Как простой, но серьёзный человек, Уокер предупредил её:
— Пожалуйста, очень тебя прошу, постарайся быть вежливой с ними сегодня вечером, Скви. Нам надо заручиться их помощью, если мы хотим оказаться поближе к дому, чем находится сама Нийю.
Она привела в порядок свои броские аксессуары, взглянула на тощего, чрезвычайно шикарно разодетого ниййюю мужского пола и ответила:
— Мой мир, по чьим ублажающим взор облакам, влажности и уединённости я тоскую всё больше день ото дня, называется К'эрем. — У неё поднялись два усика. — Он лежит на некотором расстоянии за пределами звёздного скопления, то есть, надо надеяться, галактической руки. Мои товарищи и я прибыли на Нийю в надежде на то, что так мы окажемся ближе к К'эрему и их родным мирам. Возможно, существуют факты, которые нам пока неизвестны. Тем временем мы полагаемся на вашу добрую природу и гостеприимство — неотъемлемые черты, которые являются признаком фундаментальной цивилизации.
Ответ занял гораздо больше времени, чем предполагал задавший вопрос. Но, как показалось, вполне удовлетворил его. Другой величественно выглядевший ниййюю, находившийся в зале, был равным образом доволен ответом к'эрему, хотя одного или двоих слегка возмутило то, что она подразумевала, классифицируя их цивилизацию как «фундаментальную».
И всё же, продолжая подготовку оборудования и ингредиентов к работе вместе с нийюанскими ассистентами, Уокер решил, что для Скви такой ответ невероятно дипломатичен. Он немного напрягся, когда услышал, как кто-то из числа собравшихся продолжил после первого вопроса:
— Мне сказали, что вы, по общему мнению, очень сообразительный вид. Сделайте что-нибудь, чтобы произвести на нас впечатление своим умом и учёностью.
Повисла тишина. Джордж проворчал:
— Ах, ох… лучше выберусь отсюда и начну очаровывать местных. — Он поспешил и смешался с толпой нийюанской знати.
Находясь в отдалении, Браук готовился тяжёлым шагом двинуться вперёд и приступить к декламации избранной им на этот вечер сокращённой версии «Героического Повествования Дарак-Дуна Третьего» о том, как он пересёк горную цепь Джакварианак в одиночку и в разгар зимы. Туукали бился над этим произведением несколько последних дней. Но, несмотря на свои усилия, Браук оказался недостаточно быстр, чтобы не дать Скви ответить.
— Конечно. — К'эрему пошевелила усиками. — Я готова порассуждать об относительных различиях в когнитивной способности между вашими видами и моим.
— О господи, — беззвучно воскликнул Уокер. Он готовился проинструктировать Браука, как физически устранить Скви с её места перед собравшимися, когда к'эрему заговорила. По мере того как он её слушал, напряжение ослабело.
— Даже случайному наблюдателю должно быть ясно, что состоящее из трёх частей соединение осей нервных клеток связано с частным вынесением решения. Иерархия логических функций — в любой дискуссии. Вследствие этого мы можем безо всякого риска предположить, что…
Уокеру пришлось предположить, что имплантированный ему транслятор функционирует должным образом. Если это так, то бессвязный ответ Скви точно так же непонятен и слушающим нийюанцам.
Украдкой взглянув на собравшихся, он, несмотря на то что был незнаком с местными способами выражения эмоций, пришёл к заключению, что его предположение верно. Поставленные в тупик ответом к'эрему, ниййюю быстро вернулись к более привычным занятиям, таким как болтовня и снятие проб с гастрономических изысков, которые ранее были сотворены подручными Уокера под его руководством. Пока hors d'oeuvres[9] не имели прямого соответствия в нийюанском лексиконе, представления о том, что небольшие кусочки какой-то еды вкушают перед основной трапезой, по всей видимости, было достаточно.
Скви не успела закончить свой путаный ответ, как почувствовала, что её отодвинул в сторону громадный Браук. Непостижимость сказанного ею затмила несложная для восприятия декламация туукали. Нечто среднее между декламацией и пением. Ещё одна древняя легенда его народа. Какие бы полупрозрачные обидные намёки она ни изрекала, они относились к представлению, устроенному гигантом.
Подведя итог своих малопонятных рассуждений, Скви обратила взоры к всё ещё шокированному Уокеру.
— Это поставит их на место, — довольно проворчала она. — Это — знак их собственных умственных способностей, который, несомненно, в моих устах стал констатацией очевидного. — Удовлетворённая, она выпустила несколько пузырьков из краешка трубочки, которая служила ей ртом.
— Да-а, ты им показала… — уверил её Уокер, воздержавшись от упоминания, что даже с помощью своих трансляторов, по всей вероятности, ни один из ниййюю не разобрал больше одного-двух слов из путаных размышлений к'эрему.
Потом пришло время браться за работу. Время оправдать доверие, оказанное ему Вийв-пим, и укрепить положение, своё и друзей, на этом первом камне, заложенном в дорогу к дому. Пока его нийюанские помощники проворно и быстро перемещались, чтобы точно отрегулировать оборудование, Марк глубоко вдохнул и шагнул навстречу публике. Широко распахнутые, проницательные глаза обратились к нему, как только Браук закончил декламировать последние строки своей занимательной, но бесконечной баллады, взмахнув одновременно всеми своими четырьмя верхними щупальцами. Конечно, размышлял Уокер, доставить удовольствие этим зрителям будет не сложнее, чем тем, более искушённым, которых он развлекал своим искусством на Серематене. Доказательством, как всегда, будет их реакция на результаты его труда.
Занятия кулинарией, решил Марк, были труднее занятий торговлей фьючерсами, но в конечном счёте удовлетворяли гораздо больше.
У него не было повода волноваться. С того момента, как он активировал и взял под свой контроль стабилизаторы и манипуляторы, публика, до сей поры невнимательная и порой откровенно невежливая, следила за каждым его движением с напряжённым вниманием.
А кто бы не следил? Кто бы ожидал, что масса тщательно приготовленных растительных и протеиновых компонентов будет взаимодействовать не благодаря кухонной технике, а словно продвигающаяся вперёд армия: более крупные силы — с тыла, поменьше — рассеявшись в авангарде и по флангам, подобно множеству съедобных разведчиков-скаутов? Кто бы ожидал, что разные нагревающие, поджаривающие и смешивающие приспособления будут сами собираться и выстраиваться не в аккуратную традиционную горизонтальную линию, а вертикально, в форме игрушечной крепости? И с этими кулинарными ингредиентами и составляющими меню, соответственно противостоящими друг другу, Уокер играл, как ребёнок играет с вынутыми из коробки солдатиками.
Лишённые души, но непримиримые овощи взяли штурмом замершие в ожидании ёмкости для приготовления пищи и были поглощены ими. Протеиновые компоненты подскакивали в воздух, чтобы быть захваченными ожидающими их цилиндрами. Реагируя лишь на указания Уокера, упорная провизия оказалась нарубленной, порезанной ломтиками, подрумяненной, мгновенно обжаренной, получив форму завитушек, тушенной на масле, истолчённой в пюре и фламбированной. Поправ все каноны благопристойности, через несколько минут после начала презентации кто-то из зрителей выпалил:
— Это же крепость! Чужестранец разыгрывает перед нами битву при Джалар-аад-биид…
Нарастающий прилив словесного одобрения донёсся до слуха Уокера, когда он силился сосредоточиться на работе. Изначально, растерявшись при мысли, как сделать презентацию своих гастрономических творений по-настоящему увлекательной, он ухватился за идею организовать своё подвижное кухонное оборудование в подобие древней крепости, которая традиционно охраняла северные подступы к Коджн-умму, а потом «атаковать» её ингредиентами, избранными для приготовления вечерней трапезы. По крайней мере, ему не надо было больше переживать, что кому-нибудь из присутствующих будет непонятно, что именно он делает. Благодаря одному восторженному зрителю все теперь понимали, что происходит.
9
Закуска, нечто изысканное и экстраординарное (фр.).