К этому времени из трех оставшихся в руках англичан аэродромов два находились под непрерывным артиллерийским огнем, а третий (Каланг) почти постоянно утюжила японская авиация, что заставило британское командование эвакуировать с него на Суматру последние истребители. После этого возможность удержания Сингапура, была лишь вопросом нескольких дней.
Если Уэйвелл и питал какие-то надежды прославиться, то они увяли уже к вечеру 10 февраля. Еще менее амбициозным оказался генерал Персиваль, командовавший британскими войсками в Малайе, который вместо принятия решительных мер (например, объявления мобилизации всех, кто мог держать оружие, которого было в избытке), решил поиграть в демократию и в результате, как написал позже в своих мемуарах Уинстон Черчилль, на военном совете командиры дивизий и бригад ему «заявили, что из двух возможных вариантов – контратака или капитуляция – первый не под силу совершенно измотанным войскам».
Решение о скорой сдаче города с быстротой молнии облетело город и порт, где находилось немало судов, часть из которых была повреждена. Экипажи, не желая сдаваться, решили уходить в порты острова Суматра. Ситуация осложнялась тем, что боевых кораблей, за исключением переоборудованных в сторожевики траулеров и китобоев в Сингапуре к этому времени уже не было и потому был дан сигнал «спасайся кто может!»
11 февраля в гавани Сингапура был потоплен транспорт «Вэйньян» водоизмещением 674 бр.т. Поскольку в тот момент город и порт одновременно бомбила авиация японской армии и флота, то авторство этого успеха установить не удалось. Тем временем японская авиаразведка отметила выход из гавани в общем направлении на юго-восток крупного количества судов и на сцене разворачивающейся трагедии появилось оперативное соединение с авианосцем «Рюдзе».
Уже 13 февраля его палубные B5N смогли потопить в 100 милях от Батавии (Джакарты) голландский танкер «Мерула» водоизмещением 8228 бр.т и два вспомогательных корабля британских ВМС «Сианг Во» (2595 бр.т) и «Шу Кванг» (788 бр.т). Судя по всему, японские авианосные пилоты наблюдали только гибель одного из этих трех судов, так как в заявке за тот день фигурируют один потопленный транспорт водоизмещением в 10 тыс. бр.т. и восемь поврежденных суммарным тоннажем 32,5 тыс.бр.т. Любопытно, что из-за недостаточной подготовки экипажи B5N вместо торпед использовали 250- и 500-кг бомбы.
Трудно сказать насколько ошибались в своих оценках японские пилоты, но вылетевшие в район порта Палембанг (остров Суматра) авиагруппы морской базовой авиации по возвращении доложили о потоплении одного и повреждении другого транспорта. Однако на самом деле экипажи G3M и G4M смогли нанести более серьезный ущерб: на дно пошли голландский транспорт «Манвантара» (8237 бр.т), а также британские транспорты «Хосэнг» (5698 бр.т) и «Субадар» (5424 бр.т). В устье реки Палембанг морские базовые бомбардировщики потопили поврежденный самолетами с авианосца «Рюдзе» рейдовый тральщик «Хуа Тонг» (280 бр.т).
Наряду с авиацией за судами охотились японские подлодки и корабли. Например, британский транспорт «Дерримор» (4799 бр.т.) был торпедирован подлодкой, а речная канонерка «Скорпион» (700 т) пошла на дно под артогнем японских эсминцев.
На следующий день избиение продолжалось. Авиагруппа «Рюдзе» смогла потопить у у Суматры британский транспорт ВМС «Винер Брук» (1670 бр.т) и вспомгательный корабль британских ВМС «Куала» (954 бр.т). Этого, видимо, пилотам авианосца показалось мало и они засчитали в свой актив еще и 8-тысячетонный транспорт и плавбазу торпедных катеров, не считая поврежденного транспорта и минного заградителя.
Экипажи базовых бомбардировщиков из состава авиагрупп «Гензан», «Михоро» и «Каноя» – наносивших в этот день удары по гавани Сингапура и действовавших над прилегающей к ней акваторией – продемонстрировали более высокие результаты. В самой гавани им удалось потопить транспорт британских ВМС «Лайпис» (845 бр.т), а на выходе из нее две речных канонерки «Драгонфлай» и «Грэсхопер» (по 625 т) и рейдовый тральщик «Шангтин» (244 т). На внутреннем рейде были повреждены (и впоследствие захвачены японцами) патрульный корабль «Джанг Би» (1646 т) и вспомогательный корабль британских ВМС «Тьен Кванг» (787 бр.т). Свою лепту в этот погром внесли и экипажи маленьких флотских «поплавков» F1M, действовавшие из Мантока, которые потопили в канале Купера сторожевик «Трэнг» (205 т) и видимо повредили своими 60-кг бомбами одну из двух канонерок и транспорт «Лайпис».
15 февраля стало последним днем, когда остававшиеся на ходу суда могли покинуть гавань обреченной британской твердыни. Сама она вновь подверглась налетам всех трех авиагрупп морской базовой авиации, входивших в состав 22-й авиафлотилии. Однако плотные клубы дыма, вызванного сильными пожарами бушевавшими на складах, где англичане уничтожали все что могли, несколько уменьшило точность бомбометания. Достаточно сказать, что лишь на выходе из порта, где «дымовая завеса» была не такой плотной бомбардировщики потопили рейдовый тральщик «Ярак» (208 т). В самой же гавани были повреждены транспорт британских ВМС «Суй Во» (2672 бр.т), транспорт «Реданг» (531 бр.т), два корабля ОВРа «Доугэйт» и «Лоудгэйт» (по 290 т) и самоходный лихтер «Ру» (254 бр.т). Впрочем, для всех этих судов (за исключением последнего) близкие бомбовые разрывы ознаменовали не конец судьбы, а лишь смену хозяев, поскольку в тот же день над ними под истошные вопли «Банзай!» взвились флаги Страны Восходящего солнца…
Между тем, оперативная группа с авианосцем «Рюдзе» продолжала оставаться на позиции, и в тот же день в проливе палубные самолеты потопили голландский транспорт «Маджани» (534 бр.т), а у Палембанга самоходный лихтер «Бэгун» (244 бр.т) и рейдовый тральщик «Клайас» (207 т).
Последним из находившихся в Сингапуре судов был потоплен транспорт «Тэлтибиус» (10.254 бр.т). Вышедший из бухты Кеппеля еще в ночь на 13 февраля, он был поврежден днем палубными B5N, пилоты которых смогли уложить на его палубу одну 250-кг бомбу. В течение двух суток, пока экипаж устранял нанесенные повреждения, судно отстаивалось среди островов архипелага Линга, но затем капитан принял решение прорываться в Индийский океан через Зондский пролив. Появившаяся утром 16 февраля тройка G3M из состава авиагруппы «Гензан» не оставила экипажу ни единого шанса: очередное попадание 250-кг фугаски снизило ход и вызвало затопление, а спустя три часа огромный транспорт атаковали две девятки G4M из состава авиагруппы «Каноя»…
В заключении этой главы отметим, что за столь крупные успехи японская морская авиация заплатила весьма незначительную цену: исключая потери, понесенные при потоплении 10 декабря двух британских линкоров, три авиагруппы 22-й авиафлотилии к 15 февраля потеряли по боевым причинам лишь пять А6М, четыре G3M и один С5М.
![История Авиации Спецвыпуск 1 pic_48.jpg](https://litlife.club/books/167801/read/images/pic_48.jpg)
Британский танкер «Пайана» из состава конвоя ВМ-12 под ударом японских бомбардировщиков G41V1 авиагруппы «Каноя» (слева) и на следующее утро после подрыва на минном заграждении (внизу).
![История Авиации Спецвыпуск 1 pic_49.jpg](https://litlife.club/books/167801/read/images/pic_49.jpg)
![История Авиации Спецвыпуск 1 pic_50.jpg](https://litlife.club/books/167801/read/images/pic_50.jpg)
G4M1 модель 11 из состава авиагруппы «Такао», несущие характерный для начального периода войны трехцветиый камуфляж, имеющий сильные повреждения от интенсивной эксплуатации и плохого качества краски.
В БОРЬБЕ ЗА ГОЛЛАНДСКУЮ ОСТ-ИНДИЮ И МАЛАЙСКИЙ БАРЬЕР
Познакомившись с японской авиацией, союзники вынуждены были как-то отличать встречавшиеся им самолеты. Ситуация усугублялась тем, что все справочники того времени (включая такое авторитетное английское издание как «Jane») почти ничего не могли сообщить об имеющейся в распоряжении врага технике (единственным исключением был А6М, о котором кое-какие правдоподобные сведения все же имелись), поэтому вскоре всем истребителям были присвоены мужские имена, а всем остальным самолетам – женские. В рамках этой концепции, G3M получил наименование Nell (Нелл), a G4M – Betty (Бэтти). Со временем, когда союзники узнали истинные названия большинства японских самолетов, они все равно предпочитали пользоваться уже привычной системой. Причина заключалась в том, что в быстроменяющейся боевой обстановке гораздо легче было выдохнуть в микрофон короткое имя, нежели пытаться сказать «ударный самолет берегового базирования тип 1». Между тем, военная обстановка зимой 1941-1942 гг. складывалась таким образом, что от союзников требовалась невероятная быстрота принятия решений и их последующих осуществлений. Как правило, малейшее промедление приводило к колоссальным территориальным и материальным потерям. Типичным примером, этого стала проигранная кампания за Голландскую Ост-Индию.