Однако десять тысяч на дороге не валяются. Заработать столько всего за сутки? Можно, но сложно. Роуз об этом и мечтать не приходилось. Так разумно ли игнорировать подарок судьбы?
— Десять тысяч — это только мой гонорар? Деньги на другие расходы ты выделишь отдельно? — уточнила Роуз.
— Совершенно верно. — Послышался вздох облегчения. — Когда ты сможешь подъехать?
— Через полчаса. — Роуз тоже вздохнула, но жалобно.
— Пришлю за тобой машину — сказал он и отсоединился.
— Чушь собачья, — пробормотала Роуз и виновато взглянула на своего песика, сидящего у ее ног. — Извини, Тэдди. Но, право слово, этих агентств развелось как собак нерезаных. Ох, что я говорю! Еще раз прости меня! И все же... Почему он попросил о помощи меня? Почему?
Гадать было бесполезно. Роуз решила в ближайшее же время выяснить, что происходит.
— Эй, детка! Где ты, милая? — донесся из спальни сонный голос Джейсона.
Она вошла в комнату и присела на краешек кровати.
— Прости, но мне необходимо уехать. Срочная работа.
— Дай-ка мне номер телефона твоего начальника, — грозно произнес Джейсон. — Я ему объясню, почему он не может беспокоить своих сотрудников по выходным.
— Это не из офиса звонили, — улыбнулась Роуз. — Меня попросили кое-что организовать, платят хорошие деньги.
— Надеюсь, не ограбление банка? — усмехнулся Джейсон.
Роуз рассмеялась.
— Если и так, то об этом ты узнаешь из вечерних газет. Можешь оставаться здесь сколько захочешь. Я вернусь поздно.
— Мне тут без тебя делать нечего. — Он привстал и потянулся к ней. — Поцелуй меня и иди куда хочешь.
Она коснулась его губ поцелуем, потом еще раз быстро чмокнула в щеку и убежала в душ. Некогда нежничать, скоро за ней приедет машина.
Пусть это будет белый лимузин, загадала Роуз, моя голову. Хотя и черный сойдет, я не привередливая.
Внизу ее ждал серебристый «мерседес», что несколько огорчило Роуз. Однако настроение ее немного поднялось, когда шофер протянул ей конверт.
— Это аванс. Босс приказал, чтобы я сразу же отдал его вам.
— Мне придется еще раз подняться наверх, чтобы отдать деньги моему жениху, — предупредила Роуз. — Подождете?
— Куда я денусь? — усмехнулся шофер.
Роуз вернулась в квартиру — в дверях уже стоял полностью одетый Джейсон — и кинула конверт в ящик тумбочки, где обычно хранила ключи от квартиры.
— Это что, деньги? — Джейсон округлил глаза. — Роуз, дорогая, что за безалаберность? Нельзя кидать конверты с деньгами где попало!
— Если кто-то решит в мое отсутствие ограбить квартиру, он будет иметь дело с тобой. — Роуз улыбнулась ему.
— Я не всемогущ. Из десяти случаев ограбления мы раскрываем только четыре. Печальная статистика.
— Прекрати меня поучать, пожалуйста, — мягко попросила она.
Роуз пошла к лифту, но Джейсон схватил ее за рукав.
— И все же скажи, куда и с кем ты едешь. Я начал всерьез беспокоиться за тебя.
— Пожалуйста, — легко согласилась Роуз. — Мой приятель Энтони Кесслер, сын Саймона Кесслера, попросил меня об одной маленькой услуге — я помогаю организовать вечеринку для его невесты. Вот и все. Ты легко сможешь это проверить, если захочешь.
Имя миллионера не произвело сильного впечатления на Джейсона. Он одинаково не доверял как богачам, так и беднякам.
— Проверю, — серьезно кивнул он. — Я должен быть уверен в том, что моя женщина в безопасности.
Роуз расплылась в улыбке, услышав, что Джейсон уже считает ее своей женщиной. Это было приятно. Больше чем приятно!
— Не забудь запереть дверь, — смущенно сказала Роуз.
— Это ты мне говоришь? — хохотнул он. — Полицейскому?
Она вошла в лифт, все еще слыша смех Джейсона. Этот мужчина был надежным, как несгораемый шкаф. Роуз доверяла ему, как самой себе. Однако она уже пожалела о том, что сказала ему, куда и с кем идет. Кто знает, что взбредет в голову Джейсону, если он решит, что Энтони Кесслер неподходящая компания для Роуз.
— Можно ехать. — Она села в «мерседес». — Вот уж не думала, что придется работать в эту субботу.
— Сочувствую, — без эмоций произнес шофер. — А у меня вообще не было выходных уже три недели. И вероятно, в этом месяце не предвидятся, потому что Энтони хоть и славный малый, но очень уж неорганизованный. То о важной встрече забудет, то о дне рождения невесты...
— Ему надо завести ежедневник.
— Лично я считаю, что Энтони поможет лишь полный разрыв с его семьей.
— А? — удивленно произнесла Роуз. — При чем тут его семья?
Шофер, по всей видимости, не считал свою пассажирку важной персоной, особой приближенной к хозяину, поэтому с удовольствием начал сплетничать:
— Честно говоря, я думаю, что младший Кесслер забывает о важных событиях не из-за того, что у него проблемы с памятью, а потому, что в глубине души хочет о них забыть. Саймон Кесслер и семья Анны сводят его с ума. Энтони сам жаловался мне, что мечтает уехать на необитаемый остров.
— Я не совсем понимаю, о чем вы.
— Что тут непонятного? — вдруг рассердился шофер, принимающий проблемы своего хозяина слишком близко к сердцу. — Энтони Кесслер терпеть не может своего папеньку, ненавидит свою работу, да и от невесты готов сбежать на край света. Неудивительно, что он «забыл» о ее дне рождении. Да он и думать о нем не желал.
— Он не любит Анну? Быть того не может!
— Да ведь все об этом знают. — Шофер покосился на нее. — Вы с какой планеты? Светские новости не читаете, что ли?
Роуз покачала головой.
— У меня совсем нет времени на чтение журналов.
— Их брак основан на холодном расчете, — охотно пустился в объяснения шофер. — Кесслеры и Слоуны давние друзья и союзники. У Энтони и Анны даже не спрашивали согласия на брак. Их родители все за них решили давным-давно. Так что любовью здесь и не пахнет.
— Ах, как жаль... — Роуз искренне расстроилась. — Бедняжка Анна.
— Анна-то? — Водитель расхохотался. — Вот уж кого нужно жалеть в последнюю очередь, так это ее.
— Почему? Каждая женщина мечтает выйти замуж по любви.
— Не говорите за всех. Анна — холодная и расчетливая стерва, — с неожиданной злобой сказал он. — А вот Энтони славный малый. Мы дружим с ним с детства, так что я его хорошо знаю. Он всегда был романтиком, оптимистом... Эх, что с ним стало! Вечно грустит, нервничает, переживает. Внешне это практически незаметно, но я-то в курсе... Он потерял себя, вот что я вам скажу. Бедняга.
Шофер нахмурился и замолчал. Роуз отвернулась к окну, делая вид, что тоже задумалась о чем-то своем. На самом же деле она, конечно, размышляла о том, что только что услышала. В общем, она не так уж и сильно удивилась, если честно. Энтони и Анна не производили впечатления счастливой пары. Однако Роуз считала, что времена, когда двух людей могли поженить против их воли, давно прошли. Ан нет. Одно дело брак по расчету (в этом случае в выигрыше остаются оба) и совсем другое — союз, который насильно навязывают.
— Но ведь не существует безвыходных ситуаций, — беззвучно прошептала Роуз. — Неужто Энтони, раз уж Анна так противна ему, не может твердо сказать «нет»? Наверное, на кону стоят очень большие деньги, если он молчит и со всем соглашается.
— Приехали!
Роуз вздрогнула. Она и не заметила, что «мерседес», промчавшись на предельной скорости по дорогам, ни разу не попав в пробку, преодолел в рекордно короткое время огромное расстояние и остановился у небольшого особняка.
— Это дом Саймона Кесслера? — спросила Роуз. Она ожидала увидеть более грандиозное строение. Неужели миллионеры экономят и на собственном жилье?
— Ну что вы, это холостяцкая берлога Энтони. Он съедет отсюда накануне свадьбы, а пока обитает здесь. Саймон вытурил сына из отчего дома лет пятнадцать назад. Поспешите, вас уже давно ждут.
Роуз вышла из «мерседеса» и позвонила в дверь, которая распахнулась в ту же секунду. Энтони приветствовал ее широкой улыбкой.
— А вот и ты! Наконец-то! Входи!