Этот участок пути был самым опасным. Немецкие подводные лодки шныряли здесь повсюду. Амундсен приказал приготовиться на случай нападения: спасательные лодки могли быть спущены в любую минуту, в лодках лежал двухнедельный запас продовольствия и тёплая одежда.
Всё обошлось благополучно: «Мод» прошла через опасную зону и вскоре достигла Югорского Шара.
Как всегда перед очередной своей экспедицией, Амундсен старательно собирал все материалы, добытые предыдущими путешественниками о данной местности. Теперь он вступал в область, где уже несколько столетий плавали на своих судах русские люди. Русские стали осваивать Арктику очень давно – начиная с XV века. Уже в XVII веке они знали почти всё побережье от Мурманска до Берингова пролива. В 1648 году русский мореход Федот Алексеевич Попов и якутский казак Семен Дежнёв первыми прошли на судне из Ледовитого океана в Тихий, доказав тем самым, что Азия отделена от Америки проливом.
В 1725 году, при Петре I, была снаряжена большая северная экспедиция Беринга для обследования берегов Восточной Сибири. Беринг провел две экспедиции, он и его спутники собрали огромный научный материал. Русские мореходы братья Лаптевы, Чириков, Прончищев, Малыгин, Челюскин обследовали северные берега Азии и Карского моря до Берингова пролива. По мысли гениального русского учёного Ломоносова была снаряжена экспедиция для нахождения кратчайшего морского пути из Белого моря в Тихий океан. Экспедиция кончилась неудачей – парусные суда не смогли преодолеть труднейших льдов. И впервые северо-восточный путь был пройден лишь в 1878-1879 годах экспедицией шведа Норденшельда.
В 1912 году из Баренцева моря отправились две экспедиции: Русанова на «Геркулесе» и Брусилова на «Святой Анне». Их целью было найти удобный путь в Тихий океан.
Обе экспедиции пропали без вести. Лишь со «Святой Анны» вернулись в 1914 году двое – штурман Альбанов и матрос Кондрат. Они покинули судно на 83° северной широты и с большими трудностями добрались до Земли Франца Иосифа. Отсюда их доставила в Архангельск шхуна экспедиции Георгия Седова «Святой Фока».
Экспедиция лейтенанта Георгия Седова на «Святом Фоке» зимовала на Земле Франца Иосифа. Седов пытался достичь Северного полюса пешком, в сопровождении двух матросов, но умер в пути. Его дневник матросы принесли на шхуну.
В 1914-1915 годах два русских судна – «Таймыр» и «Вайгач» – под командой капитана Вилькицкого прошли из Тихого океана в Белое море.
Русские проявили любознательность, храбрость, выносливость, изучая земли и моря своей родины. Это были бесстрашные путешественники и исследователи. Многие из них знали языки народов, обитавших на северных окраинах России, хорошо были знакомы с их бытом. Амундсен понимал, что для успеха дела ему понадобится опытный, знающий Север помощник. Среди русских моряков таких людей было немало.
С одним из них – Геннадием Олонкиным – Амундсен встретился в Югорском Шаре. Олонкин был радистом. Помимо родного русского языка и английского, он знал языки северных народов. Амундсен пригласил Олонкина принять участие в экспедиции. Через Олонкина он всё время получал потом сообщения русских радиостанций.
Из Югорского Шара «Мод» пошла дальше в Карское море.
Начинался трудный и далёкий путь по северо-восточному проходу вдоль северных берегов Азии.
Три зимовки
![Руал Амундсен image136.png](https://litlife.club/books/163833/read/images/image136.png)
Только трём экспедициям удалось до этого времени пройти северо-восточным проходом: первой экспедиции Норденшельда на «Веге» и «Лене»; второй – Нансена на «Фраме», и третьей – Вилькицкого и Толля на «Заре», «Таймыре» и «Вайгаче». Яхта «Мод» была седьмым кораблём, которому предстояло совершить этот путь.
Небольшая, отлично построенная и великолепно снаряжённая, она, казалось, должна была пройти путь без больших затруднений.
Но... бывают годы сильных морозов, очень низкой среднегодовой температуры, и тогда плавание во льдах становится очень трудным. Полярники говорят: «тяжёлые льды». Амундсен встретился именно с такими тяжёлыми льдами.
Понадобился целый месяц, чтобы пройти Карское море.
1 сентября «Мод» подошла к острову Диксон. Тут были приняты на борт дополнительные запасы горючего, и яхта двинулась дальше. 9 сентября, она миновала мыс Челюскин – самую северную точку Азии, а четыре дня спустя у восточного берега Таймырского полуострова попала в непроходимые льды и остановилась. Местность малоподходящая для зимовки: плоский берег и рядом два небольших островка, едва возвышавшихся над уровнем океана. Никакой защиты ни от суровых ветров, ни от льдов. Однако выбора не было. Пришлось остановиться здесь, около этих небольших островков, в надежде, что они спасут яхту от напора льда.
Яхту поставили в ста пятидесяти метрах от берега, где участники экспедиции и решили построить два домика: один для собак и другой для обсерватории.
30 сентября оба домика были закончены, а когда наступили сильные холода и метели нанесли горы снега, экипаж принялся строить вокруг яхты снеговую и ледяную стены, чтобы защитить её от суровых ветров. Стена была возведена вровень с палубой, в одном месте сделали пологий спуск с яхты на лёд и вместо перил протянули канат.
Казалось, всё обещало благополучную зимовку.
Как всегда на зимовках, Амундсен в определённый час выходил на прогулку, считая, что такая прогулка необходима для поддержания здоровья.
В одно октябрьское утро он вышел на палубу, где его встретила любимая собака. Амундсен взял её на руки. В это время на него налетела другая собака, Якоб, и, ласкаясь, с такой силой толкнула его лапами в бок, что Амундсен полетел вниз головой с высоты более трёх метров прямо на лёд и почти потерял сознание от дикой боли. Вистинг бросился к Амундсену, поднял его, помог подняться на судно. Когда-то Вистинг обучался уходу за больными. Осмотрев Амундсена, он нашёл у него перелом плеча. Боль была настолько острой, что Амундсен не выносил никакого прикосновения к плечу, однако Вистингу всё же удалось прибинтовать руку к туловищу больного, и он заставил его пролежать восемь дней в постели.
Но люди сильной воли умеют побеждать боль. Это правило Амундсен внушал себе с детства. Через две недели он уже бродил с перевязанной рукой по палубе, а ещё через неделю стал спускаться на лёд и совершать обычную ежедневную прогулку.
8 ноября он вышел на палубу рано утром, когда было ещё темно. Ласково повизгивая, подбежал к нему Якоб. Вместе с ним Амундсен спустился на лёд и остановился у носа яхты. Якоб весело побежал вперёд и скрылся в полумраке. Вдруг Амундсен услышал какой-то свист. Это дышала мчавшаяся со всех ног собака. Вслед за ней из темноты вынырнула громадная белая медведица с медвежонком. Увидев человека, она остановилась и от удивления присела на лёд, как раз возле спуска. Несколько мгновений Амундсен и медведица смотрели друг на друга. Никакого оружия при нём не было, да к тому же одна рука висела на перевязи. Он бросился бежать на палубу. Медведица одним скачком догнала его и тяжёлым ударом лапы сбила с ног. В это мгновение на медведицу налетел Якоб. Медведица повернулась к нему, погналась за ним... Амундсен вскочил на ноги и вбежал в каюту.
«На этот раз гибель моя была совсем близка – ближе, чем когда-либо в моей жизни», – записал отважный путешественник в своих воспоминаниях об этом событии.
Медведица когтями оцарапала ему спину. Раны на спине были несерьёзные, но в плече снова появилась резкая боль и рука висела как плеть. Он не мог держать карандаш.
По нескольку раз в день он садился на стул и, плотно прижавшись к спинке, левой рукой поднимал правую, больную руку вверх, сколько мог. Боль была невыносимая. Однако Амундсен упорно повторял упражнение раз за разом. Месяца через два он уже мог поднять правую руку до лица, а ещё через некоторое время рука, по его собственным словам, «пришла в порядок». Только что же это был за «порядок»? Да, рука вполне действовала. Однако когда два года спустя в Сиэтле врачи сделали рентгеновский снимок плеча, они были чрезвычайно изумлены: плечо срослось совсем неправильно – рука не должна бы действовать. Тем не менее она действовала, двигалась, как вполне здоровая. Силой воли Амундсен заставил её действовать.