Ребенок убегает.
ИЗВЕКОВ (начинает говорить под сочувственными взглядами Одинокой и Интеллигента). Вот смотрю я — проспект новый построили. Как раз по нашим любимым лужам и сараям!.. Знаете, я хочу вновь потолкаться по издательствам… Отчего ж не потолкаться, если есть деньги? Это без денег художник обречен. Кроме того, я уверен, что смерть Актера откроет общественности глаза! (Через силу улыбнувшись и стараясь объяснить свою улыбку.) Ничего не поделаешь — технология обогнала искусство. А обогнав, тут же заговорила об изобилии! Люди придумали электричество, вернее, открыли его в природе, но разве стали они от этого счастливее? Зато появились какие-то ВООБЩЕСТВЕННЫЕ науки!.. Искусство же, как наука о бессмертии человеческой души, никогда всерьез не относилось к изобилию! Оно всегда помнило, что человек рожден для того, чтобы «…в поте лица своего зарабатывать хлеб свой», и теперь ему, искусству, не ясно, что оно будет делать при изобилии? С другой стороны, история как будто не помнит общества, напрочь лишенного культуры!.. Наверное и вправду нужно потолкаться по издательствам. Может быть, есть какой-нибудь способ открыть безгонорарный журнал?.. К сожалению, от всего космоса образов в голове у меня осталась одна-единственная голая фраза: «Ночью, когда сердце ведет свой бесконечный монолог…» Наверное ее можно развить, дополнить, расчистить для нее в душе место… И еще совершенно необходимо влюбиться! Но как трудно это сделать! Как трудно найти человека! Впрочем, совершенно неясно: сохранит ли будущее такие вещи, как, например, несчастную любовь? страх смерти? одиночество? — все то, что составляет горечь жизни и из чего рождается ее поэзия. Если нет — мы должны все месте пойти по издательствам! Пойти и сказать: нас пять человек. Мы маленький народ. Поэзия — это солнце, которое греет наши серые души. И пусть оно никогда не погаснет! Мы!.. (Не договаривает, потому что видит вернувшегося Ребенка.) Что? (Пауза, в которой Извеков смотрит на окружающих.) Товарищи!.. Видимо, произошла неприятность, которой я как раз и боялся!.. Но все еще можно исправить! (Пауза.) Разве вы не допускаете мысли, что человек мог попросту не дождаться? Что случилось? Вы что?!!
ПРИЛИЧНО ОДЕТЫЙ (простодушно). Наврал.
ОДИНОКАЯ. Не может быть! (Извекову.) Вы, значит, с поэзией, а мы тогда по-вашему кто?..
ИНТЕЛЛИГЕНТ. Свиньи!
СТАРИК. Поэт? Это что еще за должность такая?!
ПРИЛИЧНО ОДЕТЫЙ (негромко). Вяжи его!
ИЗВЕКОВ. Товарищи! Вспомните! Ведь было время, когда люди попросту верили друг другу! Оно!.. Това!.. (Исчезает за грудой тел.)
ОДИНОКАЯ. Пуся! (Подзывает Ребенка, Интеллигенту.) Пошли. (Оборачивается к Старику и Прилично одетому.) Очередь в кассу для вас мы займем!
У светофора появляется Девушка. Ждет разрешающего сигнала светофора.
ИЗВЕКОВ (кричит). Я здесь! Не уходи! Ты слышишь?! Я не виноват! Что бы тебе ни говорили, я ни в чем!.. Ты ждала?!
ИНТЕЛЛИГЕНТ (подходит к Девушке). Знаете его?
ДЕВУШКА (пугается). А что случилось?
ИНТЕЛЛИГЕНТ. Знаете или нет?
ИЗВЕКОВ (кричит). Помнишь, я тебе читал? — «Не для житейского волненья, не для корысти, не для битв!..» Они меня за жулика приняли! Но я боюсь не за себя! Я боюсь, что они не поверят в справедливость!
ДЕВУШКА (Интеллигенту). Целый день хожу и гадаю: другие мужчины до него запросто… А с ним мы всю ночь по парадным, как школьники… Он что, действительно жулик?
ИЗВЕКОВ (кричит). Я адреса своих друзей искал, дура!!
ОДИНОКАЯ (Девушке). Я извиняюсь, вы не мимо магазина шли? Не мимо «Тринадцатого»? Очередь за пособием большая?
ДЕВУШКА. Очередь стекла бьет! Слышите? (Обращает внимание собравшихся на неясный зловещий гул. Отвечая на немой вопрос Одинокой.) Обворовали «Тринадцатый»! Кассу сняли. Не больше часа назад. Говорят, какой-то мужчина!.. (Идет к переходу, ждет разрешающего сигнала светофора.)
ПРИЛИЧНО ОДЕТЫЙ. Родному отцу загляни в глаза — и там жулик сидит. Причем такой, рядом с которым чувствуешь себя просто неполноценным! Нужно звать народ.
ИНТЕЛЛИГЕНТ (он долго сдерживался). Сами справимся. Бей!
Загорается зеленый сигнал светофора. Извекова начинают бить. Девушка уходит по переходу. На шум появляется Милиционер.
МИЛИЦИОНЕР. Кого задержали, товарищи?
Товарищи (поднимают шум, в котором можно разобрать отдельные фразы):
— Политический, товарищ милиционер!
— Престраннейший тип!
— Тип такой, что будь здоров! Прямо скажем, подозрительный! Он тут такого наговорил!..
— Наговорил-то он, положим, все правильно. Но вот общее впечатление!.. М-да.
— Да вы что!? Впечатление тут ни при чем!
— Да? А что же тогда по-вашему причем? За что же вы его задержали?
— За то, что он тут наговорил!
— Да? А что он такого наговорил?
— Заткнитесь вы все! Я скажу!..
— Вот бы никогда не подумала!..
МИЛИЦИОНЕР (дав всем выговориться). Разберемся! (Извекову.) Па-апрошу документы! (Извеков достает документы, Милиционер их листает. Тихо.) Поэт Извеков? А ведь мы вас третий день разыскиваем! Где вы остановились? Наши люди потеряли ваш след на вокзале. Оркестра, как вы должно быть заметили, не было, но начальник отделения захватил магнитофон…
ИЗВЕКОВ (отчаянным шепотом). Они мне не верят! Я перевел старика через улицу — они думают, что я хотел над ними возвыситься! Я не взял взятку — они уверены, что я не взял ее с умыслом! И нет никакой возможности ничего доказать!
МИЛИЦИОНЕР (помолчав). Скверно. Читаете, наверное, газеты?.. Есть. Есть такая возможность. Только попрошу без аллегорий! Отнимите кошелек…
ИЗВЕКОВ (он опешил). Но… зачем?!
МИЛИЦИОНЕР. Потому что ваше… искусство должно быть ему понятно. Иначе он вам не поверит. А нам не поверит тем более. Кошелек мы потом вернем.
ИЗВЕКОВ (подумав). Другой возможности нет?
МИЛИЦИОНЕР. Не хочу ставить и вас и себя в ложное положение. И поэтому буду ждать вас за углом, возле «Тринадцатого», чтобы проводить вас к месту вашего дальнейшего творчества. (Отвечая на немой вопрос Извекова.) Он волнуется! Слышите? (Обращает внимание Извекова на зловещий усилившийся гул.) Будем откровенны: силами одной милиции нам с ним не справиться. Чтобы он не бил друг друга и всех подряд, у него должен быть свой пророк! (Возвращает Извекову документы, протискивается между собравшимися.) Разрешите!.. (Прилично одетому.) А ваше лицо мне подозрительно знакомо. Нет? И все-таки попрошу вас попозже заглянуть ко мне в отделение! (Уходит.)
ИНТЕЛЛИГЕНТ (после паузы). Отпустил!
ОДИНОКАЯ (она опять поражена). Что он вам сказал? Боже мой, у вас все лицо в крови!.. (Достает из сумочки носовой платок.)
ИНТЕЛЛИГЕНТ (Прилично одетому). Как вы думаете, он и меня запомнил? (Извекову.) Я от вас дальше всех стоял!
ОДИНОКАЯ (Интеллигенту). Да? А кто первым крикнул «бей»?!
ИНТЕЛЛИГЕНТ (Одинокой). Ты… что? Я в переносном смысле! (Прилично одетому.) Вы подтвердите? Вам ведь все равно не отвертеться, а мне?..
ПРИЛИЧНО ОДЕТЫЙ. Деньги вперед!
ИНТЕЛЛИГЕНТ (шарит в карманах). Вся дневная выручка… Вот! (Отдает деньги Прилично одетому. Старику.) А вы хороши! Не чувствуете, кого хватаете! Самого бы вас теперь!.. (Замахивается.)
ИЗВЕКОВ. Стойте! Все к чертовой матери сейчас опять запутаете!.. Ну что вы так смотрите? Да я такой же обыкновенный человек, как и вы. Только поэт. Честное слово! (Освобождается от пут.) Безмолвствуете!.. (Пауза, в которой Извеков смотрит на окружающих и видит в их глазах страх, восхищение, недоверие и насмешку.) Ладно, где там у вас кошелек?..