И я уверен, что не видно - грим наложен смачно.
А ты считаешь, я кошу под мачо, мню себя мучачо,
Детка, я умоляю - это ровно ничего не значит.
Моя заначена душа слоями трэша, но не артачась
Ты разгребаешь завалы - террорист-захватчик, *ля.
Тебе пох, что кровоточит,
Я чую - нет подвоха,
А мое сердце плачет (как не звучало б ржачно...)
Врачи нарывы криво отчаянно сворачивают,
Мое искусство собачиться наотмашь отхерачивают,
Прокачивают сладкими туманами, всучивают мне, мрачному,
В грудную клетку, с*ки, сердца кусок рваный.
Что ж, забавно...
Нас связывает нечто большее, чем послание библейское.
Прими меня таким, как есть, без всяких интерфэйсов.
Я уличный поэт, ловец эмоций урбана.
С тобою рядом быть готов. Ведь ты мой рай и ад. Безумный...
Моя блондинка в тачке - я пламенем охвачен.
Не стерва склочная, не ведьма, но я одурачен,
Я одурманен, заточен в оковы. Твои клинки заточены,
Давай, ударь, мой светоч, я обесточен полностью, тобою опорочен.
Тебе на ухо: "Touch me", но поворот проскочен,
И в NeverNeverLand нам не попасть - не этой ночью.
Черт! Не в мочь мне -
Ты в голове моей, малышка, сидишь прочно!
Я бит зафигачу - колонки жарят качем,
Зажгу свечи, приходи без картечи.
Кричаще-вопиющая скептично озадачена?
Не поняла, значит.
Что ж, в следующий раз вновь попытаю удачи.
И... не проверяй почту,
Признание порочное
Я не пришлю. Точка.
Нас связывает нечто большее, чем послание библейское.
Прими меня таким, как есть, без всяких интерфэйсов.
Я уличный поэт, ловец эмоций урбана.
С тобою рядом быть готов. Ведь ты мой рай и ад. Безумный..."*
Оливер скомкал бумажку и убрал в карман. В голове уже крутился приличный биток для текста брата, хотелось быстрее ехать в студию и записать, пока мотив не выветрился из сознания. Но вместе с тем его преследовало стойкое чувство вины, в то же время злости из-за совершенных глупостей, приведших к почти летальным последствиям. Жестокие игры, что они затеяли на пару с братом, были, мягко говоря, слишком жестокими.
Его плечи невольно опустились, и он напоминал старца в глубокой задумчивости. По крайней мере, следящим за ним из припаркованной вплотную к зданию школы машины троицы шпионов показалось именно так. Они даже стекла окуляров бинокля протёрли несколько раз, чтобы убедиться, что это "их парень", а не его подставной двойник, но это был именно он, выглядевший взрослым, броским, без дурашливых ямочек на щеках и без самопальных рингтонов на мобильнике.
Он зло пнул черную покрышку, обволакивающую серебристый диск, и сел в предоставленный Тёмой "Икс-Шестой" и вырулил на основную дорогу, в целом, путь не занял много времени: после дождя люди не сновали особо по улицам, предпочитая сидеть в тепле, так что дороги были практически пустынны, а Оливер быстро попал в студию, где его поджидали ушлые фанки-маны и, встретив его дружной засадой, с ходу огрели по затылку колонкой, связали, засунули в рот кляп и похитили, удачно обойдя другую, профессиональную, шпионскую засаду, которая в силу различный обстоятельств то и дело теряла объекты из вида. Даже сейчас, оставшегося последним "из Могикан" Оливера Басса они умудрились упустить, хотя сами этого не знали...
[конец первой части]