— Я уже бывала в кроне дерева. — Она попробовала. — Сладко. Старое дерево? — Она снова принялась за еду.
— Чуть позже я приготовлю тебе тушеное мясо, — пообещала Лори. — А теперь тебе надо поспать.
Карлот похлопала по плетеному полу.
— Как я могу спать, когда это врезается в меня? Будто вся кровь переливается на одну сторону.
Лондон-Дерево, дом Лори, было значительно больше своими размерами, и прилив на нем чувствовался куда сильнее. На Дереве же Граждан можно было уронить камень, медленно вздохнуть и снова поймать его, прежде чем тот успеет удариться о поверхность. Но Карлот, должно быть, всю свою жизнь провела в местах, где прилива не было вообще.
Девочка осторожно повернулась на другой бок. Глаза ее закрылись, и она тут же забылась сном.
Дерево все еще горело. Огонь на шесть-семь кломтров продвинулся к внутренней кроне. Основное пламя охватило подветренную сторону ствола. Бьющиеся языки пламени напоминали гриву небесного коня. В центре, сквозь черный чад, изредка пробивались красные всполохи. И в самом очаге пожарища виднелись неясные очертания бесформенной глыбы. Джеффер направил ГРУМ прямо к ней.
— Никак не пойму, почему оно не делится, — сказал Клэйв.
Антон беспокойно кивнул.
— Это короткое дерево, — пояснил Джеффер. — А без кроны оно еще короче.
— А почему деревья делятся? — спросил Антон.
— Это происходит, когда они умирают, — ответил Клэйв.
— Когда дерево уплывает слишком далеко от центра Дымового Кольца, оно начинает голодать, — объяснил Джеффер. — И спасается путем деления. Приливом одну половину выбрасывает наружу, а другую утаскивает внутрь. Одна половина возвращается туда, где есть вода и удобрения. А другая… Умирает, я думаю.
Они подобрались достаточно близко, чтобы различить в самом центре обуглившегося ствола несколько черных глыб. Огромная фигура, напоминающая стручок, разорванный изнутри. Затем — нечто обуглившееся, похожее на колокол и на плюющиеся огнем трубы, которые были приделаны к кормовой части ГРУМа. От «стручка» к «колоколу» шла широкая полоса белесого пепла. Неподалеку виднелось несколько обгоревших деревянных стен — то, что осталось от продолговатой хижины.
Клэйв потянулся за крыльями, которые взял у чужаков.
— Ученый, ты сможешь удержать здесь ГРУМ? Мы отправимся посмотреть, что там происходит. Если дерево распадется на половинки, нас удержит трос, привязанный к модулю.
Джеффер подавил протест. Ему страшно хотелось самому исследовать ту разрушенную область, но…
— Я справлюсь. Возьмите с собой тросы.
Солнце скроется на востоке буквально через несколько вздохов.
С торцевого конца, похожего на веер крыла, торчал какой-то прут. Немного потренировавшись, мужчины наконец сумели прикрепить эти прутья к голеням и крепко привязать веревками. Клэйв и Антон протиснулись через шлюз и вылетели в небо.
Джеффер нажал на белую кнопку.
— Приказываю: Голос, — произнес он.
— Готовность, Джеффер-Ученый, — отозвался ГРУМ.
Клэйв и Антон отчаянно били крыльями, постепенно приближаясь к выгоревшей области. Внезапно Антон, легко развернувшись, словно всегда был птицей, направился прямо к обугленной машине. Клэйв, которого постоянно заносило влево, стараясь не отставать, двинулся вслед за ним.
Пролетая, они подняли вверх тучу белого пепла, что лежал между «колоколом» и «стручком». Когда облако немного рассеялось, их взглядам открылась длинная труба, окруженная паутиной обвислых металлических нитей.
— Кенди, именем Государства. Привет, Джеффер.
На этот раз Джеффер не подпрыгнул на месте.
— Привет, Кенди. Ну, что ты обо всем этом скажешь?
— Ты больше моего знаешь о поврежденных деревьях. Я специализировался на машинах. — Контуры виднеющихся в носовой камере металлических нитей и находящейся рядом трубы замерцали красным. — Труба и проволока сделаны из металла. Этот пробитый бак… — на экране появилась еще одна мерцающая линия —…очень похож на огромный стручок растительного происхождения. Пепел вокруг трубы остался от сгоревшего дерева.
Джеффер, мы сейчас видим перед собой паровую ракету. Ваши чужаки использовали древесный огонь, чтобы разогреть трубу. Затем через трубу они пропускали воду в сопла. Весьма непроизводительно, но в вашей своеобразной окружающей среде таким способом они могли двигать дерево.
— Но зачем им понадобилось раненое дерево?
— Их спроси. Кто-нибудь выжил?
— Одна девочка умерла. Остальные пятеро в плохом состоянии. Моя жена не позволяет мне приближаться к ним. «Подожди парочку дней — и увидишь».
Клэйв и Антон летели вдоль трещины, рассекающей огромный бак на две половинки. Вскоре они добрались до нескольких продолговатых предметов, расположенных на другом конце бака.
— Заражение им не грозит, — сказал Проверяющий. — На корабле не было болезнетворных бактерий.
— Что?
— Просто думаю вслух. Я хочу поговорить с вашими чужаками. Пригласи их прокатиться, когда они придут в себя. Покажи им ГРУМ.
— Кенди, мне кажется, им лучше не знать о тебе.
— Я буду только наблюдать.
Клэйв и Антон, хлопая крыльями, направлялись к ГРУМу. Они тащили какой-то темный тюк, а тросов не было и в помине.
— Компания возвращается, — сообщил Джеффер.
— Джеффер, поддерживая контакт со мной, ты выступаешь от имени всего племени или я ошибаюсь?
— Пока я ничего никому не говорил.
— Тогда я буду молчать, пока они на борту.
Клэйв и Антон вернулись черные от сажи. Они отвязали мешающие теперь крылья и, толкая перед собой почерневшие от копоти трофеи, влезли в шлюз.
— Классно, а?! Это действительно все равно что летать! — ликовал Клэйв.
— На самом деле тебе никогда особо не нравился прилив, Клэйв. Как твоя нога?
— Как никогда лучше. — Клэйв согнул правую ногу. На бедре, под кожей и мускулами, обозначилась бесформенная шишка. Сложный перелом, который он себе заработал в Штатах Картера, сросся, но в джунглях, где вообще не было силы прилива, кость начала расти дальше. — Такое впечатление, словно я растянул ее. Теперь, если мне надо будет слетать куда-нибудь, я постараюсь пользоваться только одним крылом.
Они начали развешивать добычу по стенам. Два громадных крюка, дерево пополам с металлом. Металлическая полоса метровой длины с крошечными зубьями вдоль одного края. Более или менее сохранившая форму трубка из твердого дерева, к одному концу прилипли остатки обуглившегося пластикового шланга.
— Оружие и инструменты, — подвел итог Клэйв. — Больше ничего стоящего не осталось, за исключением самой трубы. Нам надо заполучить ее. Мы привязали к ней тросы. Джеффер, потянем ее за собой.
— Неплохо, особенно если учесть, что вы привязали ГРУМ к дереву, которое вот-вот разделится. Зачем она нам? Просто потому, что она сделана из металла?
— Я не очень-то понимаю, для чего она вообще служит, — пожал плечами Клэйв. — Мы могли бы воспроизвести все найденное, по крайней мере, теоретически. Единственное исключение — эта труба. Она не просто сделана из металла, это одна из космоштук. Продукт древней науки.
— С чего ты взял?
— Мы не нашли ни единого шва, — ответил Антон. — А когда сотрешь сажу, труба начинает блестеть. Клэйв, мне тоже это не очень-то нравится. Джеффер прав, дерево может разделиться и зашвырнуть нас далеко в небо, и ради чего? Крылья, да, отличная штука, но все остальное… Оно какое-то странное!
— Вытащи эту трубу, Ученый, — приказал Председатель Клэйв.
Антон нахмурился и замолчал.
— Пристегнитесь, — сказал Джеффер. — Будем надеяться, что тросы выдержат.
Дополнительные двигатели взвыли, ГРУМ содрогнулся и рванул вперед. Металлическая труба — шесть метров в длину и два в ширину — оторвалась от ствола и, окутанная облаком пепла, поплыла вслед за ними.
Когда Антон и Клэйв выбрались наружу, чтобы покрепче обвязать ее, Джеффер направился вместе с ними. Они с ухмылкой наблюдали, как он отчаянно бьется и вертится в воздухе, но затем совершенно неожиданно для себя, отталкиваясь от воздуха напряженными ногами, вдруг полетел, полетел не хуже какого-нибудь меченосца.