Некоторое время Грег молчал, затем произнес:
— Прежде ты никогда не была такой жестокой и холодной.
— Но ведь я изменилась, ты сам это признал. Прежде я была мягче пластилина, но это в прошлом. Я наконец-то научилась защищаться.
Грег крепко обнял ее напоследок и поцеловал в затылок.
— Я вернусь. Желаю приятных сновидений, солнышко.
Глаза Нэнси вновь наполнились слезами, и она не видела, а слышала, как Грег оделся... а потом за ним захлопнулась входная дверь. Вскоре с улицы донесся звук удаляющегося автомобиля.
4
Тедди Скотту был доверен ключ от магазина, поэтому, приехав утром на работу, Нэнси застала того завершающим ремонт двери. Тедди весело насвистывал.
— Ты выглядишь юной и посвежевшей, — с улыбкой заметил он. — Наверное, на ночь положила под подушку лаванду?
— Что? — подозрительно нахмурилась Нэнси.
Тедди Скотт слыл пронырой, поэтому с ним следовало держать ухо востро.
— Мы, провинциалы, — сказал он, безбожно утрируя калифорнийский выговор, — кладем под подушку лаванду, и нам хорошо спится по ночам.
— Запомню, — пообещала Нэнси, переступая через кучку древесной стружки.
— Не трудись. Уверен, твой приятель знает, как снять с тебя напряжение. — Тедди подмигнул. — Вчера я видел его «линкольн» у твоего дома. Вы предпочли не зажигать света и коротали время в сумерках. Очень уютно.
Нэнси меньше всего нуждалась в напоминании о том, как дала вчера слабину. Эта мысль и без того обжигала ее мозг. И вообще, в столь ранний час Нэнси не была склонна обмениваться с Тедди колкостями.
Оставив его замечание без ответа, она вошла в магазин.
Минувший вечер был двойственным. Чувства Нэнси были задеты тем, что произошло, однако тело явно не возражало против близости с Грегом. Во всяком случае, привычную меланхолию будто рукой сняло. Сердце Нэнси билось чуть быстрее, чем обычно, на щеках алел румянец.
Она посмотрела на себя в зеркало, висевшее в крошечной ванной магазина. Определенно, эти розы на скулах и побудили Тедди подтрунивать над ней. Впрочем, что его винить? Перемену трудно не заметить.
Нэнси отбросила мысли о Греге. Времени на воспоминания не было, предстояло выдержать новый трудный день.
Послезавтра, в субботу, Нэнси должна обслужить не одну, а целых две свадьбы. И обе задуманы с размахом, а это означает, что не получится обойтись лишь букетами и гвоздиками в петлицу. Придется украшать цветами две церкви. Значит, без помощи Салли им с Сюзен не справиться. К счастью, та сама платит за свое обучение и потому никогда не отказывается от возможности подзаработать.
Однако не успела Нэнси взяться за работу, как зазвонил телефон. Сняв трубку, она услышала знакомый хрипловатый голос:
— Мне очень жаль, что вчерашний вечер закончился так грустно, — сказал Грег, поздоровавшись. — Я планировал совершенно иное.
Нэнси почувствовала, что ее соски сжимаются — реакция на голос Грега.
— А я и не знала, что ты что-то планировал, — сдержанно заметила она. — Хотя могла бы догадаться.
— Нет, я неправильно выразился. Я хотел сказать, что мечтал совсем о другом.
— Что ж, прости, если разочаровала.
Грег негромко засмеялся.
— Перестань ловить меня на слове! Вчера все было восхитительно. Я так давно тебя желал. Это было блаженство — обнимать тебя, целовать. Мне просто хотелось извиниться за то, что под конец я обидел тебя. Но в то же время должен сказать, что ты неправильно истолковала мои слова.
— Вот как?
— Солнышко, ты все еще не понимаешь меня. И временами мне кажется, что никогда не поймешь.
— Верно, — согласилась Нэнси. — Я тебя не понимаю. И самая большая загадка — почему ты принялся искать меня. Кстати, этот факт свидетельствует о том, что ты тоже меня не понимаешь. Или что тебе все это безразлично.
— Скажи, разве вчерашний вечер не понравился тебе? — вкрадчиво произнес Грег. — Не сомневаюсь, что да. И сегодня ты испытываешь такой же подъем, что и я. Чувствуешь себя живой впервые с того момента, как оставила меня. Угадал?
Нэнси чуть помедлила с ответом.
— Видишь ли, секс очень отличается от любви. Он может быть великолепен даже между совершенно чужими людьми.
— Да? — в голосе Грега появились нотки беспокойства. — Ты судишь по личному опыту?
— Тебя это не касается, — твердо произнесла она. — А сейчас прости, я очень занята. Зачем ты позвонил? Говори и...
— Я хочу встретиться с тобой завтра вечером.
— Нет!
— Сейчас я в Лос-Анджелесе, — продолжил Грег, не обращая внимания на ее протест. — У меня дела, и мне придется задержаться здесь до завтра. Я хочу, чтобы ты поужинала со мной на бейкерсфилдской вилле завтра вечером. Заодно посоветуешь, как лучше обставить этот дом. Я имею в виду мебель и все такое...
— Что за наказание! Я говорю тебе, а ты будто не слышишь. Пойми, нам незачем встречаться и не о чем беседовать.
— У меня много твоих вещей, — ровным тоном произнес Грег. — Удирая из Лос-Анджелеса, ты бросила у меня почти весь свой гардероб. А также фотографии своих родителей, письма, драгоценности, которые я тебе подарил...
— Драгоценности мне не нужны. Пожалуйста, забери их обратно.
— Между прочим, в одном из залов этой виллы есть очень красивый камин, — негромко произнес Грег. — Хочешь, я брошу туда все твои вещи?
— Нет! Верни мне фотографии!
— Тебе придется зайти за ними, — сказал он с оттенком торжества. — Завтра, в семь вечера.
— Грег...
В трубке раздались короткие гудки. Нэнси посмотрела на нее и с треском швырнула на аппарат.
— Кто это был? — невнятно спросил с порога Тедди Скотт, удерживая губами несколько гвоздей.
Он стоял, прислонясь к дверному косяку, и на его физиономии блуждала обычная улыбочка.
— Старая любовь?
— Ты подслушивал? — набросилась на него Нэнси.
— Даже не думал. — Тедди выпустил гвозди изо рта в ладонь. — Но ты так орала, что глухой услыхал бы. Брось, Нэнси, не кипятись. Ведь мыс тобой друзья. Кто он?
— Его имя Грег Уордсворт, — вздохнула она. — Это мой знакомый из Лос-Анджелеса.
— И чем, интересно, он зарабатывает на жизнь? Грабит банки?
— В некотором роде. Но не с пистолетом в руках. Он кинорежиссер, хотя порой занимается и продюсерской деятельностью. Но никогда lie вкладывает в проекты собственные деньги. Обычно Грег привлекает средства со стороны.
Тедди присвистнул.
— Похоже, дела у него идут неплохо! Нэнси пожала плечами.
— Грег признанный мастер в сфере кинобизнеса. Причем не все его проекты приносят деньги. Иногда он берется за работу только из-за того, что в ней заняты талантливые люди, заранее не ожидая большого коммерческого успеха. Но, как правило, в конце концов, все оказываются в выигрыше.
Некоторое время Тедди разглядывал лежащие на его ладони гвозди.
— А что связывает с этим мистером тебя? У вас завертелся роман еще в Лос-Анджелесе?
— Мы просто были знакомы.
— Ну это и так понятно, ласточка. Но какая кошка между вами пробежала?
— Тебе до этого нет никакого дела!
— Да-а, вижу, крепко он тебя зацепил... — протянул Тедди.
— Все уже кончено, — сухо произнесла Нэнси. — И это самое главное.
— Может, для тебя и кончено, — усмехнулся Скотт. — А для него, похоже, нет!
Нэнси отвернулась.
— Послушай, мне некогда упражняться в пустой болтовне. Пора начинать работу.
— Так тебе этот красавчик не нужен? Вот это кино!
— Убирайся отсюда, Тед! — проворчала она.
— Ухожу, ухожу, ласточка. Тем более что моя работа закончена. Счет пришлю, когда решу, сколько с тебя взять.
— А ты хорошо закрепил дверь? — с беспокойством спросила Нэнси.
— Лучше, чем было. Не волнуйся, рыбка, теперь твоя дверь выдержит осаду голливудских звезд!
— Какая кошка между вами пробежала?
Вопрос Тедди еще долго отдавался эхом в мозгу Нэнси. Ответить на него было непросто. Она ломала над этим голову постоянно. Для того чтобы понять причину размолвки, нужно было знать, что представляла собой Нэнси, когда впервые встретилась с Грегом Уордсвортом.