В течение восьми месяцев новый экипаж осваивал корабль, отрабатывал учебно-боевые задачи на коротких выходах в море. И все же день «прикомандирования к Королевским ВМС» не прошел бесследно для французов, тем более что он совпал с 3 июля 1940 года — тем днем, когда англичане провели операцию «Катапульта».
Хорошо известно, что французский военный флот к концу 1930-х годов стал четвертым флотом в мире по численности корабельного состава. Его ударную силу составляли современные линейные крейсеры «Дюнкерк» и «Страсбург» (способные успешно противостоять германским линкорам типа «Шарнгорст» и «Гнейзенау») и пять линейных кораблей типа «Прованс» (с 340-миллиметровыми орудиями). В различных стадиях достройки находилось четыре современных линкора («Жан Барт», «Ришелье», «Клемансо» и «Гасконь»), а также два авианосца — «Жоффр» и «Пенлеве».
22 июня 1940 года, после оккупации Франции германскими войсками, было подписано германо-французское соглашение, по которому французский флот должен был добровольно разоружиться, но под контролем Германии или Италии. Германия автоматически получила право использовать французские корабли по своему усмотрению. Это решение было смертельно опасно для Британских островов.
Уже само создание мощного франко-германского флота на Средиземном море, тесно взаимодействующего с военным флотом Италии, принуждало английское командование эвакуировать все войска и флотские соединения из Средиземноморья.
В этом случае Великобритания сразу же теряла контроль над всеми выходами из Средиземного моря: Гибралтарским проливом, Суэцким каналом и районом Босфор-Дарданеллы, что лишало ее самого короткого пути для прохода на Ближний и Средний Восток, в Индию, Австралию и Индокитай. Она теряла здесь свою власть. Для английских же торговых судов оставался только маршрут вокруг африканского континента и мыса Доброй Надежды. То есть через районы, где вели активную охоту германские надводные рейдеры, в своих действиях уверенно опиравшиеся на секретные базы на удаленных океанских островах. Более того, экспорт нефти из Румынии и продуктов сельского хозяйства из Малой Азии прекращался. Торговля с Индией и Средним Востоком могла осуществляться только за счет значительного удлинения путей доставки (почти на 7 000 морских миль), что, в свою очередь, влекло огромное увеличение стоимости перевозок. Британскому руководству пришлось принимать срочные и решительные контрмеры.
Из всех французских кораблей основную угрозу для Британских островов представляла Средиземноморская эскадра адмирала Жансуля, находившаяся в алжирской военно-морской базе Мерс-эль-Кебир. Для ее нейтрализации на Средиземном море было сформировано специальное корабельное соединение Королевского флота Великобритании. «Новорожденная» эскадра была сформирована из кораблей, переброшенных со всех океанских театров военных действий, и названа «Соединение „Н“» (иногда ее называют авианосной ударной группировкой «Эйч»). Командование соединением было поручено вице-адмиралу Джеймсу Соммервиллу.
Утром, 1 июля 1940 года вице-адмирал Соммервилл получил приказание Адмиралтейства:
— Быть готовым к «Катапульте». Срок готовности — 3 июля 1940 года.
К назначенному времени англичане скрытно подошли из Гибралтара к алжирским берегам. В 05.54 3 июля 1940 года корабли Соммервилла открыли огонь по французской эскадре. В течение 15 минут были уничтожены старые линкоры «Бретань» и «Прованс», тяжело повреждены линейный крейсер «Дюнкерк» и эскадренный миноносец «Могадор».
Вырваться из блокированной гавани удалось только линейному крейсеру «Страсбург» под командованием капитана 1-го ранга Луи Коллине вместе с лидерами эсминцев «Вольта», «Тигр» и «Террибль». За четверть часа французский флот потерял погибшими более 1 000 офицеров и матросов. Так было практически во всех военных базах, где соседствовали английские и французские корабли и вспомогательные суда. И практически везде, где происходили такие вооруженные стычки, а затем и передача кораблей в руки англичан, обильно лилась кровь. Эти стычки вызвали откровенную ярость французов, всего-то пару месяцев назад сражавшихся плечом к плечу с англичанами против германского флота.
Скорее всего последние события негативно повлияли и на настроение подводников «Сюркуфа», а возможно, и на его дальнейшую судьбу. Косвенным подтверждением тому стал перенос постоянного места базирования французского подводного рейдера в канадскую провинцию Новой Шотландии — Галифакс.
После перехода в Галифакс французский экипаж начал обстоятельную подготовку к ведению боевых действий. Тем более что для экипажа, собранного с бору по сосенке такая подготовка действительно давно была нужна.
И 1 апреля 1941 года «Сюркуф» вышел в море для охранения скоростного конвоя НХ-118, направлявшегося в Англию. 10 апреля внезапно подводному рейдеру было приказано зайти в Девонпорт. До настоящего времени неизвестно, что послужило тому причиной.
Простояв в Девонпорте почти месяц, 14 мая «Сюркуф» вновь вышел в море на полную автономность с задачей уничтожать корабли снабжения кригсмарине. После выполнения поставленной задачи ему надлежало вернуться, но уже на Бермудские острова. Не правда ли, более чем странное боевое использование и откровенное перебрасывание мощного подводного рейдера из одного полушария в другое? При этом обстановка с организацией охранения трансатлантических союзных конвоев была достаточно сложной. Кораблей для охранения конвоев катастрофически не хватало. В основном для охранения союзных транспортов выделялось порядка десяти эсминцев и чаще всего небольших противолодочных кораблей. Отдельные конвои шли в охранении одного вспомогательного крейсера.
В этих условиях даже начальник морских операций тогда еще не воевавших Соединенных Штатов Америки адмирал Херольд Р. Старк вынужден был «ломать голову», как реально помочь союзникам в свете только что подписанного соглашения «АВС-1» (соглашение между штабами Великобритании и США но выработке наиболее эффективных мер для поражения Германии). 7 апреля 1941 года США вынуждены были пойти на рискованный шаг из-за неопределенности отношений с Японией. Они срочно направили с Тихого океана в состав Атлантического флота три линкора, авианосец, четыре легких крейсера и две эскадры эсминцев. Это было весьма своевременным решением, так как именно в то время к выходу в Атлантику готовились два мощных немецких рейдера: новейший линкор «Бисмарк» и тяжелый крейсер «Принц Ойген». Британское Адмиралтейство было вынуждено направить значительные подкрепления в район Средиземноморья, где Великобритания терпела од но поражение за другим.
17 апреля 1941 года была разгромлена Югославия. И германские войска, не задерживаясь, через Коринфский перешеек пошли на Пелопонесский полуостров. А в безжизненных песках Ливийской пустыни английские войска с трудом сдерживали рвущиеся к Тобруку войска генерала Эрвина Роммеля, которого сам Уинстон Черчилль на заседании Палаты общин назвал великим полководцем.
Обычно выходы тяжелых немецких рейдеров и подводных «волчьих стай» в Северную и Центральную Атлантику, обеспечивали специальные суда снабжения, танкеры и метеорологические суда, базировавшиеся за пределами зоны английской блокады. Например, в «Базис Норд» (губа Большая Западная Лица на Кольском полуострове). Ведь, в отличие от подопечных рейдеров и «серых волков», они не могли рассчитывать на успешный прорыв в Атлантику через Северный проход, даже под прикрытием тумана или штормовой погоды. А без их жизненно важной работы ни один даже самый мощный рейдер дольше месяца не мог находиться в плавании.
Вероятно, именно против этих вспомогательных кораблей кригсмарине, замаскированных под обычные транспорты и рыболовецкие суда, и должен был действовать «Сюркуф». Через четыре месяца, в августе 1941 года, после этого патрулирования «Сюркуф» прибыл в порт Портсмут (штат Нью-Гемпшир). А 21 ноября, во время отработки учебно-боевой задачи, он столкнулся с американской подлодкой и получил повреждение носовых балластных цистерн, устранить которое можно было только в доке. Однако английское Адмиралтейство не стало планировать для него доковый ремонт, и подлодка продолжала выходить в море с поврежденными забортными цистернами.