КУДЕСОВ (Второму актеру). Помолись за них.
ВТОРОЙ АКТЕР. Не могу.
На сцене появляются еще герои — продюсер Кон, его охранники и Соавтор. Все они сменили охотничьи костюмы на другие — возможно, они в одинаковых кожаных пальто или в полувоенных гимнастерках и брюках с галифе. Так могут одеваться иные политические функционеры радикального толка.
Охранник Кона. Вот, папа. Вот они все. Взяли с поличным.
КОН. Я знал, где вас нужно искать. Я знал, что вы побежите к Шарковскому. И не ошибся.
Второй охранник заглядывает Сергею Арсеньевичу в лицо, щупает пульс.
ВТОРОЙ ОХРАННИК. Спит.
ПЕРВЫЙ ОХРАННИК. Вечным сном.
Второй охранник подбирает шприц, оставленный Травести, и показывает его Феликсу Ильичу. Кон понимающе кивает.
СОАВТОР (Кудесову). Феликс Ильич считает, что Иов может сам обучать своих сыновей приемам единоборств, и тогда в финале закономерно напрашивается его поединок с сатаной.
КОН (Соавтору). Перестань. Ты что, не видишь, что это уже не имеет никакого значения?!
ТРАВЕСТИ. Господи! И так же все само собой пропало, а вы еще пляшете на пепелище.
КОН (саркастически). Мышонок.
Охранники отбирают у Травести рукопись Кудесова и передают ее Кону.
ПЕРВЫЙ ОХРАННИК. И из-за этого сыр-бор?!
ВТОРОЙ ОХРАННИК. Какие-то листочки.
КОН. Вы оба в этом ничего не понимаете.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Эти материалы нужно изучать. Их можно взять на вооружение.
КОН. Попрошу без комментариев.
ТРАВЕСТИ. Феликс Ильич, я прошу вас… Кудесов потратил на эту работу… (Кудесову.) Господи, да почему же ты сам молчишь?!
ПЕРВЫЙ АКТЕР (Травести). Да хватит тебе.
КОН. Так, Кудесов. А теперь послушайте меня. Вы сами прекрасно знаете, что связаны со мной некоторыми недвусмысленными обязательствами. Вы помните, что между нами был заключен договор. Условия его вы не выполнили. Более того: за моей спиной вы вели вашу грязную игру. Я думаю, вы не можете сказать того, что я не был щедр по отношению к вам. Но я и сейчас мог бы пойти на какие-то уступки, если бы вы были хотя бы чуть-чуть сговорчивее, хотя бы немного корректнее. А так… Кудесов, я вам не завидую. Я затаскаю вас по судам. Мои юристы будут унижать вас, будут над вами глумиться. Каждая написанная вами ваша строчка будет моей. Вы, Кудесов, будете сидеть в тюрьме до тех пор, пока ваши долговые обязательства передо мною не будут полностью погашены, а это произойдет нескоро, очень нескоро.
СОАВТОР (Кудесову). Ты в этой жизни ничего не понял, не хотел понять, да и понимать было нечего.
ТРАВЕСТИ. Господи, что же делать? Что делать?
ВТОРОЙ АКТЕР. «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя…»
Внезапно сверху спускается нечто ослепительное и величественное, слышится непродолжительное шипение, как будто включается некий часовой механизм, и разносится громоподобный и победоносный голос.
ГОЛОС. Кудесов будет свободен, ибо художник прозревает истину, которую возносит к чертогу Творца своего!
Все присутствующие, пораженные зрелищем, на мгновение отступают.
ПЕРВЫЙ ОХРАННИК. Что это?
ВТОРОЙ ОХРАННИК. Вот чучело!
ТРЕТИЙ АКТЕР. Это Deus ex machina.
ТРАВЕСТИ. Бог из машины.
ВТОРОЙ АКТЕР. «Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле».
КОН. Это что, тот самый ваш прокаженный? (Второму актеру.) Уродом был интереснее ты.
ГОЛОС. Через него дан был шанс миру, и мир его не использовал.
КОН. Тьфу ты, дерьмо!..
ГОЛОС. Куде… Куде…
Внезапно что-то щелкает, рвется, и то самое ослепительное и величественное вдруг рассыпается, рушится и становится заметным, что это всего лишь марионетка, из которой теперь торчат нелепые веревки, тряпки и проволоки.
КОН. Ну вот так.
ВТОРОЙ ОХРАННИК. Чучело.
ТРАВЕСТИ. Жаль.
КОН. Я сказал, а он слышал. Вот и все. (Уходит.)
ПЕРВЫЙ ОХРАННИК (Кудесову). Пошел!
Охранники уводят Кудесова. Актеры некоторое время топчутся на месте, потом неторопливо расходятся.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Обещали какой-то смысл, и где он?
ПЕРВЫЙ АКТЕР. Лучше и не спрашивай.
ВТОРОЙ АКТЕР. Кожа горит от этого грима.
ТРАВЕСТИ. Я так устала.
ВТОРОЙ АКТЕР. Да.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Мертвая хватка Всевышнего?.. Разве это была мертвая хватка?
ТРАВЕСТИ (Третьему актеру). Ой, слушай, перестань!..
ТРЕТИЙ АКТЕР. А-а, мне все равно.
ВТОРОЙ АКТЕР. Вот именно.
Актеры уходят, Соавтор тоже исчезает, причем никто, возможно, и не замечает, когда это происходит.
Остается один спящий Шарковский. Внезапно он вздрагивает и открывает глаза. Глядит перед собой.
ШАРКОВСКИЙ. Какой странный был сон.
Гонг.
Затемнение.
Сергей Носов
«БЕРЕНДЕЙ»
В целом комедия
Рюрик
Володя
Плюс — контролер, прохожий, полицейский, местный житель
Действие происходит в достаточно цивилизованной стране.
Пролог — в поезде. Потом — на станциях.
Пролог
Вагон. Не такой, как у нас. Входят Рюрик и Володя, обремененные сумками и складным столиком. Рюрик энергичен, Володя суетен — затаскивает тележку…
РЮРИК. Проходи, проходи, не стесняйся. Тяжесть какая. Давай, давай. (Помогает.)
ВОЛОДЯ. Ничего, я сам. (Осматривается.) Никак пустой?
РЮРИК. А тут в поездах никто не ездит. Тут у всех личный транспорт. Садись.
Усаживаются.
ВОЛОДЯ. Думал, не дотащу.
Поезд трогается.
РЮРИК. Дорого. Бензин дешевле.
ВОЛОДЯ (растерянно). Да?
РЮРИК. Это такие, как я, на поездах. А так дорого.
ВОЛОДЯ. Хорошо.
РЮРИК. Здравствуй, что ли. Мы с тобой так и не поздоровались… а? По-настоящему.
Обнимаются.
Сентиментальным стал.
ВОЛОДЯ. Скучаешь, наверное?
РЮРИК. Не то слово.
ВОЛОДЯ. Сильно скучаешь?
РЮРИК. Нет. Совсем не скучаю. Не то слово.
ВОЛОДЯ. Не скучаешь — «не то слово»?
РЮРИК. Не то слово, скучаю.
ВОЛОДЯ. Я и сказал, что скучаешь.
РЮРИК. Ты не то сказал. Не говори ничего. Не спрашивай.
Едут молча.
Ну как?
ВОЛОДЯ. Как?
РЮРИК. Понравилось? Или как?
ВОЛОДЯ. В смысле — что?
РЮРИК. В смысле — все. Ты же первый раз. Первое впечатление.
ВОЛОДЯ. Первое впечатление — ничего. Я еще не почувствовал.
РЮРИК. А мне сразу понравилось.
ВОЛОДЯ. У меня… сумки тяжелые — первое впечатление. Вагон пустой… Я еще не почувствовал. Я боялся, ты меня не встретишь… Тяжесть такая…
РЮРИК. За кого же ты меня принимаешь, Володька? «Не встречу»… Тут даже воздух другой.
ВОЛОДЯ. А далеко ехать?
РЮРИК. Не очень. Ну давай, рассказывай. Как твои?