажок в стене, он опустил оптические шторы, и стекла окон заволокло полупрозрачным сиреневым туманом, сквозь который солнечный свет казался перламутровым зыбким сиянием, заполнявшим кабинет наподобие таинственной вязкой жидкости.
- Человечество, Сид, извечно стремилось отыскать в глубинах Вселенной мир, похожий на наш, чтобы не чувствовать себя такими одинокими и беспомощными среди бесконечного множества звезд, галактик, облаков пыли и газа, несущих первородную враждебность ко всему живому. Вот почему так велика была наша радость, когда нам посчастливилось, наконец, найти такой мир совсем близко от нас. Мы устремились в этот мир, окрыленные мечтой сотворить там новый дом для себя, для своих детей и внуков. На Терре уже строятся первые города, которые совсем скоро примут тысячи колонистов, пожелавших поселиться там. На Южном материке, у побережья моря, разрослось множество научных поселков и станций, объединенных в единую научную Базу и являющихся, по сути, самостоятельным большим городом.
Но здесь, на Терре, как и на некоторых других планетах, мы неожиданно столкнулись с проблемой биологической защиты, на первый взгляд, кажущейся прозаичной. Обилие животной и растительной жизни, рожденной чужеродным миром, несет в себе определенную опасность для человека. Сейчас я не говорю об опасности заражения неизвестными доселе вирусами. Сам понимаешь, без соответствующей профилактической подготовки и долгих кропотливых исследований всех возможных бактерий и микроорганизмов никто не станет поселяться на новых мирах. Но такие планеты, как Терра, заселены неизвестными, порой очень опасными, хищниками, как животного, так и растительного происхождения, угрожающими жизни людей. Поэтому, помимо исследовательской работы, люди там вынуждены вести элементарную борьбу за выживание. Разумеется, такое не допустимо.
Трудовое Братство сейчас создает специальные биологические службы, в основе своей состоящие из истребительных отрядов, в задачи которых входит охрана колонистов от хищников любого вида, а также более тщательное изучение растительного и животного мира новых планет, создание заповедников и лесопарковых зон вокруг будущих городов...
Громов приостановился, сел в кресло напротив меня; положил сцепленные пальцы на крышку стола и задумчиво посмотрел мне в глаза. Я понял, что он подошел к главному, ради чего затеял весь этот разговор. В уголках его плотно сжатых губ собрались тонкие морщинки.
- Понимаешь, Сид, сейчас, в сложившейся ситуации, биологическая защита Терры нуждается в опытном, знающем эту специфику начальнике...
Я, кажется, начал понимать, куда он клонит.
- Эта работа, - продолжал Громов, - требует определенных навыков, присущих нам с тобой. Ты понимаешь, о чем я? Терра - не Земля. Шальной воздух свободы может вскружить голову некоторым, скажем так, не очень принципиальным добровольцам. Не секрет, что, несмотря на огромную работу, проделываемую ПОТИ3 по очистке наследственности человечества, несмотря на все усилия тысяч и тысяч воспитателей, растящих наших детей, иногда еще встречаются отдельные рецидивы и появляются люди, лишенные принципов и морали, способные нести огромную угрозу для остальных членов общества. А теперь представь, что если такой "индивид" попадет на просторы необжитой планеты, где контроль общества ослаблен? Сколько неисчислимых бед он может принести там?..
За шесть веков, прошедших после Мирового Воссоединения, мы добились значительных успехов в воспитании нового человека новой Земли. Столько трудов и невероятных усилий потрачено обществом на этом пути! Мы создали продуманную, высокодуховную систему воспитания подрастающего поколения, задействовав в ней сотни тысяч самых замечательных людей; мы избавили наследственность каждого от пагубных влияний прежних веков неустроенной жизни, въевшихся в нее, словно ржавчина. Но, тем не менее, до конца этот путь пока еще не пройден. Еще не отпала необходимость и в нас с тобой, работниках Охранных Систем. Идет борьба, Сид, грандиозная борьба за нового человека, требующая от каждого чуткости, внимания и напряжения всех душевных сил.
Вот почему в новых колониях Трудового Братства на должности начальников Биологических защит выдвигаются сейчас люди из ОСО. Им предоставляются особые полномочия, и именно на них возлагается контроль над людьми. Да, да, именно контроль! Но в это понятие надо вкладывать не грубое вмешательство в личную жизнь колонистов, а тонкую психологическую работу, постоянное общение с людьми и, если хочешь, некоторый воспитательный момент. Поэтому Совет Экономики обратился за помощью к нам, к Совету ОСО. Бехайлу Менгеша вызвал меня, ну и... - Громов снова замолчал, явно не решаясь сказать то, о чем собирался. Тяжело вздохнул.