Когда Рим стал республиканским, подобная организация власти отделяла по возможности imperium от ее носителя, его почитали, так сказать, как абстракцию, так появилось понятие власти как чего-то бесплотного — государства.
Впоследствии власть, imperium, была разделена еще больше. Начиная с 367 года до н. э. только у городского претора были права вершить правосудие — обязанность, которая ранее возлагалась на консула. Для принятия правовых решений было необходимо должностное лицо, наделенное imperium, то есть наделенное правом принуждения, которое проявлялось главным образом в jus edicendi — праве обнародовать эдикт и руководить с использованием принуждения. Здесь imperium выступает и как источник и как основание власти.
Одновременно с начала V века до н. э. образуется другая власть, и появляется она с народными трибунами. Лишенные imperium (это было естественно, так как они были плебеями и не пользовались, таким образом, правом ауспиций), они обладали в качестве орудия власти jus intercessions, то есть правом противиться исполнению приказа, отданного другим должностным лицом, в том числе и консулом. Это право существовало уже внутри консульской коллегии, так как каждый из двух консулов мог, если он того желал, признать недействительными решения своего коллеги. Нововведение состояло в том, чтобы этим вооружать должностных лиц, назначенных в ходе сецессии[178] плебеев, призванных по определению контролировать политику консулов. Опасность и даже абсурдность подобной системы позволяет предполагать, что должность народных трибунов была уловкой, к которой прибегали в момент кризиса; возможно, подобная хитрость использовалась в каком-то далеком прошлом и с грехом пополам ее приспособили к сложившейся ситуации. Какой могла быть действительно власть трибунов, если бы она была выше imperium и имела право аннулировать принимаемые решения? Все нам указывает на то, что она по своей сущности, как и сам imperium, являлась религиозной. Народные трибуны находились под покровительством плебейской богини Цереры на Авентине и пользовались правом неприкосновенности: посягнувший на их неприкосновенность заключался под стражу, сопротивлявшийся — незамедлительно приговаривался к казни. Такое впечатление, будто на наших глазах из глубины времен появляется некий колдун, перед которым каждый отступает. Происхождение слова «трибун» затемнено, история этой магистратуры также ничего об этом не говорит. Это, впрочем, относится и к другим административным лицам, должным защищать плебс. Слово, очевидно, связано со словом trubus (племя), означающим «большая часть народа», но это мало что нам дает. С давних пор, возможно первоначально, народные трибуны имели право собирать особое собрание, concilium plebis (позже стало называться трибутными комициями), призванное избирать плебейских должностных лиц, трибунов и плебейских эдилов (последние вначале определялись специально для служения в храме Цереры, затем стали помощниками трибунов и хранили архивы плебеев).
Каким-то чудом этому разнородному учреждению удалось функционировать без особых перебоев. Античные историки подчеркивают мудрость трибунов, которые умеренно пользовались своим правом intercessio, а также мудрость должностных лиц из патрициев, которые старались быть равно справедливыми по отношению ко всем гражданам. Возможно, что слаженность системы скорее объяснялась внешними условиями, когда Рим до конца Пунических войн беспрерывно сталкивался с опасными врагами, чем некоторой милостью богов, которые долгое время благоприятствовали римской политике. Перед лицом внешней угрозы общественное согласие было насущной потребностью, и богине Конкордии[179] уже давно был выстроен храм на склонах Капитолия неподалеку от комиция. Кроме того, власть трибунов распространялась только внутри pomerium (и позже вокруг него шириной в милю). Imperium был действителен на остальной территории и, естественно, в армии. На протяжении длительного времени всеобщая мобилизация была наиболее действенным средством прекращать политические волнения, и патрицианские должностные лица пользовались этим средством без ограничения.
Наряду с магистратурами, прямо происходившими от царской власти (консульство, претура) и вследствие этого обладавшими imperium, и должностью народного трибуна существовала другая должность, которая также принадлежала некогда царской власти (как традиционно считается, прежде всего Сервию Туллию) и получила в эпоху республики название цензуры. Цензоры в количестве двух человек избирались на пять лет, но обычай требовал, чтобы они складывали с себя обязанности по истечении восемнадцати месяцев. Цензоры обязаны были повторно определять ценз граждан и имущества, чтобы классифицировать каждого гражданина в соответствии с его «цензом», то есть его состоянием. Но они обладали также нравственной юрисдикцией. Им было дано право «клеймить позором» любое лицо в рамках его частного поведения. Власть в этом отношении являлась почти неограниченной; традиционно в качестве цензоров избирались лица, единогласно почитаемые, достигшие вершины в успешной политической карьере, не имеющие личных пристрастий. Именно они в классическую эпоху составляли список сенаторов и список всадников; в течение своей магистратуры они определяли сумму налогов и распределяли общественные работы. Когда цензоры по истечении восемнадцати месяцев заканчивали свою деятельность, их по специальному обряду (lustrum) очищали на Марсовом поле в присутствии всего народа. После чего они снова становились простыми гражданами.
Кроме указанных должностных лиц, были и другие, по мере того как усложнялись дела, расширялась территория, множились поручения. Для того чтобы помогать консулам, были созданы должности, ответственные за финансовые вопросы (получение доходов от государства, содержание армий, охрана государственной казны). Это были квесторы. Наряду с плебейскими эдилами, избирались два «курульных» эдила (то есть патриции; только патриции могли восседать во время своей магистратуры на «курульном кресле»), которые разделяли с коллегами из плебеев полицейские функции, отвечали за содержание общественных зданий, за снабжение продуктами и за организацию игр. Эта последняя функция была очень затратной, так как по обычаю эдилы должны были принимать на себя часть денежных расходов для организации этих дорогостоящих празднеств; что они охотно и делали с помощью друзей, рассчитывая на популярность, которую приносила их щедрость. Искушение в дальнейшем возместить израсходованные деньги было сильным, потому что они рассчитывали на благосклонность народа при выборе их на более высокие должности.
Все это были обычные должностные лица, избрание которых происходило периодически, в большинстве случаев традиционно на год, пятилетний срок полагался только цензорам. Но существовала магистратура, история которой далеко не ясна. Она имела исключительный характер и, уже давно выйдя из употребления, снова возродилась в качестве крайней меры в период политической смуты, которая привела к падению республики. Эта магистратура, называвшаяся диктатурой (dictatura), предоставляла imperium непосредственно своему носителю. Его выбирал и представлял консул[180] (это было необходимо, принимая во внимание то, что только должностное лицо, имеющее imperium, могло передать власть другому должностному лицу), но по предложению сената. Только диктатура, единственная изо всех римских magistratures, не подразумевает коллегиальности. Мог быть только один диктатор, который сам избрал себе подчиненного — начальника конницы (magister equitum). Это никоим образом не предполагает, что диктатура была по преимуществу военной функцией. Кавалерия, которой командовал начальник конницы, обычно представляла собой только всадников из первых центурий, то есть, согласно классификации Сервия Туллия, это была знать. Эта диктатура, римская по форме, вероятно, имела черты ранней италийской администрации, а скорее всего — латинской, так как мы знаем латинских диктаторов во главе древних городов Лациума, которых были лишены автономии после римских завоеваний. Скорее всего, диктатура как магистратура напоминает царскую власть, она также облечена особыми функциями в исполнении религиозных обрядов. Известно, что диктатор мог назначаться даже вне политического кризиса, чтобы исполнять специальную миссию, например ритуальным жестом вколотить гвоздь в стену Капитолия. Это действие, значение которого нам не понятно, не могло быть выполнено никем иным, только диктатором, вероятно, потому, что этим титулом обозначался забытый персонаж, о котором помнили только боги. На самом деле сенат вспоминал о диктатуре, когда государство переживало тяжелый кризис и коллегиальность консулов или право intercessio трибунов были несовместимы с порядком и безопасностью. Диктатор выражал imperium всеми своими поступками; на него не распространялось ни право апелляционного обжалования к народу, ни вето трибунов. Но власть его не могла продолжаться дольше чем один месяц[181].
178
Сецессия («уход») — в Древнем Риме демонстративный выход плебеев в 494 г. и 449 г. до н. э. из состава римской общины и уход за черту города. Сецессия — своеобразная форма борьбы плебеев за свои права. (Примеч. ред.)
179
Concordia — согласие (лат.). (Примеч. ред.)
180
В последний раз это произошло в 202 г. до н. э.
181
Иногда она длилась не более шести месяце».