— Да, — подхватил Рон. — Он призвал всех не читать этот «Волшебный голос», а ещё сказал, что это все неправда про твоих родителей, что они были очень даже нормальными и добрыми людьми! Что он там ещё говорил, Гермиона? Ну, говори, ты же умеешь чуть ли не дословно!
— Профессор Дамблдор сказал следующее, — важно кивнула Гермиона. — Про каждого человека можно написать такое, что можно только ужаснуться. Пусть каждый из вас представит, что нечто похожее написали про его родителей. Это отвратительно. Тем более по отношению к Гарри, который рано осиротел и знает о своем отце и матери только по рассказам друзей. Я не могу запретить вам читать «Волшебный голос правды», но я прошу вас игнорировать эту газету, выливающую грязь на ни в чем не повинных людей!
— Да, классная речь была. Даже этот хорек, — Рон с отвращением кивнул на слизеринский стол, — заелозил на месте и спрятал свой экземпляр под свою задницу!
— Все будет хорошо, Гарри, — Гермиона заботливо погладила его по плечу. — А сейчас поешь.
Гарри пододвинул к себе тарелку с супом и принялся за еду.
Возле выхода из Зала он заметил Малфоя в обрамлении Кребба, Гойла и Мелисент. Гермиона предупреждающе взяла Гарри за руку.
— О, а вот и наш бедный несчастный Поттер, — протянул Малфой. Его дружки заухмылялись. — Так твоя чокнутость передалась тебе от твоей мамаши? Как все запущено!
— Закрой рот, Малфой! — воскликнула Гермиона, крепче сжимая руку Гарри, чей взгляд стал спокойно-опасным.
— Я бы на твоем месте каждое лето проходил курс лечения у миссис Лунатички, как когда-то твоя грязнокровая мамочка! — поигрывая волшебной палочкой, продолжал издеваться Драко.
— Лучше бы ты молчал, Малфой, — спокойно предложил Гарри, и Гермиона испуганно на него посмотрела. — Иначе я тебе напомню кое-что про твою чистокровную мамочку. Спроси у своего папы, чем она занималась во время сходок его дружков, и после этого посмей мне ещё что-нибудь сказать про мою маму! — голос Гарри сорвался, и он замолчал, с ненавистью и отвращением глядя на Малфоя.
— И в следующем номере «Волшебного голоса» попроси Риту Скитер для разнообразия написать правду про своего отца! Номер выйдет — закачаешься! Придется вводить возрастной ценз! — добавила Гермиона. — Идем, Гарри!
Драко побледнел. Девушка быстро направилась к двери, а Рон растолкал оторопевших слизеринцев, чтобы удобнее было пройти.
Глава 26. Возвращение Добби
Вечером Гарри сидел над учебниками в гриффиндорской гостиной, отгородившись от всех самым мощным блоком, на который был только способен. Параграф по истории магии не хотел запоминаться ни под каким видом, более или менее получился конспект по трансфигурации, но самое страшное было впереди. Творческая работа по зельям: придумать самому рецепт несложного зелья от угревой сыпи. «Хорошо, что не охлаждающего», — Гарри мысленно усмехнулся. Да и рецепт этот, даже если его и придумать, вряд ли кто будет применять. Ну разве что для того, чтобы завести на своем лице новый вид сыпи, ещё неизвестный науке. Гарри потер лоб: голова не переставала болеть целый день, и к вечеру боль только усилилась. А ещё нужно идти на дополнительный урок по анимагии. Хотя, возможно, Снейп почувствует, что голова раскалывается, и отпустит. Нет, не во имя человеколюбия. Гарри снова фыркнул. А потому что не захочет так или иначе ощущать чужую боль. А с другой стороны — железобетонный блок выставит и ещё отчитает за то, что не упражнялся перед сном, как было велено на предпоследнем занятии. Нет, все-таки Гермиона — человек! Гарри благодарно посмотрел на неё, когда девушка положила перед ним свое сочинение про войну с великанами.
— Вот, почитай. И напиши что-нибудь наподобие, — сочувственно прошептала она. — Только так, чтобы Рон не увидел, а то тоже будет требовать дать списать. А почему это я должна ему давать списывать? Ведь у него нет таких проблем, как у тебя!
— Гермиона, — также шепотом ответил Гарри, — а не будет ли наглостью с моей стороны, если я попрошу тебя помочь придумать мне рецепт по зельям?
— Конечно, нет, — серьёзно ответила девушка, — только ведь Снейп сразу поймет, что ты не придумывал формулу, и накажет тебя!
— Он и так меня накажет, потому что я все равно ничего не придумаю сейчас, — Гарри устало провел рукой по лицу. — Голова раскалывается, а мне ещё к нему на дополнительное растерзание идти.
— Ладно, — Гермиона придвинула к себе кусок пергамента и принялась за работу.
Гарри благодарно вздохнул и поискал глазами Рона. Тот корпел над свитком, без конца ероша рыжие вихры. Гарри обвел взглядом гостиную. Многие сидели над учебниками, младшекурсники играли в разные волшебные настольные игры. Кто-то обменивался карточками из-под шоколадных лягушек, но ещё больше учеников тихонько переговаривались, поглядывая на Гарри и быстро отводя глаза, едва встречались с его взглядом. Возле Рона сидели Парвати и Лаванда. Даже сквозь мощный блок Гарри слышал, что они обсуждали статью в «Волшебном голосе правды».
— Так, — Рон вскочил. — Внимание, все сюда! Я, как староста, буду говорить!
Кто-то подошел, кто-то просто поднял голову или оторвался от своего занятия.
— Короче, если я ещё услышу, что вы обсуждаете этот долбаный «Голос правды», назначу наказание, ясно? — громко произнес Рон. — Все, что написали в сегодняшней статье про Гариных родителей — вранье, понятно?! И чтобы я не видел, что вы Гарри кости перемываете! Тебя это тоже касается! — он резко повернулся к строящей ему глазки Парвати.
— А мы с Лавандой как раз и говорили о том, какую ужасную несправедливость написали про Гарри, — невинно пожала плечами Парвати и переглянулась с подругой.
— Все, хорош про эту мерзкую газету! И если у кого увижу!.. В общем, тот будет иметь дело со мной. Все всё поняли? — Рон грозно обвел взглядом всех гриффиндорцев. — Всю эту гадость быстро кинули в камин!
Несколько школьников подошли к огню и бросили в него «Волшебный голос правды», но некоторые только мысленно проверили, надежно ли спрятан его экземпляр. Парвати обиженно поджала губы. «Рон сегодня в пролете», — услышал Гарри её ясную мысль. Гермиона фыркнула, с неприязнью глянув на девушку.
— Спасибо, Рон, — подсев к другу, поблагодарил его Гарри. — Не думаю, что это поможет, но…
— Чего это не поможет? Хватит бездействовать! Малышня, та вообще распоясалась! Вон та малявка-второкурсница пропищала, что ты на неё как-то не так смотрел! Ишь, начитались, мелюзга! Да я в их возрасте… другим интересовался! В общем, увидишь, Гарри, ещё как поможет!
— В любом случае спасибо, только, — Гарри устало усмехнулся, — ты, кажется, остался сегодня без Парвати.
— Что, не придет? — нахмурился Рон.
— Пока не планирует, — ответил Гарри.
— Ой, ну не хочет и не надо! Изголодается, сама прибежит! — Рон доверительно снизил голос до шепота. — Я не знаю, как твоя умная Гермиона, но Парвати ещё более озабоченная, чем я, — он захихикал.
— Гарри, — позвала Гермиона.
Он подсел к ней.
— Вот, я придумала, можешь переписать, — тихо произнесла девушка, косясь в сторону Рона.
— Гермиона, я тут какую-то ерунду придумал, проверь, а? — Рон пододвинул к ней свой пергамент.
— А волшебное слово? — Гермиона возмущенно посмотрела на писанину Рона.
— Пожалуйста, — подыграл ей Рон. — Я, между прочим, Гарри защищал, так что мне можно и уступку сделать!
Гарри быстро переписал формулу Гермионы, изо всех сил думая о том, что это он придумал сам. Может, поможет…
— Гарри, тебе пора, — напомнила Гермиона про урок анимагии.
Гарри вздохнул и, поставив свою сумку с книгами рядом с Гермиониной, вышел из гостиной.
— А чего, Снейп до сих пор его долбит блокологией? — сочувственно скривился Рон, глядя вслед уходящему Гарри.
— Да, — ответила Гермиона, начиная рыться в своей сумке.
— Так он уже вроде давно выучил её! Вон, прочитал в тех бесстыжих глазах, что я на сегодняшний вечер уволен! — Рон снова хихикнул, глянув на Парвати.