А также, каким был он сам, когда ворвался в ее жизнь.
В то время Нэнси был всего двадцать один год, и для нее Грег, которому уже исполнилось тридцать два, был божеством.
Разница в одиннадцать лет представлялась Нэнси весьма существенной. Грег успел добиться успеха в жизни, обладал огромным состоянием и не меньшим влиянием. А Нэнси недавно ушла из университета и имела лишь талант украшать помещения и создавать в них уют.
Грег находился в центре блистательного мира знаменитостей. Нэнси жила в одиночестве и была очень робка.
Грег без всяких усилий притягивал к себе самых красивых женщин. Нэнси еще не отошла после неудачного романа, который хорошо начался, а закончился скверно.
Она пребывала в смешанных чувствах и совершенно не представляла, что делать дальше.
Зато Грег был настолько уверен в себе, что двигался по жизни, как паровоз по рельсам, таща за собой все и вся.
Когда они встретились, ни о каком соревновании не могло быть и речи.
Их знакомство состоялось на съемках фильма. Нэнси лишь недавно приехала в Лос-Анджелес, и ей сразу повезло — подвернулась эта работа. Она была ответственна за цветы и все, что с ними связано.
Надо сказать, Нэнси проявила в своей работе столько таланта, что в итоге сфера ее деятельности значительно расширилась. С ней начали советоваться по любому вопросу, касавшемуся декораций. А она жадно впитывала секреты таинственного процесса — киносъемок.
В один прекрасный день Грег Уордсворт прибыл на съемочную площадку чуть раньше, чем обычно, когда там еще возились оформители. Он увидел Нэнси и сразу понял, что она предназначена ему.
Это было полностью в его стиле. Он попросту превратил Нэнси в свой очередной проект.
Однако трения возникли между ними с самого начала. В тот период жизни Нэнси меньше всего нуждалась в романе с человеком, который был гораздо старше ее.
Через нечто подобное она недавно прошла.
Нэнси честно рассказала Грегу, что бросила университет — ушла с третьего курса факультета искусств — из-за любовной истории с преподавателем. Неудачный роман катастрофически повлиял на нее саму, а также на учебу и жизнь вообще.
Грег как будто слушал то, что Нэнси рассказывала об Эдвине Гастингсе, воспользовавшемся ее невинностью и доверием, как прежде поступал с другими красивыми и подающими надежды студентками.
Да, Грег вроде бы слушал. А потом поцеловал Нэнси и посоветовал забыть Эдвина и начать новую жизнь.
Все, проблема решена!
Грег так и не понял, что Эдвин сделал с Нэнси и почему она стала такой ранимой. Не осознал существования большой вероятности того, что может стать для нее вторым Эдвином. Заманить в ту же ловушку.
А может, он и не желал этого понимать. Потому что очень сильно хотел Нэнси.
Настолько, что даже был не в состоянии дать ей то, в чем она отчаянно нуждалась, — времени. Периода покоя, в течение которого она изжила бы последствия общения с Эдвином, трезво взглянула на всю эту историю и сделала необходимые выводы.
Вместо этого Грег попросту отметал любые возражения Нэнси. На все ее мольбы у него был один ответ: «Я лучше знаю!».
В каком-то смысле Нэнси завидовала ему. Хорошо, наверное, знать, что ты лучший из лучших. Это значительно упрощает жизнь. А также освобождает от мнительности и вселяет уверенность, что любую проблему можно решить с помощью двух-трех ловких ходов!
Но, когда Нэнси узнала о своей беременности, она поняла: с этой проблемой справиться невозможно.
Это явилось для нее последней каплей.
Желая оказаться наедине с собой и прислушаться к собственному сердцу, она сказала Грегу, что уходит от него.
Тот, придя в полный восторг от известия, что скоро у него появится ребенок, прежде своими детьми он называл фильмы, которые снимал, — что возлюбленная подарит ему дитя, страшно изумился.
Почему Нэнси хочет покинуть его именно сейчас, когда по логике больше всего нуждается в его, Грега, любви и заботе?
Потому что у Нэнси возникло такое чувство, будто жизнь кончается, еще толком не начавшись. Будто она оказалась в западне, выход из которой, с одной стороны, закрывал Грег, а с другой — ребенок.
Когда спор с Грегом достиг пика, Нэнси прибегла к той ужасной угрозе — сделать аборт. В итоге Грег был настолько ошеломлен, что у нее появилась возможность скрыться. Навсегда исчезнуть из его жизни.
Она даже представить себе не могла, что болезнь превратит порожденную раздражением угрозу в реальность...
Когда Нэнси подъехала к вилле, где поселился Грег, начал накрапывать дождик. Вокруг дома не было заметно никакого движения. Нэнси знала, что в течение нескольких последних лет он пустовал, хотя когда-то был обставлен дорогой стильной мебелью, а окружающие его клумбы и небольшой парк оформлял специально приглашенный из Нью-Йорка ландшафтный дизайнер.
Потом большую часть мебели продали и вилла как будто оголилась. Сейчас для ее восстановления требуется немало средств. Разумеется, у Грега найдутся для этого деньги, но он не такой человек, чтобы привязать себя к столь долгосрочному проекту.
Миновав ворота, Нэнси повела фургон к парадному подъезду. В преддверии скорой встречи с Грегом она все больше нервничала, то и дело облизывая пересохшие губы.
К ужасу Нэнси, возле дома были припаркованы два незнакомых автомобиля. Грег не предупредил ее, что пригласит гостей. Скорее всего, кого-то из киношников.
Несколько минут Нэнси сидела, крепко стискивая баранку. Сердце билось в груди, как птички в клетке. Ей не хотелось проводить вечер в подобном обществе, особенно сейчас, когда она так потрясена возвращением Грега в ее жизнь.
Однако вскоре возле фургона возникла высокая фигура и Нэнси стало ясно, что улизнуть не удастся.
Она медленно опустила стекло. Приблизившись к окошку, Грег улыбнулся. В его волосах поблескивали мелкие капельки дождя.
— Рад, что ты приехала, — тихо произнес он.
— Негодяй! — возмущенно прошипела Нэнси. — Почему ты не сказал, что ждешь еще кого-то?
— Они заехали ненадолго, — спокойно отвесил Грег. — Ты хорошо знаешь обоих. Они сгорают от желания повидаться с тобой. Заглушай двигатель и идем.
5
Он провел Нэнси к крыльцу, удерживая теплую ладонь на ее спине, чуть повыше талии.
В холле Нэнси скользнула взглядом по лепнине на потолке, по ведущей на второй этаж мраморной лестнице, и у нее возникло невольное ощущение, что она будто попала в театр. Впрочем, в присутствии Грега это казалось вполне естественным.
— Красиво, правда? — произнес тот. — Вилла большая, но ее пропорции настолько благородны, что размеров почти не замечаешь.
— Этот дом подходит тебе, — заметила Нэнси.
Она взглянула на Грега, и ее сердце замерло.
В темном костюме и ослепительно белой рубашке, источающий запах дорогого мужского парфюма, он был неотразим.
Опустив взгляд на свои джинсы и украшенную вышивкой блузку, Нэнси поморщилась.
— Если бы ты меня предупредил, что ждешь гостей, я бы оделась соответственно.
— Это не официальный прием, дорогая. — Грег оглядел ее с головы до ног. — К тому же ты как всегда очаровательна. — Он взял Нэнси за руку. — Идем!
Комната, в которую они пришли, напоминала кабинет или библиотеку. Но предназначенные для книг шкафы были пусты. В помещении находились лишь потертые кожаные кресла, сдвинутые полукругом вокруг стоящего перед камином столика. В самом камине, несмотря на теплую погоду, горел огонь. Вероятно, из-за насытившего воздух влагой дождя.
При появлении в комнате Нэнси с кресла встала Рэчел Хаскелл и приветственно протянула руки.
— Дорогая моя! Как чудесно снова увидеть тебя!
Они обнялись, и в горле Нэнси возник ком. Эта чрезвычайно талантливая актриса была давней приятельницей Грега и с самого начала очень нежно относилась к Нэнси. Встреча с ней явилась для Нэнси чем-то наподобие свидания с несколько лет назад ушедшей из жизни матерью.