– Ну и что?
– Старики плохо спят. Бабуля говорила, что это место – как какой-нибудь отель в Вегасе. Всегда кто-то подсматривает, потому что кто-то обязательно не спит.
– Я не пытаюсь спорить с тобой, – сказал Фэллон. – Но ведь компьютер пропал, и объяснений тому может быть несколько. Наиболее вероятное – то, что его попросту украли. И возможно, украл тот же управляющий или техник, или просто какой-нибудь вор.
– Ладно, – согласилась Изабелла. – Но ведь есть и другие предположения?
– Да, Изабелла, есть и другие версии. Но они не столь вероятны.
– Если только бабуля не жива.
Фэллон начал методично открывать и закрывать множество встроенных ящичков и шкафов, тянувшихся вдоль всех стенок трейлера.
– Если твоя бабушка жива, это меняет дело.
Она наблюдала, как он заглядывает в очередной ящик.
– Что ты ищешь?
– Что-нибудь, что может быть не на месте. Займись этим вплотную. Ты знаешь ее лучше всех. Оглянись вокруг. Сначала просто так, не пользуясь даром. Не упускай то, что тебе могут подсказать твои обычные чувства. Слишком много агентов, полагаясь на свои паранормальные таланты, пропускают очевидные улики.
– Приму к сведению. – Изабелла открыла шкаф под раковиной и, заглянув, нашла там полупустую бутыль жидкости для мойки посуды. – Знаешь, а ведь то, что миссис Рэгсдейл говорила о фотографиях, как-то странно звучало.
Фэллон задвинул какой-то ящик и заглянул под висевший на стене календарь.
– Что же странного?
– Потому что в нашей семье никто никогда не фотографировался. – Изабелла вдруг ощутила подступившие слезы. – И у меня нет ни единого снимка родителей или бабушки.
Фэллон не выразил сочувствия. Он все еще изучал календарь.
– Я могу понять, что такой стойкий приверженец теории заговоров, как Часовой, не стала бы заводить семейных альбомов, особенно в наши дни, когда снимки могут попасть в Интернет.
Изабелла смахнула слезы тыльной стороной ладони:
– Вот и бабуля так говорила.
– Так о каких фотографиях она тогда упомянула?
– Понятия не имею. Если у нее и были здесь в трейлере фото, то она никогда мне о них не говорила. – Изабелла закрыла еще какой-то шкаф. – Ничего не вижу здесь необычного или не на своем месте, Фэллон. Кроме пропавшего компьютера, разумеется.
– Хорошо, давай тогда используй свое зрение искателя. Твоя бабушка знала о твоем даре. Если она что-то спрятала и хотела оставить подсказку, то скорей всего ту, которую можно обнаружить твоими сверхспособностями.
Изабелла осторожно открыла второе зрение. Бабушкина секретная натура напустила в трейлере туман один слой за другим. Но большая часть тумана пребывала в спокойной, серой зоне.
Исключение составляла горячая дымка, клубившаяся вокруг настенного календаря. Изабелла присмотрелась поближе.
– Календарь в горячем тумане, – сообщила она.
– Не тот месяц, – заметил Фэллон. – Он должен показывать месяц, когда твою бабушку увезли в больницу.
Изабелла почувствовала, как подскочил пульс.
– Возможно, она написала что-то важное на какой-нибудь дате.
Фэллон встал прямо перед календарем, Изабелла присоединилась к нему. Они изучали красочную глянцевую фотографию полосы пляжа, на который обрушивались волны. В центре снимка была большая странной формы скала. Ветер и приливы превратили камень в подобие грубо вытесанной арки.
– Не понимаю, – недоумевала Изабелла. – Самый обычный для календарей пейзаж. Хотя скала немного странная.
– Да, – согласился Фэллон. – Скала необычной формы.
– Я видела такие скалы на пляже в Санта-Крузе.
– Это не Санта-Круз, – вдруг сказал Фэллон.
Он потянулся к кнопке, которой был пришпилен календарь к стене.
Снаружи раздались голоса. Миссис Рэгсдейл с кем-то разговаривала.
– Она только что появилась здесь, – говорила пожилая женщина. – Вовремя, если вы хотите знать мое мнение. Уже месяц миновал, как ушла Бернис.
– Каждый переживает потерю по-своему, мэм, – раздалось в ответ.
Изабелла похолодела.
– Фэллон, – прошептала она.
Тот сложил календарь, запихнул его в карман куртки и вынул пистолет.
Раздался короткий стук в дверь, а за ним – низкий, леденяще знакомый мужской голос.
– Я знаю, что вы там, Анджела, и что с вами Джонс. Я не вооружен и один. Откройте дверь. Нам нужно поговорить.
– Ты узнаешь этого парня? – стараясь говорить тихо, спросил Фэллон.
– Это мой старый босс в «Лукан Протекшен Сервисис» Джулиан Гарретт. Когда я у них работала, то пользовалась именем Анжела Десмонд. Именно Джулиан подставил меня и послал тех двух бандитов похитить меня в Фениксе.
– Вот и пришла пора выйти на сцену парню из ремонтной компании, – подытожил Фэллон.
Глава 27
Фэллон открыл дверь трейлера, убедившись, что миссис Рэгдейл со своего места не видит его оружие. Зато недвусмысленно продемонстрировал его человеку, стоявшему на ступеньках перед дверью.
– О, черт, – произнес устало покорным тоном Джулиан Гарретт. – Спокойно. Я просто хочу поговорить с Анжелой. Клянусь, она все не так поняла. Никто не пытается ей причинить вред.
– Вот и хорошо, – заметил Фэллон. – Потому что тот, кто хоть пальцем коснется ее, завтра проснется мертвым.
Джулиан был одет в зеленую спецовку и брюки, рабочие ботинки. На кармане красовался логотип ремонтной компании «Дезерт Сан мейнтененс». Выглядел бывший шеф Изабеллы на все свои тридцать пять лет. Серые глаза, высокие скулы и резкие черты лица делали его похожим на одинокого волка. Атмосфера вокруг Гарретта была насыщена мощной энергией.
– Уверяю вас, последнее, что хотел бы от меня мой босс, это опустить топор «Тайного общества» на свою шею, – заверил Джулиан.
Изабелла, встав позади Фэллона, сверлила Гарретта взглядом:
– Сейчас меня зовут Изабелла Вальдес, и если вы не хотели мне вредить, то какого черта послали каких-то головорезов схватить меня в Фениксе?
Джулиан многозначительно оглянулся через плечо, потом понизил на тон голос:
– Признаю, что вышло из рук вон плохо. Мои люди получили задание забрать вас и только. Послушайте, я все могу объяснить. Не возражаете, если я войду? Не хочу, чтобы это звучало так мелодраматично, но на кону дело, касающееся национальной безопасности.
– О, не вешайте мне лапшу на уши, – возмутилась Изабелла.
Джулиан сжал губы. И перевел взгляд на Фэллона.
– «Отдел А» делал кое-какую работу для весьма секретных спецслужб. В точности, как и «Джи энд Джи».
Изабелла повернулась к Фэллону:
– Ты никогда не говорил мне, что мы работаем на федералов.
– Такой работы мы стараемся избегать, – терпеливо пояснил он. – Но известно, что определенные агентства мы консультируем.
– «Мы консультируем». – Джулиан скривил губы в невеселой усмешке. – Прекрасный выбор фразы. Ну, так такие же вот консультации проводит в «Лукан» и «Отдел А». Именно об этом здесь и речь. – Он взглянул на Изабеллу: – Дайте мне пять минут. Это все, что я прошу.
Фэллон не спускал с него глаз:
– Что ты думаешь, Изабелла?
– Ну, – ответила она, – полагаю, мы не можем вот так просто взять и застрелить его перед миссис Рэгсдейл. Не пройдет и двадцати секунд, как новость разнесется по всему парку. А потом еще проблема, куда девать труп.
Джулиан поморщился.
– Ты права, – согласился Фэллон. Он поймал себя на том, что начинает испытывать какое-то извращенное удовольствие. – Наверно, лучше застрелить его в другом месте, где не будет свидетелей.
– Где-нибудь далеко отсюда в пустыне, – резонно предложила Изабелла.
Джулиан сжал челюсти:
– Очень смешно. Пять минут. Вот все, что я прошу.
Изабелла отступила на шаг:
– Ладно. Ему тут в Корте тоже не очень-то развернуться. У него та же самая проблема: слишком много свидетелей.
– И то правда, – согласился Фэллон. Он отодвинулся, но держал пистолет наготове. – Пять минут, не больше.