Я провела рукой по гладкому, ребристому животу, — Хм-м, шесть кубиков, над этим нужно работать.
У него вырывалось рваное дыхание, даже от этих невинных ласк.
— Для своего клана я всего лишь набор мускул, так что мне нужно было иметь самые лучшие мышцы, какие только возможно.
Я обернула руками его талию, прослеживая его поджарые, трудолюбивые мышцы. Всего лишь легкое прикосновение, но и от него он закрыл глаза и шумно втянул воздух. Эта реакция дала мне понять, как долго он был без чьего-то прикосновения. Мне стало грустно за него. А потом я почувствовала что-то в холле, что-то горячее и мощное, и злое… Я бросилась к своему пистолету в кобуре, но, как и пистолет Итана, он был под грудой одежды. Я была на коленях, моя рубашка была все еще в воздухе, когда я подняла пистолет и нацелила его в дверь. Итан бросился за своим пистолетом, но он не успевал во время.
Глава 14
Переводчики: Sunriel, Светуська
Вычитка: Светуська
Мой палец был уже готов нажать на курок, когда распахнулась дверь, и у меня была лишь секунда, чтобы увидеть, что это Алекс в человеческой форме. Если бы я на самом деле была человеком, то уже застрелила бы его, но у меня был рефлекс вроде как остановиться во времени и направить пистолет в потолок, хотя мгновением позже я не была так уж уверена что сделала правильный выбор.
У меня был один удар сердца, чтобы увидеть его, секунда на то, чтобы замереть, увидеть все кристально ясно, когда адреналин и ярость замедляют все, и ты думаешь, что у тебя есть все время мира, чтобы успеть, что-то сделать, видя, что происходит. Но это иллюзия — если вы видели такие моменты в фильмах, то знаете, что все происходит очень быстро. Некоторые вещи в такой момент видишь очень четко, а другие совершенно упускаешь из виду. Темно-красные волосы Алекса были короче, чем я помнила, постриженные почти под корень. Он устремил на меня взгляд желтых тигриных глаз, его человеческое лицо исказилось от ярости, когда он бросился, словно пятно скорости и силы, на Итана, который уже достал пистолет, но не имел времени прицелиться, «а если бы и имел, стал бы он стрелять в своего принца?»
Алекс сбил Итана и тот отлетел в машинное оборудование позади нас. Металл трещал, корежился и ломался под его телом. Из человеческого горла послышался суровый, кашляющий рев Алекса, когда он зарычал в лицо Итану.
Я заорала, — Алекс! Нет! Алекс! Нет! Остановись!
Я нацелила в него пистолет и стала приближаться к нему, так что я могла сделать чистый контрольный выстрел, пока он рычал на Итана. Я могла выстрелить, но не смогла. Если я убью Алекса на таком расстоянии, а он тигр моего зова, что означает — если умрет он, то я тоже могу умереть, а это значит, что умереть могут все, с кем я связана метафизически. Блядь!
Я убрала пистолет в кобуру, бросила на пол и пошла к ним. Теперь у меня был хороший обзор, и я видела, что одна из металлических труб проткнула Итана. Вся верхняя часть его симпатичного тела была в крови. Твою мать! Я не могу стрелять в Алекса, но стоять и смотреть, как он раздирает Итана — я тоже не буду. Я пошла к куче своего оружия за ножом. Но я забыла, кем был Итан, кем он был для своего клана: мускулами.
Его кулак метнулся бледным пятном, и Алекс отшатнулся назад, кровь слетела с его лица. Алекс упал на пол, подставив под себя одну руку. Итан начал тащить себя вниз по трубе. От такого вида у меня скрутило живот; «Господи, это должно быть больно». Его сила колыхалась вокруг него словно волнами, и трем моим тиграм нравился ее вкус, ее жар, ее разрушительная мощность, потому, что я знала, как только Итан стащит себя с этой трубы, драка продолжится.
Я встала между ними, что было бы глупо, если бы я собралась драться с ними, но ни с одним из них я не собиралась драться ни по какому поводу. Я не стала сильно сбрасывать свои метафизические щиты, чтобы найти гнев, который всегда пузырился где-то на поверхности. Кормление сексом было присуще вампирской линии Жан-Клода, той, что он унаследовал от Бель Морт, Красивой Смерти, но гнев, он был мой. Гнев пришел ко мне как теплый дождь, ласкающий мою кожу. Было так приятно накормить его, впитать всю эту ярость. Было мгновение чтобы решить: проглотить его или использовать, чтобы разозлиться самой. Это было в новинку; обычно он был просто едой. Я «съела» гнев, давая ему просто впитаться в меня.
Алекс уставился на меня, все еще стоя на коленях на полу, опершись на одну руку.
— Что сейчас произошло? — спросил он. Его энергия полностью изменилась; он чувствовался спокойным, самим собой.
— Я съела твой гнев. С какого, ты это так взбесился?
— Без понятия.
Какое-то движение заставило меня взглянуть на Итана. Он вздрогнул, протаскивая вторую половину трубы сквозь себя. Одно это движение дало мне понять, как сильно он пострадал. Да, он вылечится, если труба не серебряная, но ему все еще нужно было протащить трубу через себя, а это чертовски больно. Я представить не могла, что было бы, будь мое тело пригвождено подобным образом. Я слишком ярко представила это, и мой желудок свело от дурноты.
— В каком смысле ты понятия не имеешь, Алекс? — спросила я.
— Не знаю, — ответил он. Алекс посмотрел на меня, потом крикнул, — Джордж, помоги нам.
Я обернулась и увидела еще одного охранника в белой футболке и штанах цвета хаки, что должно быть, было их униформой. Его короткие, густые волосы были стандартного глубокого, почти до черноты красного цвета, а глаза как желто-оранжевые вихри огня. Был еще небольшой оттенок золота, что добавлял экзотический эффект некоторым красным тиграм.
— Мой принц, — сказал он и буквально упал на одно колено, прижав кулак к своей груди. Я подняла бровь, так как еще ни разу не видела, ни в одном из других кланов такого приветствия. Это попахивало средневековьем.
— Помоги Итану.
— Как пожелает мой принц, — сказал Джордж и поднялся.
Я услышала болезненный вздох позади себя и звук падающего тела. Я обернулась и увидела на полу Итана, стоящего на коленях и опирающегося на руки. Его кожа была серой и покрыта потом от боли и шока. Но пока я смотрела, кровь стала течь все медленнее и медленнее. Его тело начинало исцеляться. Волна облегчения, которой я совсем не ожидала, нахлынула на меня. Не то, чтобы Итан уже так много для меня значил, просто то, что если бы его убили из-за глупой ревности, было бы совсем несправедливо.
Джордж, охранник, только начал подходить к Итану, когда гнев вернулся. В одно мгновение Алекс стоял, вытирая кровь со своего лица, как обычно спокойный, а в другое он зарычал, и два раза ударил раненного мужчину, прежде чем Итан смог защитить себя. Они свалились на пол рычащей, дерущиеся массой.
Я опять попыталась съесть гнев, но я как будто соскальзывала с него. Я не могла добраться до гнева. Что-то блокировало меня. Мужчины тем временем все продолжали избивать друг друга.
Я повернулась к охраннику. — Останови их.
— Если мой принц желает его приструнить, я не имею права вмешиваться.
— Серьезно? — спросила я.
Джордж, слегка улыбнулся, пожал плечами и сказал, — Серьезно, я не собираюсь вставать на пути Красной Королевы, только из-за Итана.
— Ты никчемная куча собачьего дерьма, — сказала я.
Он нахмурился и посмотрел на меня. — Приказ Красной Королевы «Голову с плеч» относится не только к Алисе в Стране Чудес, Анита Блейк.
У меня была секунда на то, чтобы представить, как Красная Королева обезглавливает охранников за непослушание, а потом драка опять заняла все наше внимание. Если Итан справится, то он просто надерет задницу Алексу; это докажет что он выиграл бы даже с такими ранениями. Алекс был силен, быстр, в хорошей форме, но он всего лишь репортер. У него была возможность походить в спортзал и посетить уроки боевых искусств, но Итан только и делал, что тренировался. Он делал из себя великолепную боевую машину, и как только срослась его плоть, он начал наносить ответные удары с большей силой, блокируя почти все выпады Алекса. Вот в чем была разница между бойцом-любителем и профессионалом; если любителю не повезет, то его убьют.