Один из самых подлых и вероломных президентов в истории США, Рейган, окружил Россию сетью шпионажа и подпольных диверсионных организаций. Только на технический шпионаж против СССР американское правительство выделяло ежегодно около 20 млрд. долл. Над территорией России было запущено около 40 спутников-шпионов, 6 из которых предназначались для перехвата с радиорелейных линий связи СССР. Вдоль границ нашей страны расположилось около 2000 американских постов слежения, 150 разведывательных самолето-вылетов совершалось ежемесячно вдоль западных границ СССР и 70 восточных технических разведок США производилось в глубине территории СССР[234].
Советские спецслужбы неоднократно арестовывали иностранных агентов, прошедших обучение в спеццентрах морских разведывательно-диверсионных формирований, осуществлявших подрывную деятельность против СССР. Разоблаченные агенты показывали, что в сопредельных с Советским Союзом странах (прежде всего в ФРГ) создавались законспирированные базы (опорные пункты) для заброски в СССР диверсантов, отрабатывались маршруты движения сверхмалых подводных лодок с этих баз к советскому побережью. В Русской Прибалтике, например, основными объектами разведки являлись Клайпеда, Лиепая, Вентспилс, Рижский залив и некоторые острова Балтийского моря[235].
Особым направлением подрывной деятельности против России американских спецслужб стала подготовка «внутренних профессиональных врагов» нашей Родины — так называемых агентов влияния. В терминах разведывательных служб «агент влияния» — гражданин одного государства, который действует в интересах другого государства, используя для этого свое высокое служебное положение в верхних эшелонах власти — руководстве страны, политической партии, парламенте, средствах массовой информации, а также науке, искусстве и культуре. В моей книге я коснусь только той части этих лиц, которые работали в пользу США и были подготовлены ЦРУ.
Специалисты, занимавшиеся этой проблемой, отмечают ряд характерных признаков, присущих агентам влияния, работавшим в пользу США[236].
Это, во-первых, способность влиять на общественное сознание, на все общество в целом или отдельные официальные и региональные группы (что, собственно, присуще всем агентам влияния).
Во-вторых, непременное включение в определенную сеть. Агент влияния — всегда только винтик в сложнейшей машине «делания политики», которая управляется по программам, созданным ЦРУ еще в 60—70-е годы.
В-третьих, объективное способствование достижению целей, поставленных «хозяином», в данном случае ЦРУ как органом мировой закулисы. На определенном этапе эти цели даже могут выдаваться за соответствующие интересы нашей страны, но они на самом деле являются только промежуточным пунктом на пути к достижению целей «хозяина».
В-четвертых, обязательное обучение, которое ведется групповым или индивидуальным методами. Формы обучения многогранны и многообразны: от обыкновенных лекций до интимных бесед в непринужденной обстановке. На этот счет существуют специальные инструкции.
В-пятых, принадлежность к числу функционеров «заднего плана». Чем сильнее агент, тем глубже он запрятан. Это «теневики» от политики, «серые кардиналы». Они не правят, а направляют, подсказывают нужное для «хозяина» и вредное для страны решение того или иного вопроса.
В-шестых, приверженность, чаще всего шкурная, некоторым «общечеловеческим ценностям» и достижениям мировой цивилизации, за которой, как правило, скрывается в лучшем случае отсутствие русского национального сознания (национальное невежество), а в худшем — обыкновенная русофобия и ненависть к историческим ценностям России.
Первые пять характеристик могут быть у агентов влияния самыми разнообразными, но последняя удивительно одинакова как для агентов влияния, воспитанных ЦРУ в 60-х годах, так и для прорабов перестройки 80-х годов.
Характерным примером агента влияния служит личность А. Н. Яковлева. Его поведение после вербовки в конце 50-х годов[237] по многим признакам соответствовало требованиям, которые предъявлял агентам влияния А. Даллес. Это, в частности, проявилось в статье Яковлева в «Литературной газете», где он резко высказывался против еще робких ростков русского национального возрождения, допуская грубые антирусские выпады. По сути дела, Яковлев призывал к административной расправе с его носителями, и она незамедлительно наступила.
В начале 70-х годов Яковлев получает назначение послом в Канаду, где активно поддерживает связи с широким кругом лиц, среди которых особо доверительные отношения сложились у него с премьер-министром, видным масоном П. Трюдо. По-видимому, именно в тот период происходит «братание» этого деятеля с мировой масонской закулисой.
В 60—70-е годы в окружении высших руководителей ЦК КПСС возникает группа агентов влияния, в которую, в частности, входили Ф. М. Бурлацкий (до 1964-го), Г. Х. Шахназаров, Г. И. Герасимов, Г. А. Арбатов, А. Е. Бовин. Маскируя свою антигосударственную деятельность привычной марксистской фразеологией, эти партийные советники постепенно подталкивали политическое руководство страны к принятию решений, ставших первыми шагами на пути к разрушению СССР.
С конца 60-х годов важным элементом агентуры влияния США стали А. Д. Сахаров и Е. Г. Боннэр. Их безудержное восхваление западной политической системы и тенденциозная критика советского режима с помощью пропаганды, финансируемой ЦРУ, сыграли большую роль в «холодной войне» Запада против России. Бывший ученый-физик, порвавший с наукой, и его жена, дочь оголтелых еврейских коммунистов, заняли ведущее место среди других еврейско-советских общественных деятелей и диссидентов антирусского толка, став своего рода символом противостояния историческим ценностям России, знаменем борьбы за ее расчленение и унижение.
Обострение активности «агентов влияния» в нашей стране связано с проектами мировой закулисы, проводимыми в рамках масонских координирующих центров — Бильдербергского клуба и Трехсторонней комиссии. Еще в конце 50-х—60-х годах в секретных материалах этих центров высказываются опасения по характеру процессов, протекающих в СССР. Подчеркивалась опасность возрождения России на национально-патриотических началах, еще большего усиления влияния нашей страны в мировом сообществе, резко возросшего в результате Второй мировой войны. Чувство страха у мировой закулисы вызывала даже теоретическая возможность консолидации России, возрождающейся на национальных началах, со странами «третьего мира», ибо только такая консолидация могла остановить хищническое использование Западом природных ресурсов, принадлежащих всему человечеству.
Масонская футурологическая организация Римский клуб разрабатывает доклад «Пределы роста» (1972), получивший широкую известность во всем мире. Данные этого доклада показывали, что с катастрофической быстротой происходит сокращение ресурсов и что западные страны стоят перед угрозой сокращения уровня своего потребления.
На секретных совещаниях руководителями мировой закулисы вновь реанимируется старый масонский тезис об установлении нового мирового порядка, при котором вся мировая власть будет сконцентрирована в их руках, а использование ресурсов контролироваться специальными программами в интересах узкой кучки западных стран. Препятствием на пути установления такого паразитического порядка стал СССР, к тому же обладавший значительной частью мировых ресурсов.
В 70—80-е годы американская программа подготовки агентов влияния в СССР приобретает законченный и целеустремленный характер. Нельзя сказать, что эта программа не была известна советскому руководству. Факты говорят, что была. Но на нее намеренно закрывали глаза те люди, которых мы сегодня с полной ответственностью можем назвать агентами влияния, часть из них, по-видимому, входила в ближайшее окружение главы КГБ Ю. В. Андропова.