Отгремело, стихло, вышел купец на улицу, а коня и след простыл. Купец тоже обернулся голубем и пустился догонять. Летел, летел, вот-вот догонит.
А первый голубь пролетал мимо царских палат. У того царя была дочка, жила в отдельной комнате, никуда не ходила. Окно у царевны было открыто, и первый голубь влетел в комнату. Царевна обрадовалась и поскорее окно захлопнула. Второй голубь следом за первым — шасть в окно, да ходу нет.
Голубь сидит на столе, отдыхает. Царевна гладит его, радуется.
В обед принесла служанка царевне еду на трех тарелках. Царевна вышла в другую комнату, а голубь обернулся парубком и съел обед. Вернулась царевна, глядит: на тарелках пусто. Разозлилась и вызвала служанку.
— Ты почему мне пустые тарелки принесла?
— Да не может того быть! Разве что кухарка напутала.
Принесла служанка обед во второй раз. А царевна спряталась в соседней комнате, подглядывает в щелку. Не успела служанка выйти, как голубь обернулся парубком и сел за стол. Царевна вбежала, обняла его, целует. Говорит:
— Я твоей женой буду!
— Как же мне тебя брать, если я из бедного рода, а ты — вон кто! Да и не отдадут тебя за меня царь с царицей.
Царевна знай твердит:
— Отдадут!
Тут царица пришла. Царевна ластится к ней:
— Смотрите, мама, какой из того голубя добрый молодец вышел.
Стала просить, чтобы позволила ей мать за парубка выйти. Мать согласилась, только сомневается:
— Может, царь не захочет?
Позвали царя.
— Гляди, — говорит царица, — какого жениха нашла себе дочка. Хочет свадьбу сыграть.
Понравился и царю парубок
Начали к свадьбе готовиться. Царь пошел музыкантов нанимать, да все заняты, только и нашелся один-единственный цыган, который согласился играть на свадьбе. Царь не знает, как быть, пошел за советом к зятю:
— Тот цыган хвастает, будто так умеет играть, как никто и никогда не играл.
Парубок сразу догадался, что это за цыган.
— Знаю я этого музыканта. То правда, что он так заиграет, как вы сроду не слыхали, гости и про еду и про питье забудут.
Пошел царь с цыганом рядиться, а тот говорит:
— Мне за все жених заплатит.
В день свадьбы пришел цыган на царское подворье да как заиграл, так царь, министры и прочие гости про угощенье забыли, только слушают да музыкантом любуются А цыган не один играл, с ним вместе еще сто чертей на разных инструментах наяривали И вправду никто еще такой музыки не слышал.
А парубок шепчет молодой:
— Знаешь, какую он плату за свою музыку спросит?
— А какую?
— Вот это колечко, что я тебе на палец надел. Ты только смотри, не пугайся: как попросит у тебя цыган колечко, сними его с пальца, подай мне. Будешь подавать — оброни, будто невзначай, кольцо на землю. Тут я рассыплюсь маковым зерном, а ты наступи на самую крупную зернину ногой и не сходи с места. Да еще раз говорю, ничего не пугайся, а оробеешь — больше тебе меня не видать.
Подошел цыган и требует плату — колечко с невестиного пальца.
Сняла молодая колечко, подает мужу, да, будто ненароком, и обронила кольцо на пол. Рассыпался тут царский зять маковым зерном. Царевна и наступила ногой на самую крупную зернину.
Цыган выпустил из себя цыплят, стали они мак собирать в кучу. Видит цыган, что дело медленно подвигается, сам обернулся наседкой и — ну крыльями хлопать. Тут жених царевны превратился в орла и заклевал всех цыплят и наседку.
Когда вся нечисть пропала, обернулся орел снова человеком. Стали молодые обниматься да целоваться, наверное, и до сих пор целуются-милуются, если не померли.
![Сказки Верховины i_139.png](https://litlife.club/books/171418/read/images/i_139.png)
![Сказки Верховины i_140.png](https://litlife.club/books/171418/read/images/i_140.png)
За рекой, за лугом да за тыном невысоким жили себе старик и старуха. Никого у них не было — ни детей, ни внуков, ни правнуков. Даже коровенки или козочки какой не имели. У деда был петушок, у бабки — курочка.
Каждый день курочка несла яичко. Бабка продаст яичко — и вот уже есть деньги и на соль, и на мыло, и на керосин. А у деда денег нет: какая ему с петуха корысть. Надоело бабке одалживать деду свое добро, и говорит она:
— Есть у тебя петух, пусть и снесет яичко.
Но не хотел петушок снести яичко. Рассердился дед и прогнал его.
Взлетел петушок на плетень, прокукарекал и побрел, куда глаза глядят. Идет путями-дорогами, селами-городами, ищет себе нового пристанища. Перешел через луг широкий, перелетел речку и оказался в густом темном лесу. Выходит ему навстречу медведь и спрашивает:
— Куда идешь, петушок?
Отвечает ему петушок:
— Прогнал меня дед, иду я к пресветлому царю наниматься.
— Пойду и я. Будет нас двое, легче к царю попадем, легче на службу станем, — говорит медведь.
— Ну что ж, пошли.
Идут вдвоем. Впереди петушок, медведь за ним. Прошли один лес, прошли другой, прошли третий. В четвертом лесу, у самых полонин, встретили волка:
— Куда, петушок, с моим дядей путь держишь?
— Прогнал меня дед, иду я к пресветлому царю на службу наниматься, — отвечает петушок.
— Возьмите и меня с собой. Нечем стало поживиться на полонине, зорко стерегут овечьи стада пастухи, — говорит волк.
— Ну что ж, пойдем, коли просишься. Становись третьим.
Идут втроем: петушок, медведь и волк. Перешли полонину, миновали один овраг, второй, третий. В четвертом овраге встречают лисичку.
— Куда, петушок, с моим дядей-медведем и братом-волком идешь? — спрашивает лиса.
— Прогнал меня дед, иду я к пресветлому царю на службу наниматься.
— Возьмите и меня. В селе люди замки на все курятники понавешали, гусей и утят позапирали. Того и гляди с голоду помрешь, — жалуется лиса.
— Становись четвертой, — говорит петушок. — Будешь в нашей компании.
Идут уже вчетвером: петушок, медведь, волк и лиса. Перешли ущелья, перешли реки, нивы и поля. Когда видели усадьбы, обходили, чтобы не попасться людям на глаза. Наконец добрались до царских палат.
Взлетел петушок на золотые ворота, закукарекал:
— Кукареку, я здесь, пресветлый царь!
Услышал царь и говорит слуге:
— Иди спроси, чего хочет петух.
Петушок говорит:
— Прогнал меня дед из дому, пришел я к царю служить.
Приказал царь, чтобы пустили петушка к курам. Как подошли все к курятнику, говорит петушок царскому слуге:
— Впусти и мою сестричку-лисичку.
— Пускай идет.
Забралась лисичка в курятник и всех кур передушила. На другой день рано утром взлетел петух на царские ворота и закричал:
— Кукареку, я здесь, пресветлый царь!
Проснулся царь и приказал запереть петушка в конюшню к лошадям.
Просит петух царского слугу:
— Пусти в конюшню и моего братика-волка.
Впустил слуга в конюшню волка и петушка и ушел. А волк перерезал всех лошадей.
Рано утром петух снова на царских воротах распевает:
— Кукареку, я здесь, пресветлый царь!
Разгневался царь, что петушок спать ему мешает, приказывает слуге:
— Запри петуха, да так, чтобы не будил меня больше по утрам.
Думал слуга, думал, куда бы ему упрятать петушка, и решил запереть его вместе с волами.
Повел слуга петушка в хлев, где были волы. Просит петушок слугу:
— Впусти сначала в хлев моего дядю-медведя, а потом я и сам войду. Слуга согласился, и вошли медведь с петушком в хлев. Петушок вскочил на перекладину под самым потолком, а медведь принялся за работу. К утру не осталось в живых ни одного вола. Даже кости голодный медведь обглодал, шкуры в клочки разорвал, разбросал по хлеву рога да копыта.
Утром рано, чуть свет, взлетел петушок на ворота под самым царским окном и запел:
— Кукареку, я здесь, пресветлый царь!
Теперь уж и вправду разозлился царь: ему снился волшебный сон, а петушок разбудил его.