Свиная отбивная, картофель, бобы, булочка, кусок маргарина и чашка кофе. Взяв булку, Тоби начала мазать ее маргарином, пытаясь сосредоточить свои мысли на десяти тысячах долларов. Без особой необходимости она не истратит ни пенни, дала себе слово Тоби. С деньгами она добьется того, чего хотела. А хотелось ей быть богатой и никогда больше не жить за счет чьей-то милости.
- Выгодная сделка, - пробормотала она, подумав о маленькой Кэт и суетящейся вокруг нее приемной матери.
Несмотря на снова выступившие слезы, Тоби решительно принялась за еду. На вкус отбивная оказалась такой же сухой и безвкусной, как и на вид, но Тоби все равно прожевала и проглотила кусок. Сестра права: ей надо восстановить силы и побыстрее приступить к работе.
Гвен и Эльза обрадуются, узнав, что их сокровище собирается принести еще больше денег.
Кэт Вескотт. Наверное, в маленькой розовой распашонке и розовых пинетках. Это любимый цвет Бет.
Тоби продолжала жевать, а по щекам текли слезы. Она не знала, по ком плачет: по Кэт или по себе самой.
Барри чувствовал себя идиотом.
Затея, казавшаяся дома такой замечательной, теперь выглядела совсем по-другому. Барри сидел в машине, наблюдая, как леди на другой стороне улицы демонстрируют свои прелести. «Пытайся смотреть на это бесстрастно, - думал он, - ты находишься в научной библиотеке, тебе надо решить, какой том взять».
Это сравнение несколько ободрило его, ведь именно из-за литературы он взял на себя такую специфическую миссию. Кейт совершенно прекратила писать, придумывала самые невероятные поводы, чтобы уйти из дома, подальше от пишущей машинки, а оставшееся время рыдала, потому что ей ничего не приходило в голову.
Потеряв терпение, Барри перешел к решительным действиям.
Он с грустью думал об оставленном агентстве, но Кейт тогда так радовалась, что они будут вместе путешествовать, а она будет одновременно писать, используя новые впечатления. Барри хотелось работать, управляя делами жены. Но никаких дел не было. Только слезы, слезы и слезы.
Вернувшись в Лос-Анджелес, он убедился, что пострадала и его репутация. Старые друзья и клиенты смотрели на него как на нахлебника, живущего на деньги Кейт. Тогда он решил, что пришло время действовать.
По- прежнему оперируя литературными сравнениями, Барри оглядел собравшихся проституток. Для его целей лучше всего подойдет подросток. Самой молодой из них -в оранжевых брюках и черном кожаном жакете - не больше пятнадцати.
«Девушка моей мечты», - пробормотал Барри, выходя из «мерседеса».
Пока он переходил на другую сторону, ему показалось, что ряды неожиданно поредели, но молоденькая проститутка осталась на месте.
- Прошу прощения, мисс, - обратился к ней Барри. - Могу я поговорить с вами? У меня к вам дело.
Она смерила его взглядом. Макияж скрывал лицо ребенка, и Барри изменил мнение о ее возрасте. «Двенадцать, - подумал он, - не больше тринадцати». К горлу подступила тошнота.
- У вас есть документы? - спросила она.
Барри кивнул.
- Покажите.
Он протянул ей свой бумажник, и девушка, достав водительские права, внимательно посмотрела на фотографию.
- О'кей. Вы, наверное, уже собрались с духом, потому перестаньте глазеть на меня и переходите к делу. Что вам нужно?
Замечание застало его врасплох. Барри понял, что проститутки все время наблюдали за ним. Иначе и быть не могло. «Звери, - подумал он, - у них, должно быть, обостренное чувство опасности».
- Я хочу, чтобы вы встретились с моей женой, - запинаясь, сказал Барри. Светлые проницательные глаза смотрели прямо на него. Скажи он этой девушке, что она для него лишь научный справочник, она, возможно, обиделась бы. - Я заплачу, - поспешно добавил он.
Девушка улыбнулась и взяла его под руку.
- Я знаю, что вам надо. И уж будьте уверены, вы заплатите.
Барри почувствовал, как кровь хлынула к его щекам, и спрашивал себя, не видит ли его сейчас кто-нибудь из знакомых, не наблюдает ли за этим местом полиция. Но больше всего его мучил вопрос, как могла прийти ему в голову такая безумная идея.
Сев в машину, он заметил, что ночные бабочки снова вернулись на место.
- Почему они уходили? - спросил он.
- Они думали, ты - полицейский. - Девушка подняла конфету с сиденья. - Не возражаете, если я это съем?
- Валяй. А ты не приняла меня за полицейского?
- Мне на это плевать. Вы меня арестуете, Джона вытащит.
- Джона?
- Джона Роум. - Она улыбнулась и стала еще моложе. - Если бы вы были полицейским, то знали бы его.
- А кто такой Джона Роум? Твой сутенер?
- Больше, чем сутенер. - Она смяла фантик и бросила на заднее сиденье. - Просто не порть его товар сегодня вечером, тогда не узнаешь, каким ублюдком может быть Джона и какие у него связи.
Барри задумался. А может, его затея не так уж и плоха.
- Итак, - изрекла девушка, - вы с женой были когда-нибудь в постели с третьим?
Барри вцепился в руль, заливаясь краской.
«Стой, - сказала себе Кристи Бек, - ты слишком давишь на него, чего доброго, он выкинет тебя из машины, и ты станешь тем, обо что Джона вытирает ноги».
Кристи, посвистывая, смотрела в окно. Она пошла с козыря, но игра стоила свеч.
Это была именно игра, азартная игра. Кристи врала старому пижону, что девочки приняли его за маньяка, использующего проституток для своих извращений, а потом убивающего их. И девочки не советовали Кристи идти с ним.
Но она не боялась. Джона оторвал бы этому парню яйца, если бы тот причинил боль хоть одной его девушке, но станет ли Роум вытаскивать ее, Кристи, из каждой переделки? Поэтому последние три года, после того как ей исполнилось шестнадцать, она рассчитывала только на себя.
Кристи всегда брала клиентов, от которых отказывались другие девочки. Ей нравилась опасность, нравилось выпутываться из историй с помощью своих мозгов и получать выгоду.
Как в этот вечер. Кристи могла поклясться, что старый пижон впервые собрался устроить групповуху с проституткой и своей женой. Возможно, он даже не предупредил свою старушку.
«Представляю выражение лица его супруги», - подумала Кристи и откинулась на спинку, предвкушая события предстоящей ночи.
Барри припарковал «мерседес» у огромного особняка и направился к дому.
Кристи шла за ним, прикидывая, сколько с него взять. Женщина, сидевшая у погасшего камина, поверглась к вошедшим, и Кристи застыла посреди комнаты.
- Это она, с телевизионного экрана. Та, что рекламирует машину.
Кейт беспомощно пожала плечами.
- Вот видишь, - сказала она Барри. - Мне никогда не избавиться от этого.
- Ой! - воскликнула Кристи. - Я никогда еще не занималась этим со знаменитостями.
- Этим? - Кейт удивленно посмотрела на мужа.
- Понимаешь, - развел он руками, - у меня не было возможности объяснить.
- Значит, ты позволил ей думать, что…
- Кетлин Меллори! - торжествующе закричала Кристи. - Вас ведь так зовут?
- Мои друзья зовут меня Кейт. - На красивом лице появилась улыбка. - Надеюсь, вы тоже войдете в их число.
- О да. Я уже занималась любовью втроем.
- Барри, - запротестовала Кейт.
- Послушай, э… как тебя зовут? - обратился он к девушке.
- Кристи. Кристи Бек. Из Сакраменто.
- Послушай, Кристи, - снова начал он, - я еще не объяснил, зачем привез тебя к нам.
- Вы хотите только посмотреть? О'кей.
- Барри, пожалуйста! - взмолилась Кейт.
- Мы хотели поговорить с тобой, Кристи.
- Если вы притащили меня сюда, чтобы обмануть, то Джона вам покажет, - разозлилась Кристи.
Ему трудно будет объяснить, почему она ничего не заработала за всю ночь, и он может подумать, что во всем виновата Кристи. О последствиях ей не хотелось даже думать.
- Кто такой Джона? - спросила Кейт.
- Ее сутенер.
- Он не сутенер, а очень важный человек, и если вы мне не заплатите, то он…
- Мы заплатим, Кристи, - прервала ее Кейт. - Мы очень хорошо тебе заплатим.