— Сам Волдеморт ещё не вышел из-за спины Люциуса. Но его рука чувствуется: Малфой спешно подписал указы о назначениях своих ближайших помощников на важные государственные посты и… подписал приказ о моем аресте.
— ЧТО?! — вскрикнули Гарри и Гермиона.
— Те же обвинения, что и Корнелиусу — нарушал правила управления школой, проводил антигосударственную пропаганду, в общем список можно продолжать сколь угодно долго — на пожизненный срок в особой камере Азкабана хватит.
— Но вы же можете сбежать из Азкабана! — воскликнул Гарри.
— Да, мой мальчик, если Волдеморт не придумал специально для меня систему охраняющих заклинаний. В любом случае, я не собираюсь сидеть и ждать, пока за мной явится отряд авроров. Я вынужден покинуть Хогвартс, но намерен продолжать борьбу.
— Но… что же делать нам, сэр? — испуганно спросила Гермиона. — Гарри, я боюсь теперь за него!
— Вы продолжайте учиться. Пока Хогвартс для вас — самое безопасное место. Несмотря ни на что, жизнь продолжается, а сколько продлится борьба с Волдемортом — никто не знает.
— Но как же Гарри может быть в безопасности здесь, если у власти Люциус Малфой? — в голосе Гермионы прозвучало отчаяние.
— Люциус сейчас будет занят укреплением своих позиций. Ты, Гарри, лично ему и его помощникам не мешаешь. Главная цель для Волдеморта — достичь власти, а уничтожить тебя — это уж потом. После стольких неудачных попыток покончить с тобой он будет осторожнее и изобретательнее. Никому другому убить он тебя не даст, на территории Хогвартса он находиться не может — здесь слишком высокий уровень защиты. Поэтому, что бы ни случилось, какие трудности не ждали бы вас, не покидайте Хогвартс и поддерживайте друг друга.
— Все будет плохо? — вытирая выступившие слезы, спросила Гермиона.
— Нужно верить в лучшее, даже когда будет совсем худо, — с мягкой грустью ответил Дамблдор.
Гарри потрясенно смотрел на старое, покрытое морщинами, лицо директора.
— Во всяком случае, вы можете рассчитывать на поддержку со стороны Нимфадоры, Минервы и Северуса. Другие учителя, хоть и не являются членами Ордена Феникса, думаю, тоже позаботятся о вас.
— Но если станет совсем невыносимо, я могу уйти в подполье вместе с вами и там продолжать борьбу? Ведь дом на площади Гриммо по-прежнему доступен только Ордену! — спросил Гарри.
— Конечно, можешь, но я не хотел бы, чтобы ты повторил судьбу своего крестного Сириуса.
Гарри расстроено провел руками по лицу. Неужели все так серьёзно?! Гермиона тихонько всхлипывала.
— И ещё, — стараясь сохранять в голосе спокойствие, произнес Дамблдор. — Отдайте мне ваши кольца…
— Почему? — подняла на него глаза Гермиона.
— Я боюсь, что у вас отберут их, чтобы попытаться разрушить ваш брак, потому что твоя сила и магическая мощь, Гарри, зависит от твоих отношений с Гермионой. Я сохраню ваши кольца до лучших времен. Вы же … берегите друг друга… Что бы не происходило.
Суббота прошла в атмосфере растерянности и недоумения. Никто толком не знал, почему в коридорах школы появились авроры, а возле входа в кабинет директора ещё и дементоры. Поползли самые разнообразные слухи, но ясно было одно — директор Дамблдор покинул Хогвартс. Гарри ожидал, что прибывший в школу новый начальник авроров (Гарри видел его раньше среди Упивающихся Смертью в Министерстве Магии, но имени его не знал) будет допрашивать его и не исключено, что при помощи сыворотки правды, но этого не произошло. Впрочем, Гарри не боялся — он не знал, где сейчас находится Дамблдор. Возможно, в доме Сириуса, но показать туда дорогу может только сам профессор Дамблдор. И Гарри мысленно восхитился мудростью и предусмотрительностью директора. Гарри попытался отвлечься от мрачных мыслей о будущем при помощи уроков и тренировок по квиддичу. К счастью, Рон заставлял свою команду летать бесконечно долго — в следующую пятницу должен был состояться матч со Слизерином.
— Я переживаю, кто теперь будет директором Хогвартса, — произнесла за ужином Гермиона. — Предчувствие и логика подсказывают мне, что не Минерва Макгонагал.
— Неужели кто-то из упивающихся? — охнул Рон. — Тогда мы пропали. Они же все придурки и маньяки.
— Управлять школой — это не над магглами издеваться, — возразила Гермиона. — тут нужен кто-нибудь поумнее, поизворотливее и, конечно же, с педагогическим опытом, ведь придется иметь дело с детьми и родителями.
— Тогда Снейп, — подал голос Гарри. — И вынужден сказать, что нам крупно повезет, если это будет так.
— А что, — глаза Гермионы блеснули надеждой. — Это был бы самый лучший вариант! И я надеюсь, что так и будет. Ведь тогда, — девушка снизила голос до шепота, — тогда становится понятно, почему Дамблддор предупреждал нас, что Хогвартс — самое безопасное место для Гарри. Как Снейп ни относится к тебе, Гарри, но вредить он не будет.
Воскресение прошло в ожидании понедельника и решения вопроса о новом директоре. Полдня Гарри провел на тренировке. Затем (под напряженным взглядом Гермионы) покатал на своей «Молнии» маленького Сириуса, который порадовал его тем, что назвал его «Эри». Нимфадора поблагодарила Гермиону за новые связанные вещи для Барсучка и пошутила, что не может за это поставить 10 очков Гриффиндору. Но Гермиона видела, что под улыбкой Тонкс прячет тревогу.
— Тонкс, — Гермиона отвела её в сторону, — что тебе известно о… том, что будет теперь в школе?
— Скрещиваю все пальцы и зажимаю талисманы, чтобы директором назначили Снейпа. Тогда есть надежда, что я продержусь здесь до конца учебного года и ЗОТИ не придет преподавать Белатрикс Лестранж, — со вздохом ответила Нимфадора.
— О нет, только не это! — испугалась Гермиона. — Она убила Сириуса! Гарри не удержится от мести и может погубить себя!
— Гермиона, я просто неудачно пошутила, — принялась успокаивать её Тонкс. — Беллатрикс назначили Управляющим Департамента по борьбе с волшебной преступностью. Хорошего, конечно, тоже мало, но эта должность от нас далека.
— Я не хочу, чтобы тебя уволили!
— Я сама не хочу. Во-первых, кто за вами присмотрит, а во-вторых, на что я с Волчиком и Сирей буду жить? Бедный Рем теперь точно не найдет себе работы.
— Вечернее преобразование, — Гарри стоял в своей комнате в старой одежде Дадли.
Гермиона приготовилась наблюдать за превращением.
— Как ты думаешь, Гермиона, старая одежда не превратится в потрепанные перья?
— Не должна. Твой сапсан должен иметь постоянный окрас, не зависящий от того, в чем ты преобразовывался, — ответила девушка.
Гарри глубоко вздохнул, закрыл глаза, сосредоточился.
— Отлично, Гарри! — Гермиона поаплодировала. Сокол сделал вокруг неё несколько кругов и сел девушке на плечо.
— Теперь можешь смело преобразовываться и при Снейпе, — Гермиона погладила крылья. — И если у него к тебе будут претензии, то попроси его показать, как он сам преобразовывается.
Сапсан вопросительно пискнул.
— Спорю на что угодно, Снейп ни за что не сделает этого при тебе. Потому что вряд ли его мышка красивая. А ещё он может занервничать и преобразоваться без какой-либо части одежды. При тебе! Нет, Гарри, он не согласится! Я точно говорю!
— А я боюсь, что не совладаю с инстинктами и съем его, — засмеялся появившийся Гарри. — Нет, ерунда забавная получается, я уже начал чистить свои перья! Пора мыться!
Гермиона тоже рассмеялась.
— Добби, иди спать туда, где спят все эльфы, — бодро приказал Гарри. Добби радостно поклонился и исчез.
— Из-за этих волнений мы так давно не были близки, — прошептала Гермиона в ухо Гарри.
— Виноват, — согласился Гарри, удобно устаивая голову на груди девушки.
— Нет, ты ни в чем не виноват. Я тоже уставала и чувствовала себя какой-то опустошенной все последние дни. Но профессор Дамблдор прав, мы должны быть вместе несмотря ни на что. Тебе хорошо сейчас?