Совершенно ясно, что позже будут дополнительные опросы рядовых воинов, десятников и шамана. Но сейчас Ойкерен узнал главное — имя своего врага, которого он постарается достать при первом же удобном случае. Ну, а пока вождь мог дать волю чувствам, на походном алтаре рода, словно умершего, помянуть своего сына, который уже, наверняка, погиб, ибо никто из пленных нанхасов из империи не возвращался. А затем Фэрри должен был успокоить и поддержать свою старшую жену, которая внешне будет выглядеть спокойной, но душа матери обливается кровью. И тяжко вздохнув, вождь Океанских Ястребов встал из-за стола и направился в спальню, туда, где находилась делившая с ним все невзгоды и тяготы женщина, которую он знал большую часть своей жизни.
И пока Ойкерен поднимался на второй этаж, он все время крутил в голове фамилию своего кровника и думал о мести:
"Ройхо? Ну, пусть будет Ройхо. Подожди еще немного оствер, до зимы. Я принесу в твои земли смерть, и ты ответишь за то, что оказался сильнее и удачливей моего сына. И тебе ничто не спасет, ни артефакты, ни воинское умение, ни крепкие стены, ни верная дружина. Потому что к тебе в гости пожалует не просто воин, а вождь Океанских Ястребов, за которым сила и мощь всего его рода".
Глава 2
В Герцогстве Куэхо-Кавейр стоят четыре хороших крепости, которые прикрывают это имперское феодальное владение от внешних противников. Первая построена для защиты от пиратских набегов и расположена на юго-востоке, в ста пятидесяти километрах от замка Ройхо на берегу Ваирского моря в большой бухте Тором и называется Иркат. А три другие держат северное пограничье. Впереди, на острие клина, Содвер, а за ним по флангам Эрра и Мкирра. Каждое такое укрепление строилось сразу после смерти императора Квинта Первого Анхо, то есть над стенами и укреплениями работали мастера старой школы, не только каменщики, но и маги. Ну и, как следствие этого, несмотря на то, что с тех пор минуло четыреста пятьдесят лет, каждая подобная твердыня, которая выдержала не один десяток штурмов и немало осад до сих пор находится на том самом месте, где ее поставили, и используется имперскими воинами. С той лишь разницей, что раньше это были солдаты линейных пехотных полков, а теперь здесь находятся дружинники герцога.
И стоя у парапета одного из внешних донжонов я смотрю на крепкие мощные башни с катапультами и станковыми арбалетами. Наблюдаю за гарнизонными вояками из дружины герцога Куэхо-Кавейр, которые прохаживаются по стенам. Вижу суету в просторном крепостном дворе и развевающиеся на ветру знамена съехавшихся сюда феодалов, среди которых и мой черный стяг с красным солнцем и серебряной руной на нем. И от вида способной вместить в себя три тысячи человек старой твердыни, которая живет в своем устоявшемся за века режиме, в моем сердце крепнет уверенность в том, что наш поход на север увенчается успехом, и я еще увижу эти стены и башни.
Кстати, насчет похода, а по сути, диверсионного рейда против одного из родов племенного сообщества Десять Птиц, которое мигрирует в нашем направлении с северо-востока, и сейчас остановилось вблизи горы Анхат. В любом случае драка с северянами будет кровавой и жестокой. И драться с врагом придется в полную силу и с использованием всех магических артефактов и одноразовых боевых энергокапсул, которые у нас имеются.
Против нас будет несколько тысяч северян, в большинстве своем отличных воинов с превосходным оружием и опытными командирами. А что сможем противопоставить им мы? Если смотреть по бумажному списку, который сегодня составил командир нашего сводного (точнее сказать, сбродного) отряда полковник Аугусто Нии-Фонт, мы представляем из себя весьма серьезную силу.
Сначала основной ударный кулак. Двести самых лучших дружинников герцога Гая. Двести элитных конных егерей из армии его батюшки великого герцога Ферро Канима. Две сотни гвардейцев графа Андро Тегаля. И еще две сотни дружинников от протекторов северного пограничья — сотня бойцов барона Алекса Хиссара и сотня воинов графа Уркварта Ройхо (для тех, кто со мной пока еще не знаком, это я собственной персоной). Ну и тридцать столичных чародеев под предводительством знаменитого и весьма авторитетного жреца Алая Грача. А помимо этого имеется полсотни добровольцев под общим руководством старого барона Солэ Анхеле и пять магов от разных феодалов: от меня, Хиссара, герцога Куэхо-Кавейр и графа Тегаля. Итого получается восемьсот пятьдесят конных воинов и тридцать шесть чародеев. В каждом подразделении есть запасные верховые и вьючные лошади, походная кузница, месячный запас продовольствия, магические эликсиры и боевые энергокапсулы, а у командиров артефакты самого разного назначения и подробные карты местности, по которой мы будем передвигаться.
Однако бумага это одно, а реальные факты совершенно другое. И если пристальней посмотреть на сегменты нашего воинского формирования в отдельности и присмотреться к командирам, кстати сказать, я это уже сделал, а затем собрать воедино все впечатления и взглянуть на общую картинку со стороны, все не так уж и хорошо. Да что там не хорошо? Все весьма и весьма погано.
Во-первых, каждый отряд нашего соединения состоит из воинов, которые вместе никогда не воевали. Поэтому между ними не налажено взаимодействие и пока нет четкого понимания того, кто и за что отвечает. Слишком малый срок был всем нам выделен на сборы и подготовку к походу. И хотя совершенно ясно, что в дороге многое утрясется, к тому времени, когда мы подойдем к зимней стоянке наших противников Океанских Ястребов и атакуем их, готовность воинов и магов все равно будет не на высоте.
Во-вторых, есть проблема с личным составом. Егеря великого герцога это молодежь из учебки, сильные крепкие парни, которых тренировали и готовили на совесть, но они не имеют боевого опыта. На две сотни воинов только полтора десятка сержантов, надо сказать, сплошь залетчиков, и молодые лихие сотники из не самых знатных семей, побывали на войне. Так что, на боже, что нам негоже. И если эти егерские сотни сгинут в пустошах, то никто за них отчета не спросит. Та же самая беда с гвардейцами Тегаля, дружинниками Куэхо-Кавейр и столичными магами. И получается, что на кого можно всерьез рассчитывать, так это на моих партизан, сотню Хиссара, которая укомплектована ветеранами из армии покойного великого герцога Эрика Витима, на десяток чародеев поопытней и Алая Грача.
В-третьих, меня смущает то, что каждый командир преследует какие-то свои цели, и я не все понимаю. Со мной все просто. Мой сюзерен Гай Куэхо-Кавейр желает остановить противника на дальних подступах к герцогству. Пусть не уничтожить его, но хотя бы серьезно ослабить и за счет этого выиграть время и подготовиться к тому, чтобы достойно встретить врага. Мне его позиция близка, так как не хочется зимой биться с суровыми северными вояками, которые пожалуют в наши земли. И поэтому я за рейд, пусть опасный и рисковый, но стремительный, неожиданный и с хорошими шансами сделать то, что задумано. С моим бывшим сослуживцем, лейтенантом гвардии Алексом Феем, с недавних пор бароном Хиссаром, тоже все ясно. Он получил земли, титул и почетное звание протектора, а значит должен хорошо себя зарекомендовать и тоже не жаждет видеть на своей земле налетчиков. А вот с другими руководителями отрядных сегментов все очень и очень непросто.
Например, взять нашего командира полковника Нии-Фонта. Он получил приказ и как полагается фанату военной службы и кадровому офицеру вооруженных сил семьи Канимов добьется его выполнения любой ценой. При этом полковника не сильно заботит сохранность рядовых воинов, тем более чужих. Для него главное это достижение цели. И он уверен в том, что продовольственные склады врага будут уничтожены. А после этого он вернется назад и доложит о том, что все исполнил в точности, как ему и велели. Ну, а один он доберется до границы герцогства или с ним будет кто-то еще, это уже неважно. Такова его жизненная позиция, которую он особо и не скрывает.